Чтение онлайн

Достав из металлического футляра, набитого ватой, две туго забитых стеклянных колбы, я с опаской посмотрел вниз. Должно подействовать, но кабы оно наверх не пошло. Вроде воздух не поднимается, а это главное. Велев всем отойти, набрал полную грудь воздуха и с силой бросил о каменную стену колбы. Звон стекла тут же сменился шипением быстро образующегося активного газа. Желто-зеленоватые клубы начали медленно опускаться вниз, но даже отсюда в нос ударил резкий щелочной запах.

– Что это за дрянь? – закашлявшись, спросил Рубака, отходя от края спуска.

– Оружие будущего, - мрачно ответил я, слушая, как визг и стоны раздаются все ниже, - как и любое эффективное оружие подлое, массовое и главное не требующее личного присутствия.

– Это против правил чести, - возмутился кто-то из воинов, но под моим тяжелым взглядом он мгновенно заткнулся.

– Ты прав, боец, но мы тут не дуэли устраиваем, а с полчищами крыс боремся. И как ты видишь – показал я на опустевший проем, - именно так как нужно. Одна такая ампула спасет десяток наших жизней. Что же до врага, не думаю, что ему есть особенно разница, быть сожженным заживо, зарубленным или отравленным.

– Если рассуждать так, то да, - мрачно согласился Ионгзенг, - в этом вы, пожалуй, крайне круто отличаетесь от отца. Тот предпочел бы встретить опасность лицом к лицу, чем использовать такие методы. И, кстати говоря, я тоже. Хотя в смерти никакой славы нет. Но и такая победа, - он хмыкнул, - дурно пахнет. Прямо скажем.

– Верно, - согласился я, - но это не значит, что ее не стоило применять. Теперь у нас полностью свободны тылы, и мы как раз можем заняться драконидом.

– А не хотите еще одну колбу на него потратить? Заодно пару десятков жизней сохраните.

– Нет, газ тяжелее воздуха. Монстр просто поднимется под потолок, а вот нам деться будет некуда.

– Значит, по-старинке будем, - с каким-то даже облегчением вздохнул Рубака, - а то уж думал, что за честь в таком сражении. Никакой славы.

– Будет тебе слава. Эва, как там?

– Пару раз кидался, - меланхолично заметила девушка, - но в целом все спокойно. Даже орать перестал.

– А вот это плохо, - заглянув в Житие, я понял, что ни у одной рабыни вызванных шершней не осталось, а все что были, в атаке исчезли, - Лиска! Слышишь меня?!

– Да, господин! Бабочки готовы! – раздался с той стороны крик чернокнижницы, - готова атаковать по сигналу!

– Стойте! – раздался зычный голос магистра Жизни, - хватит! Остановите это безумие!

– В чем дело, Гроас? Он же тебя атаковал и чуть не прибил, какого черта ты его защищаешь?

– Отдадите приказ, и я встану под стрелы, сами понимаете, чем вам будет такая атака грозить! – напомнил Дпров о заключенном соглашении, - позвольте нам поговорить, это была просто ошибка с его стороны. Ничего такого он делать не хотел!

– Твою мать… я не потерплю такого монстра на свободе, он не подчиняется Длани, на него не распространяются договора, и он крайне опасен!

– Как враг – да! Но что если он станет вашим привратником? Защитником от крыс в этом месте?

– Для начала я хочу услышать вашу историю. Какого черта вообще он тут делает, и кем тебе приходится раз ты так яростно его защищаешь!

– Хорошо, все расскажу, только не трогайте его! Это было тридцать лет назад…

– Лорд Рейнхард-старший с свитой! – донеслось до нас раскатистое эхо.

– Придется отложить беседу. Вот только что теперь с ним делать, - я мрачно смотрел попеременно на Гроаса и его «сына», - я не могу оставить чудовище без охраны, как и продвигаться дальше зная, что он за спиной. А вы, учитель, явно не в состоянии его контролировать.

– Это была просто случайность, - попытался заверить меня Дпров, однако вмятина на толстом нагруднике кричала обратное, - небольшой инцидент который больше не повторится!

– Согласен, но через пять минут старик будет здесь, и как вы думаете какая у него будет реакция на живого и свободного драконида?

– Что вы предлагаете? Отдать вам его душу? Никто на это не пойдет, - резко возразил магистр.

Проверка интеллекта. База: 6. Бонус: -6. Бросок: 3. Требование: 2. Успех.

– Об этом я даже не думал, но, если он разумен вы должны его уговорить стать моим подданным, и быстро. Клятву верности можно произнести на любом языке, главное, чтобы ее правильно восприняла магия Длани. Времени на раздумье у вас нет, решайтесь или готовьтесь к сражению с Рейнхардом и его людьми.

– То есть вами? – мрачно ухмыльнулся Гроас, - хорошо, подданство не собственность. Сделаем как вы хотите. Ушаи ийа, - обратился он к дракониду. Разобрать, о чем они говорят было решительно невозможно, да и не до того было чтобы чужую болтовню слушать. Какого черта отец здесь забыл? Явно ведь не просто с проверкой.

Первый, самый очевидный и одновременно нежелательный вариант – он хочет отстранить меня от задачи и вернуть подземелье Вейшенгу дабы уладить возможный конфликт. Ярость лорда Уратакоты у которого из-под ног увели землю вполне логична и очевидна. Может ли он мне что-нибудь сделать? Легко. Потребовать сатисфакции вызвав на дуэль и сожрав своими вездесущими жуками. Еще один довод в пользу выучить заклинания Души против вызванных демонов.

Но это лично мне. А роду? Объявить войну из-за спорных земель? Вполне понятно действие, вот только не помню, чтобы лорды воевали внутри Империи. А значит должен быть какой-то другой способ ограничить таких зарвавшихся юнцов вроде меня. Суд, например. Совет при правителе. В конце концов местный князь своим указом может даровать и отбирать имущество графов.

– Готово, - сказал мрачно Дпров, но в глазах морфа я заметил облегчение, - мы договорились.

– До чего? Пусть произносит стандартную вассальную клятву. Времени…

– Лорд Рейнхард-старший, с свитой! – вновь раздался голос глашатая уже совсем близко.

– Быстро! Повторяй! – крикнул на «сына» магистр и затараторил, - я клянусь…

Драконид оказывается прекрасно понимающий и общий мычал, выл и щелкал своей пастью произнося речь личного подданства. И в последний момент, когда в коридорах уже отчетливо были слышны шаги я принял эту присягу. Тут же в Житие появилась соответствующая надпись, а среди моих достижений затесалось: «Повелитель дрейков». Шаги на секунду замерли, а затем по пещере разнесся знакомый грубый смех.