Чтение онлайн

Коновалов шумно выдохнул и в задумчивости отвел глаза. Его пальцы зарылись в короткие тепло-шоколадные волосы.

— Общечеловеческие, — ответил он спустя несколько мгновений, возвращая взгляд темных миндалевидных глаз на Асю. — Справедливость, честь, мудрость.

— А какие пороки осуждаете? — спросила Ася, всматриваясь в грубые мужские черты лица.

— Сложно так сразу сказать, — Коновалов провел ладонью по короткой темной бородке. — Зависть, праздность… — он медленно перевел взгляд с Аси на Ма и обратно. — Лживость.

— Ясно, — подавляя дрожь, ответила Ася и вперилась взглядом в лист бумаги. Тимофей Викторович внимательно всматривался в ее лицо. — А какая Ваша главная черта?

— Не хочу показаться голословным, но, думаю, сообразительность, — мужчина хмыкнул и подпер подбородок руками. Его тонкие губы растянулись. — Вы ведь Таисия, верно? — уточнил он.

— Да, — ответила девушка, стараясь не выдавать волнение в голосе.

— Скажите, Таисия, а какая Ваша главная черта? — вкрадчиво проговорил мужчина, всматриваясь в Асины глаза.

— Наверное, честность.

— Жаль, — Коновалов наигранно вздохнул. — Я надеялся, что благоразумие. Тогда скажите мне честно, Таисия, зачем вы пришли и какие вопросы хотите задать на самом деле.

— Я-я, — Ася мельком взглянула на Марту, которая в напряжении уже искусала все губы. Девушка не сводила пристального взгляда с губернатора.

— Постойте, — мужчина вскинул брови и кивнул в сторону Асиного смартфона. Девушка медленно протянула руку к телефону и нажала на красную кнопку, остановив запись диктофона. — Теперь говорите.

— Мы пришли узнать у Вас о «Истинном пути».

— «Истинный путь»? — недоверчиво переспросил Коновалов. — Что это? И какое я должен иметь к этому отношение?

— Не устраивайте комедию… — начала было Марта, раздраженно подавшись вперед, но Ася ее остановила.

— Мы знаем, что Вы в курсе.

Марта быстро выудила из рюкзака бумаги и почти что кинула на стол под хмурый взгляд Тимофея Викторовича вырезки из газеты, где была напечатана полная версия его речи, при этом очень внимательно наблюдая за лицом губернатора.

— «Ключевую роль сыграла моя alma mater. «Истинный путь», извините за тавтологию, наставил меня на истинный путь», — с выражением едкой усмешки процитировала содержание статьи Ма. — Ничего не напоминает?

Несколько мгновений Коновалов молчал, сжимая в руках газетный лист. Он хмуро бегал глазами по строчкам, вновь и вновь прочитывая стертую когда-то часть своей речи. Желваки на его скулах побелели, а квадратная челюсть плотно сжалась.

— Откуда у вас это? — угрожающе тихо произнес мужчина, исподлобья взглянув на посетительниц.

— От Деда Мороза, — фыркнула Марта, скрестив руки на груди. — Какая теперь разница? Нас интересует лишь одно.

— Это все в прошлом, — Коновалов резким движением руки отбросил лист газеты, будто тот его обжег. — Сейчас я с ними не связан. И вы должны уйти.

— Тимофей Викторович, — Ася поспешила заполнить дребезжащую пустоту своим голосом, пока это не сделала Ма в привычной манере. — Нас просто интересует, действительно ли смерть Отца — самоубийство.

— Что?.. — спросил Коновалов на выдохе.

— Вы не в курсе? — Ма скептично заломила бровь.

— Что за бред? — в низком голосе губернатора засквозило раздражение. — Самоуб… Что вы знаете об этом?

— Ничего, — Ася примирительно вскинула перед собой ладони. — Поэтому мы здесь.

— Вы в своем уме? — прорычал Тимофей Викторович, сжав побелевшими пальцами край дубового стола. — Вы вообще понимаете, к кому пришли? Или теперь нормально заваливаться к губернатору с интервью для бульварных журналов?!

— Мы не…

— Вы думаете, что это сойдет вам с рук? Вам придется ответить за клевету и ложные обвинения в адрес губернатора! — Коновалов не просто злился, он побагровел от ярости. Его черные глаза залились кровью, а сам он едва держался от того, чтобы вскочить с кресла и броситься к посту охраны.

— Мы Вас ни в чем не обвиняем! — Ася уже не сдерживала дрожь в голосе и пыталась ухватиться за последние попытки исправить ситуацию.

— Если Вы не ответите на наши вопросы, — вдруг в спор вклинилась Марта. — Эти документы, — она кивнула в сторону газетной вырезки, — И не только эти, увидят свет.

— Девочка, — Коновалов чуть не задохнулся от нахлынувшего возмущения. — Ты понимаешь, кому угрожаешь? Ты в курсе, чем это может для тебя кончиться? Вон из кабинета! — процедил он и опустил руки под стол.

Ася ошарашенно взглянула на Марту, которую, кажется, совсем не смущало, что она только что угрожала не мальчику с улицы, а губернатору. Сидя в его кабинете. В его здании. В его городе.

— Вон. Отсюда, — вкрадчиво повторил Тимофей Викторович. Дверь в его кабинет вдруг отворилась, и двое мужчин в черных костюмах зашли внутрь, осматриваясь.

Ася медленно встала с кресла, Ма поднялась следом. Когда девушки шагнули по направлению к выходу, Коновалов бросил им в след:

— И если я узнаю, что вы здесь ошивались снова и донимали грязными сплетнями кого-то еще, — разбираться уже будем по-другому.

Ма с Асей покинули кабинет в полном молчании. Они поспешили поскорее выбраться из здания Правительства, чувствуя на себе колкие взгляды охраны и сотрудников и затылком ощущая гнев Коновалова даже на лестничном пролете. Когда деревянная дверь за их спинами захлопнулась, будто тоже гневно ругалась своим скрипом на нерадивых студенток-журналисток, девушки озадаченно переглянулись.

— Мы ничего не узнали, — подытожила Марта.

— Добавь в копилочку угрозы губернатору, — с осуждением сказала Ася.

— А в коллекцию музыки — компрометирующую запись разговора.

— Я выключила диктофон, — уныло вздохнула девушка, но Марта достала свой телефон из сумки и довольно помахала им в воздухе.

— А я — нет.

— Но он ничего нам не дает.

— Главное, что он есть. И теперь мы знаем, что Коновалов даже не догадывался о смерти Отца. А еще, что в правительстве точно есть другие последователи «Пути».

— Думаю, он в курсе, что это не самоубийство. Странная реакция у него была, — согласно кивнула Ася.