Подлежит Удалению
Шрифт:
– (Угрюмо) Нет, – отставил в сторону руки, – это я так прикалываюсь… Конечно же, мне больно! Ты мне кожу чуть не подрала! Кто так вообще делает?!
– (Кокетливо) Я делаю, – улыбнулась. – Ох, – устало вздохнула, – какие мы нежные… Серьёзные, – сомкнула губки, – грозные. Так и хочется тебя укусить…
– Пожалуйста, прекрати кривляться. У меня нет сейчас настроения.
– (Улыбаясь) Хорошо. Уговорил… Как пожелаешь, – задрала голову вверх.
– А чего тут смешного? Я же нормально попросил.
– Ой, ты такой бяка, что не могу… Ты такой… наивный… Даже намёков не понимаешь… Вот же глупыш, – облизнулась. – Страшно за тебя.
– (Недовольно) Это ещё почему? Всё я понимаю, – отпустил руки, – просто ты не можешь по-человечески объяснить. К чему эти кривляния? Я же нормально тебя, – уронил взгляд в пол, – попросил…
– Ты чего, – набок свесила голову, – обиделся? Какой же ты… незрелый.
– А по мне не видно, – приподнял глаза, – нет?
– (Улыбчиво) Не знаю, – обвила ладони вокруг его шеи. – Лучше ты скажи.
– (Неуверенно) Так ты, – выше поднял подбородок, – заигрываешь со мной?
– А по мне что, не видно? (Недовольно) Да расслабься уже, – встряхнула. – Расслабься. Ну же, давай. Чего встрял как бревно?.. Тебя ничем не расшевелить… Я говорю, – надавила на лопатки, – расправь плечи… Ну-у-у, – выдавила грудь вперёд, – теперь уже более-менее стоишь. Только осанку выпрями. Выпрямляй…
Немного помутузила. Поравняла. Человек больше не выглядел как примат. Он всегда, почему-то казался сутулым, словно носит мешок картошки на горбу. Вечно эта погнутая осанка и взгляд направленный в пол. Будто всегда ищет монету. Будто страдает за непонятно какие грехи.
После моих «пыток» Кай, наконец, расслабился, предвкушая поцелуй. Стих. Прикрыл глаза, но вместо этого получил щипок за шею. Честно, хотелось немного проучить, однако стало только хуже. Взбесился. Руками начал мельтешить.
– Ай!! – ухватился за укус. – (Обидчиво) За что?!!
– А может, так тебе больше нравится? Пока не попробуешь, не узнаешь…
– (Обидчиво) Нет! – отмахнулся. – Нифига! Больно!!
– А мне иначе, казалось… Может… вместо меня, нужен кто-то… другой? Будь на моём месте она, (презрительно) тебе бы точно понравилось. Гарантирую.
– Может и понравилось бы, – бережно погладил кожу, – если бы меня при этом перестали кусать! И щепать!!
– Ах так?! – угрожающе встала в позу. – Вот оно как, да? (Разочарованно) Всё ясно с тобой. Прощай…
– Ты о чём сейчас? Я не понимаю.
– (Строго) Догадайся.
Едва собиралась уйти, как он мигом заинтриговал. Схватил за руку. Никуда не отпускал. Не так строго, будто насильно отрывают, но и спуску особо не дают.
– Что-то неясно? – угрожающе свела брови. – Руку, пожалуйста, убери.
– Подожди… Я… я не понимаю… Ты можешь прямо сказать не увиливая… Что не так? В чём проблема?.. Что тебе надо? Чего тебе не хватает?
– Ах, так это «мне» надо. «Мне» значит, чего-то не хватает… Знаешь, что Кай – иди-ка ты лучше баиньки домой. Время-то позднее. В кроватку давно пора. (Настойчиво) Специально, для глухонемых повторяю – руку, пожалуйста, убери! Надеюсь, это ты понял?! Или мне повторить?!
Кай ничего не ответил и отпустил. Только направила взгляд к машине – мигом дорогу собой перегородил. Его настойчивость отчасти забавляла. Наконец, стала отваливаться скорлупа.
– (Заинтригованно) А ты, оказываешься… можешь быть напористым. Если захочешь… Ну же, давай, – расправила руки, – пытай меня…
– Что? Что опять за бред?! Какие пытки? Это ещё здесь при чём?
– Очень даже притом, – чуточку вперёд прогнула спину. – (Скептически) Так ты будешь пытать меня или нет?
– Стоп, погоди… – отошёл в сторону. – Так это всё… (удивлённо) из-за той? Как её там звали… – задумался. – Ну та, что была со мной в магазине…
– Кто знает… – удручённо опустила руки.
– А при чём здесь я? Она первая полезла! (Возмущённо) Ты вообще видела, что она сделала?! Да меня чуть ли не покусали… Руки… Видела её руки!? Словно пёс, лапами рыла яму во мне. Рубашку изгадила. Пуговицу вырвала! Говорит: «Не рыпайся. Ща будет приятно», а на деле – шею ногтями подрала. Вон, – оттянул горловину, – следы красные остались. До сих пор жжёт…
– А с виду так и не скажешь… Да это ж, – присмотрелась, – мой…
– (Нервно) Может, и не скажешь, – скрыл пальцами пятно, – но она точно… весит как… как кабан… Чуть ноги не отдавила… Дышать нечем было. Особенно когда галстуки мерили… Сама перед зеркалом кривляется, а на мне такую петлю затягивает… – ладонью провёл по горлу, – проще самому задохнуться. Она точно ненормальная… Сумасшедшая… – пальцем покрутил у виска.
– Так тебе, Мико… (воодушевлённо) действительно не понравилась?
– Конечно же, нет! Она хотела мои кости своим тазом раздробить. Позвонки все повыдёргивать. Как лягнёт копытом – судорога по телу бежит… Ну её…
– Ты такой, – улыбнулась, – забавный, – подошла ближе. – Может, тогда… в парк сходим? Прогуляемся? – разгладила ему чёлку. – Погода сегодня приятная.
– В парк? Сейчас? Он же скоро, – глянул через плечо, – закроется?
– Ну, если мы будем и дальше так стоять, тогда закроется. Ну что, пойдём?
Осторожный взгляд на меня. На машину. Снова на меня и в пол-оборота на калитку парка. Разрывается и не может понять, чего именно хочет или боится. Как поняла – я настаивала нарушить «закон».
– Ты что, боишься? Правда? – улыбнулась.
– (Неловко) Не, просто, – оглянулся, – навивает некоторые воспоминания. Дежавю… Если ты решила… хорошо, пошли. Если захотят, всё равно найдут.
Что хорошо, Кай подстроился под мой шаг. Медленно и нерасторопно… Я молила господа, чтобы никто не увидел мой корявый бутон.
Может, стоило идти как настоящая пара, но всё же мы… шли порознь. Как друзья. Если нас… вообще с натяжкой можно назвать друзьями. Знакомые там… Приятели, на худой конец, но как друг – меня вполне всё устраивало, хотя… Ему бы побольше прыткости. Решительности… К сожалению, всё понятно. Я не могу из него выбить то, на что Кай изначально неспособен. К концу дня окончательно стало ясно. У каждого свои душевные раны. Лучше за зря никого не злить.
– (Заинтересованно) Тебе не надоело смотреть на меня?.. Что-то не так?