Чтение онлайн

В следующие дни Салли освоилась в центре для несовершеннолетних. Надзирательница Смозерс съездила с ней в магазин, купила девочке новую одежду, потому что старая, по ее мнению, никуда не годилась: «Одежда, которая была у нее в трейлерном парке, чистая, но очень уж поношенная, разве же так можно?» Смозерс также сказала, что Салли уже не волнуется насчет того, как ее примут родные. «У нее все мысли о том, как бы поскорее вернуться домой да что она там будет делать».

Служащие центра «считали себя обязанными заботиться о благополучии Салли до тех пор, пока власти штата Нью-Джерси не заберут ее домой», заявил анонимный сотрудник офиса шерифа. «К нам не раз обращались жители Сан-Хосе, предлагали, чтобы Салли до отъезда пожила у них, но мы убеждены, что там, где она сейчас, с ней ничего дурного не случится».

Полиция Кэмдена тем временем проверяла очередной ложный след: Салли рассказала шерифу Хорнбаклу, что вместе с ними в Балтимор ехала некая женщина, которую Ласалль называл «мисс Робинсон» и которая впоследствии исчезла. Полиция Кэмдена старалась соотнести свидетельства с тем, что было обнаружено ранее в ходе расследования. Они располагали доказательствами того, что Салли и Ласалль действительно провели какое-то время в Атлантик-Сити: в доме 203 по Пасифик-авеню были найдены неотправленные письма, фотографии, одежда и прочие вещи. Подкрепляли эти улики и показания Роберта и Джин Пфеффер, молодоженов из филадельфии, которые летом провели день с Ласаллем и Салли.

«Мисс Робинсон» отыскать так и не удалось. Это еще одна неразгаданная тайна, связанная с похищением Салли. Я верю, что эта женщина действительно существовала, потому что я верю Салли. То, что полиции не удалось напасть на ее след, как и мне десятки лет спустя, не значит, что Салли ее выдумала.

В четырнадцать часов двадцать минут 23 марта, в тот же день, когда состоялось заседание суда в Сан-Франциско, расширенная коллегия присяжных Кэмдена {142} обвинила Ласалля в похищении и удержании силой. Элла Хорнер выступала в качестве свидетеля. Записи ее показаний не сохранились, однако, скорее всего, ее спрашивали, почему она посадила Салли в автобус до Атлантик-Сити и правда ли, что Ласалль — биологический отец Салли (как он утверждал).

Митчелл Коэн отправил копию вердикта присяжных губернатору Нью-Джерси, чтобы начать процесс выдачи преступника. Вторую копию протокола заседания, подписанную судьей Рокко Палезе, послали авиапочтой в Калифорнию, чтобы Ласалля оставили под арестом. Коэн также получил разрешение доставить Салли и Ласалля (по отдельности) в Кэмден {143} ; впоследствии Коэну, кэмденскому городскому детективу Маршаллу Томпсону и окружному детективу Уилфреду Дьюбу должны были возместить дорожные расходы.

26 марта, в воскресенье, Коэн, Дьюб и Томпсон вылетели в Сан-Франциско {144} . В следующие несколько дней губернатор штата Нью-Джерси Дрисколл и губернатор Калифорнии (и будущий председатель Верховного суда) Эрл Уоррен выдали Коэну разрешение на экстрадицию Ласалля. Коэн также допросил обитателей трейлерного парка, в том числе и Рут Джаниш, которая вызвалась быть свидетельницей на суде над Ласаллем.

В четверг Салли выпустили {145} из центра для несовершеннолетних правонарушителей Сан-Хосе под попечение Коэна. В пятницу, 31 марта, в восемь часов сорок минут утра по тихоокеанскому времени Салли и Коэн сели в самолет компании United Airlines, вылетавший в Филадельфию. В честь первого в своей жизни полета Салли надела темно-синий костюм, блузку в горощек, черные туфли, красное пальто и нарядную соломенную шляпку. Девочка призналась Коэну, что ей не терпится увидеть родных. В полете ее один раз стошнило, когда самолет попал в зону турбулентности в районе Чикаго.

Элла ждала в аэропорту {146} , на заднем сиденье автомобиля Уильяма Кэхилла, помощника прокурора округа Кэмден (и будущего губернатора штата Нью-Джерси). Остальные родственники Салли, в том числе Сьюзен и Эл с малышкой Дианой, прибыли в аэропорт отдельно. Сперва сели несколько других самолетов: Элла каждый раз надеялась, что это наконец Салли, и падала духом, когда выяснялось, что это не так. «Ну почему они не летят?» — сказала Элла, прижавшись лицом к окну машины. Самолет Салли опоздал на час с лишним и приземлился после полуночи.

Салли еще из самолета заметила в толпе зятя и хотела броситься к родным, но Коэн ее удержал: нужно было подождать, пока выйдут остальные пассажиры. Потом Салли увидела мать. «Я хочу к маме!» — воскликнула девочка.

— Хорошо, Салли, вот теперь идем, — согласился Коэн.

Салли застыла в дверях, огляделась, заметила, что к ней, раскрыв объятия, мчится мама. Обливаясь слезами счастья, девочка сбежала по трапу.

Салли с мамой стояли, крепко обнявшись, несколько минут, не замечая многочисленных ламп-вспышек фотокамер. Сначала они так рыдали, что не могли говорить. Наконец Салли сказала: «Я хочу домой. Я просто хочу домой».

Когда они сели в машину помощника прокурора Кэхилла, Элла объяснила Салли, что домой ее пока не отпустят. Ее отвезут в детский приют округа Кэмден, расположенный в соседнем городе, Пеннсокене, штат Нью-Джерси, где она пробудет «до конца процесса».

Вскоре они прибыли в приют; тут же подъехали и Панаро. Сьюзен вышла из машины одновременно с Салли.

— Сьюзен! — воскликнула Салли, увидев старшую сестру. На аэродроме девочка так растерялась при виде мамы, фотографов и толпы доброжелателей, что не заметила Сьюзен.

— Я тебя в аэропорту поцеловала, а ты меня даже не узнала, — ответила Сьюзен.

Салли перевела взгляд на маленькую девочку, которую держала на руках сестра. Салли потянулась к Диане, племяннице, которую никогда не видела, и крепко ее обняла.

— Она же вылитая я на детских фотографиях!

Уставший с дороги Коэн мягко напомнил родным девочки, что Салли нужно поспать.

В следующие дни из родственников в детский приют пускали только Эллу, чтобы не волновать Салли до и во время судебного процесса. К счастью, девочка поладила с заведующей. Вместе с другими шестью детьми, обитавшими в приюте, Салли посетила праздничную службу в Пальмовое воскресенье: на следующий день ей предстояло в первый раз появиться в суде, так что богослужение помогло ей собраться с силами. Никто не знал, сколько продлится процесс над Ласаллем; с Салли это старались не обсуждать, чтобы ее не расстраивать. Ведь ей так хотелось вернуться домой.

Впрочем, дело повернулось таким образом, что долго в приюте Салли ждать не пришлось.

Добираться из Калифорнии в Кэмден на самолете Фрэнку Ласаллю не позволили {147} . В те годы по правилам воздушных перевозок пассажир не имел права находиться на борту в наручниках, а Митчелл Коэн не хотел рисковать: вдруг преступник попытается сбежать? «Может, он будет вести себя смирно, — заметил Коэн. — А может, попытается вырваться: кто знает?»