Подонок. Ты – моя игрушка
Шрифт:
— Допустим, и?
— Это какой-то твой очередной трюк или что? Зачем ты вдруг стал приглашать её куда-то? — спрашивает его отец, а я хмурюсь. Мне даже как-то обидно за нас, наверное. Почему я верю в его симпатию, а его отец так отзывается? Это всё-таки «мы»… И «мы» уже есть… По-настоящему.
— А мне нельзя, да? Херовый Ник? Мне не может кто-то нравиться по-твоему?
— Нет, ты меня не понял. Если это так, то я рад… Общайтесь, конечно. Только учти, сын, если…
— Ты угрожать мне ещё будешь?! — рычит Ник в ответ, и я уже думаю, что они сейчас подерутся… Но его отец смягчает ситуацию. И тем не менее, я как была напряжена, так и остаюсь. Совсем не хочу, чтобы они ещё сильнее ругались, тем более из-за меня. Ведь я не жаловалась даже… Лишь бы не допустить их ссор.
— Я не угрожаю тебе, сын. Я тебя люблю. Но переживаю за девочку.
— За неё можешь не переживать… Это всё?
— Всё, Ник. Надеюсь на твоё благоразумие… — его отец уходит, а он закрывает за ним дверь и идёт в сторону кровати, присаживаясь на неё и громко выдыхая на всю комнату, пока я выползаю оттуда.
Стоит увидеть его понурый вид со склонившейся головой, как я хмурюсь и подхожу к нему вплотную. Он даже взгляда на меня не поднимает. Так и сидит, уныло вжав голову в плечи…
— Ник… — касаюсь его волос рукой, а он обхватывает меня за поясницу и притискивает к себе.
— М…
— Он просто спросил и всё… Это не значит ведь, что он тебя не любит или в чём-то подозревает…
— Да ладно?
— Ну… Ты ведь не обидишь меня… Ведь не обидишь? — спрашиваю, зачёсывая назад его волосы, и он поднимает на меня свой взгляд.
— Может и обижу… — отвечает с улыбочкой. — А, может, тебе даже это понравится… — ухмыляется и дёргает меня, завалив на себя сверху. И я оказываюсь сидящей на нём, словно наездница, блин…
— Ник… Что ты делаешь? — спрашиваю дрожащим голосом, зажав футболку у него на груди в кулаки.
— Обижаю тебя, что же ещё…
От автора: Сегодня пир, мои дорогие! Максимальные скидки 35 % почти на все мои работы!!! Выбирать здесь
https:// /shrt/3Xj2
Глава 35
Никита Хорольский
Отец, сука, конкретно выбесил. Достал уже вмешиваться. Какое ему дело вообще?! Он ей не отец. Пусть идёт и дальше продолжает ебать свою меркантильную подружку, а я пока продолжу совращать её дочь. Злюсь, блин, до какого безумия. Аж слышу, как свистит моя фляга.
Сжимаю её упругую задницу в ладонях и двигаю на себя, присосавшись к сладким манящим губам так сильно, что она и сдвинуться не может. Пытается ёрзать, но тем только сильнее меня распаляет…
— Тихо ты… — перехватываю за волосы и давлю на затылок. — Всё под контролем…
— Нет, не правда… — пытается отпрянуть. — Я же всё чувствую у тебя…
— Это никуда не денешь. Физиология. Не будем же мы теперь вообще не целоваться…
— А без этого что никак? — спрашивает её тонкий голосок, и мне вот реально хочется заржать.
— Ты же не с тринадцатилеткой сосёшься, да? Как ты ещё хотела?
— Не знаю, Ник… Я лучше… Я к себе пойду, ладно? Не обижайся, — пытается слезть, а я стискиваю челюсть. Злюсь на неё пиздец. За то, что она убегает постоянно. Так долго ждать сближения. А это мне совсем не нравится… Но и наезжать на неё за это тупо вообще. Я же осознаю, что так мы ближе не станем. Наоборот. Я только оттолкну её своим напором. Нужно быть мягче… Но я такой ведь от природы. И мне капец как тяжело меняться.
— Ладно, иди… — отпускаю её, хотя внутри всё трещит по швам. Кажется, что вот-вот грудную клетку разорвёт на части. Давление просто нереальное внутри.
— Только не расстраивайся… — слезает она и присаживается на кровать. Чем, кажется, только сильнее добавляет дров в мою личную топку, но я ведь не должен разгораться. Мне наоборот нужно остыть… И её тоже успокоить. Иначе всё испорчу.
— Давай… — произношу сбивчиво. — Давай просто будем говорить… Без поцелуев… Я не хочу, чтобы ты уходила…
Она замирает на моём лице и обнимает себя за плечи.
— Ты замёрзла? Залезай под одеяло, а я тут полежу в сторонке…
Женя делает всё, как сказал и прикладывается на подушку, рассматривая меня.
— Расскажи, как вы познакомились с Лёхой, — прошу её, и она удивляется.
— С Лёшей? Ну… Мы были в разных отрядах. Он во втором, кажется. Я в третьем… Он играл на гитаре, был активистом таким… А ещё у него там вожатая была…
— В курсе, — ржу я, вспоминая. — Геля, да?
— Ага…
— Ясно… А ещё что?
— Ну он всегда был добр ко мне… Не как…
— Не как я… Да?
— Наверное, — стеснительно улыбается она, ковыряя краюшек одеяла. — Ещё у него была способность всех веселить. Он даже делал какую-то стендап программу… У него круто получалось.
Значит, стендапер дохера… Лёха-Лёха… Просто принц, блин. Жаль меня не научил, как так быстро втираться кому-то в доверие…
— Я в нём не сомневаюсь…
— Я всё время думала, что хотела бы такого брата… Извини, — роняет она взгляд вниз. — Не в том смысле…
— Да я понял. Я и не хочу быть твоим братом. Это извращения какие-то. Ты мне никто…
— Никто — да…
— Блядь… Жень… Ты поняла.
— Конечно, — улыбается она, а потом тянется к моему лицу. — Когда ты ругаешься или злишься, у тебя появляется морщинка… Мне хочется, чтобы она исчезла… Не надо сердиться…
— Я не сержусь. Я просто от природы такой…
— Не правда, — мотает головой категорично. Словно что-то знает, блин. Святая простота…
— Правда…
— Нет. Я уверена, что ты умеешь быть добрым и отзывчивым… Лёша тебя очень любит… И ты его. Там на вечеринке ты за него сразу заступился… А потом за меня. И я знаю… — замолкает она тревожно.
— Что? Что ты знаешь, хомячок?
— Что это пройдёт… Твоя эта защитная реакция. Она ослабнет и покажет мне настоящего Ника, — шепчет она взволнованно, а у меня при этом отчего-то такое поганое чувство в груди. Просто разрывает.
— Ты это… Не нагнетай… Я такой и есть…
— Посмотрим…
— И посмотрим, да… На что бы ты хотела сходить? Давай билеты забронируем?
— Если честно, мне всё равно… Только бы не ужасы… Я не выношу всякую кровь и прочее…
— Понял. Что тогда? Мультфильмы? — улыбаюсь, а она растягивает губы.