Чтение онлайн

А что, если война ни при чем, и только я скоро умру? Я вздрогнула и поспешила к себе. Необходимо было отвлечься. Только не к Намо, только не к отцу… Ниенна была права - жизнь моя не была простой, но терять я ее не хочу. Нет, я еще повоюю против всего, что встанет на пути!

Я быстро зашла в свою комнату, распустила волосы, сняла платье и, накинув ночную рубашку и пеньюар, села перед зеркалом. Вид у меня был так себе.

– Ниниэль! – позвала я служанку.

Девушку, конечно же, так не звали, но я называла ее Плачущей из-за огромных светло-голубых глаз, которые почти при любом освещении казались водянистыми. В сочетании с высоким лбом и почти белыми волосами, взгляд придавал ей вечно опечаленный вид. Да и история Турина меня, надо признаться, впечатлила.

– Зашей ворот, - показала я на платье, когда Ниниэль пришла.

– Да, госпожа.

Изображение в зеркале дрогнуло. Я приложила к лицу ладони. Щеки горели. Кажется, ты сходишь с ума.

– Но сначала принеси мне поесть, - я резко поднялась с места. Сколько дней я уже не ела? И не спала дня три или, может, четыре. Усталости не было, и кусок не лез в горло.

Ниниэль поклонилась и ушла, оставив меня нервно мерить комнату шагами. К счастью, еда прибыла быстро, и я принялась крошить куски хлеба, пока не учуяла странный запах. У меня, как и у большинства эльфов, всегда было чуткое обоняние, и мне показалось, что пахнет деревом, лесом. Окно было закрыто. Я поднесла кусок мяса ко рту и запах усилился. Он не был неприятным, но был очень странным. Что это? Какой-то новый способ готовки? Рот наполнился кислой слюной. Мясо, пахнущее деревом? Или?.. Я подскочила на стуле. Неужели меня решили отравить? Меня учили разбираться в ядах. Я отодвинула тарелку от себя и отчего-то засмеялась. Действительно, я была очень легкой мишенью, пока была одна и сходила с ума от страха!

– Соберись, - тихо произнесла я вслух. – Нужно мыслить ясно.

– Ниниэль!
– позвала я, вернувшись за стол. – Эй, Ниниэль!

Служанка зашла в комнату.

– Присядь, - ласково улыбнувшись, сказала я.

– Я еще не закончила чинить ваше платье, миледи, - тихо пробормотала Ниниэль.

– Потом, - покачала я головой. – Раздели со мной трапезу.

– Я не смею, - служанка подняла на меня свои бесцветные глаза, но села.

– Ешь, - сказала я с улыбкой, но твердо, подтолкнув к ней поднос.

Служанка взяла кусок хлеба и разломила его.

– Ешь мясо, - добавила я, и я заметила, что в глазах Ниниэль промелькнул страх. Я не ошиблась, и это крайне разозлило меня. Это яд, если бы это была приправа, она бы ела! Это я ей приказала, значит она должна сделать все, как нужно мне! Как можно возражать кому-то, кто стоит так близко к вершине мире?

Девушка взяла кусок мяса и поднесла его ко рту. Очень медленно, рука ее дрожала. Не выдержав этого фарса, я мигом побежала к служанке и схватила ее за волосы. Я была настолько зла, что даже не стала применять магию, да и было бы к кому!

– Отравить меня решила, гадина! – закричала я и со всей силой ударила лицо Ниниэль об стол. На белой скатерти появились красные брызги крови, и я услышала крик. Я ударила еще раз и за волосы вытащила служанку из-за стола, в другой руке держа кусок мяса.

– Это не я! – вскричала Ниниэль, держась за разбитое лицо.

– А кто? Повар?

– Нет! Это…

Я резко оттолкнула девчонку, и она упала, ударившись об стол, и заревела. Я медленно подошла к ней.

– Кто? Немедленно говори! Спрашиваю по-хорошему в последний раз!

– Это… это… господин Готмог! Прошу вас, госпожа, я не хотела…

– Ах ты, продажная тварь! Балрогова подстилка! – я размахнулась и дала ей пощечину. Готмог! Конечно же! Даже если Гортхаур вернется назад с победой и превзойдет балрога, тот все равно нанесет ему удар. А сейчас Готмог в безопасности – Гортхаур ничего бы не узнал, а Мелькор слишком далеко…

Меня потянули за ночную рубашку, и я увидела молящий взгляд стоящей на коленях Ниниэль. В ее глазах было столько страха! В моей душе поднялась волна отвращения, и, наверное, я поняла, что испытывают Мелькор и Гортхаур наедине со своими жертвами в самых темных глубинах Ангбанда.

– Прошу вас, миледи, - прошептала Ниниэль, вцепившись в меня. – Меня заставили. Он сказал, что так надо, - и она осеклась, глотая слезы.

Ее нельзя было оставлять безнаказанной. В моей руке все еще был холодный отвратительный кусок ядовитого мяса. Она хотела меня убить.

– Ешь, - повинуясь какому-то темному наитию, сказала я.

– Пожалуйста!.. – застонала Ниниэль.

– Ешь!
– закричала я и схватила служанку за лицо, надавив ей на щеки. Рот открылся, и я запихала в него полкуска и с силой дернула. Я держала ее за волосы, пока она не проглотила. Сначала она тряслась, а потом словно одеревенела и стала намного тяжелее.

Я отпустила ее волосы, и она со стуком упала на пол. Огромные голубые глаза Ниниэль без выражения смотрели в потолок. Она была мертва. Совсем мертва…

Я закричала, только сейчас осознав, что случилось. Красная пелена ярости спала с глаз, и я поняла, что я натворила. Я убила человека. Сползая по стене, я сдерживала крики и, не мигая, смотрела на мертвое тело в своей столовой.

Не знаю, сколько я так сидела, но нужно было брать себя в руки. Я принялась считать свои вдохи. Меня пытались отравить, и я убила человека. Нет, не так. Балрог Готмог пытался меня отравить, подкупив мою служанку, и я отравила ее в припадке ярости. Так лучше. Надо идти к Мелькору. Конечно, к Мелькору просто так не придешь в гости, истерично расхохоталась я, нужно ждать, пока он сам позовет. Но при нынешней ситуации… Даже если Вала накажет и меня, за то, что я нарушила его покой, надо сказать сразу. Кажется, я начала соображать.

Быстро смыв с рук кровь и надев первое попавшееся платье вместо ночной одежды, я вышла из своих покоев и увидела четырех людей, толкавшихся под дверью. Видимо, их привлекли крики. Увидев меня, они тут же замолчали.

– Пошли вон отсюда! – рявкнула я, нечаянно толкнув одного, и они мигом исчезли.

Подойдя к двери Мелькора, я нерешительно постучалась.

– Входи, девочка, - я толкнула дверь, и удивилась тому, что она была незакрыта, как обычно. Меня как будто ждали.

Мелькор смотрел в окно, но когда я зашла, он перевел взгляд на меня.

– Зачем же ты пришла, Сильмариэн?

Я закрыла глаза и выпалила на одном дыхании:

– Балрог Готмог пытался меня отравить, подкупив мою служанку, и я отравила ее в припадке ярости. Меня пытались убить, - я замерла, не открывая глаз, ожидая ответа Темного Валы.

Я услышала смешок, скрип кресла, холодные пальцы коснулись моего подбородка и исчезли.

– Это не Готмог, Сильмариэн. Это я.

Мои глаза резко распахнулись.

– Что? – я ожидала чего угодно, только не такого ответа. – Зачем? Вы пытались меня убить?

Мелькор рассмеялся.

– Вовсе нет. Просто пора было тебя взбодрить. Ты слишком уж бесполезна и грустна после Маэглина. Ходишь целыми днями и дуешься. А тут такой задор, такой боевой феаноровский дух! Я решил тебя проверить, чтобы узнать, не растеряла ли ты всего этого, и я в тебе не ошибся. Я впечатлен тем, что ты наконец это сделала, Сильмариэн!

– Значит, я убила Ниниэль, потому что… – мне хотелось схватиться за голову и закричать. Мир закружился перед глазами. Как бы ни упасть при Мелькоре в обморок.