Чтение онлайн

– Хорошо, Анатолий Константинович. Сделаю всё, как сказали, - шагнул к выходу Липатов.

– Постой, Роман, - остановил его Зарубин.
– Ты сам лично поедешь на коронацию и прилюдно расправишься с этим педерастом.

– Понял, - коротко кивнул Лис и вышел из квартиры.

Решать судьбу накосорезевшего авторитета Лис пока не торопился, надеясь на его благоразумие - не ждать выстрела со стороны, а по собственному желанию покинуть этот грешный мир.

Глава 23.

В то время как Роман Липатов с телохранителями ожидали посадки в самолёт, Бронский созвонился со Стрельцовым и назначил ему встречу в лесочке в западной части города.

– Тебе что, дядя Киря, свежим воздухом в компании со мной подышать захотелось?
– усмехнулся Василий Степанович.

– Да, Вася. Очень хочется. Подъезжай. Встретимся там через полчаса.

Умереть, не взглянув в глаза детоубийцы и не сказав ему "пару ласковых", Барон просто не мог. А если повезёт, то и расквитаться с ним лично...

Прежде чем вызвать машину Кирилл Андреевич выпил ещё пару стаканчиков виски, упрятал во внутренний карман пиджака заряженный и снятый с предохранителя "Вальтер", посидел немного на дорожку и только потом снял трубку телефона.

– Машину к парадному входу и добавьте охраны, - абсолютно трезвым голосом, будто и не пил вовсе, распорядился он.

Через минуту поблёскивающий хромированными частями на ласковом солнышке мощный джип "Нисан Патрол" с четверыми телохранителями, включая и водителя, плавно остановился у первой ступени входной лестницы. Обычно Барон обходился услугами только водителя-телохранителя, но сейчас он не собирался дёшево продавать свою шкуру. Бравые парни в строгих чёрных костюмах и тёмных солнцезащитных очках, все как на подбор коротко стриженные, одного роста и спортивного телосложения, высыпали из машины и с каменными лицами застыли со всех её четырёх сторон. Бронский неспешно влез в машину и поудобнее расположился на заднем сидении. "Отбойщики" заняли каждый своё место.

– Жми на западный выезд в лес, - приказал он водителю.

Водитель молча кивнул, а сидящие по обе стороны от босса и занимающий "командирское" место, незаметными движениями поправили скрытое под пиджаками оружие.

Джип выехал за ворота охранной фирмы. Игнорируя все правила дорожного движения, очень быстро нашёл себе место в плотном автомобильном потоке.

Василий Степанович Стрельцов ехал на стрелку в своём любимце - бронированном "Додже". Просторно, уютно, комфортно, а главное быстро. Машиной управлял белокурый молодой водитель, который кроме знания своего дела "на отлично", ещё и великолепно справлялся с любыми видами стрелкового оружия. Позади и спереди Стрельцова покачивались в креслах ещё трое телохранителей. Василий Степанович не ждал ничего дурного от этой встречи, потому пребывал в приподнятом настроении и намурлыкивал себе под нос какой-то шлягер.

Машины подъехали к месту встречи одновременно. Остановились на полянке перед лесом в десятке метров друг от друга. Охрана и с той, и с другой стороны беглым, но профессиональным взглядом прочесала периметр и застыла у машин, готовая в любой момент приняться за свою работу. Барон выбрался из кожаного нутра своего авто и нервно подёргиваясь, постоянно поправляя свой пиджак, двинулся навстречу уже выбравшемуся из своего броневика и лениво переставляющему ноги в его направлении Стрельцову. Сошлись. Традиционно обнялись и похлопали друг друга по плечам.

– Пойдём, Вася, лесным воздухом подышим, - стараясь замаскировать своё напряжение под обыденный тон, предложил Бронский.

Но Василий Степанович всё-таки почувствовал какую-то скрытую угрозу, исходящую от авторитета и сделал незаметный знак рукой своим людям. Те сосредоточились. Чего нельзя было сказать о расслабившейся по поводу мирной на первой взгляд встрече охране Бронского.

Боссы вошли в лес. Повеяло лесной прохладой, высокая и буйная в этом году трава ласкала дорогую ткань пары брюк, жизнерадостно щебетало о чём-то своём пернатое население леса. В муравейнике под старой, склонившей свою крону берёзой, у которой и остановились представители криминального мира, кипела своя жизнь. Рабочие муравьи без устали таскали в дом всё, что подворачивалось под их лапки. Муравьи-солдаты стерегли своё жилище от чужаков, а где-то внутри большого муравьиного общежития подрастало новое поколение...

Вроде бы и прошли они довольно большое расстояние, но, оказывается, с поляны были хорошо видны.

– Так о чём ты хотел со мной поговорить, - после долгого молчания, наконец, спросил Василий Степанович.

Из головы Кирилла Андреевича вылетело почти всё, что он хотел сказать Стрельцову и о чём хотел его спросить. Из всего оставшегося сложилась только одна гневная фраза, которую он и выкрикнул, попутно пытаясь высвободить из кармана зацепившийся за подкладку пистолет:

– Я узнал правду: это ты, ты утопил моего сынишку! Так знай же, я размозжил голову твоему отцу!
– "Вальтер", оказавшись на свободе, всё-таки не удержался в трясущихся руках Бронского и, упав на землю, тут же затерялся в густой траве.

Вторая часть обличительной тирады Барона не удивила Стрельцова, ибо об этом он догадывался. А вот первая, прямо сказать, шокировала. "Откуда же ты об этом узнал?" - задал он немой вопрос Бронскому, уже разряжая в него обойму новенького "Зиг - Зауэра". Четыре пули разлохматили грудь уголовного авторитета и откинули его бездыханное тело к корявым корням древнего дуба. Выстрелы прозвучали приглушённо, но этот знакомый звук хорошо расслышала и та, и другая охрана. Секьюрити Стрельцова были уже готовы к подобной развязке, поэтому среагировали быстрее парней Барона. Их короткоствольные скорострельные автоматы наделали в телах противников множество дырок, и их души присоединились к душе их шефа.

– Тьфу ты, - раздосадовано сплюнул Василий Степанович, глядя на окровавленный труп своего отчима.

Постояв ещё долю секунды, вышел на поляну. И здесь трупы. Только, слава Всевышнему, не его людей. Вон они, живые и здоровые бегут к своему боссу.

– Что случилось, шеф?
– размахивая ещё горячим стволом, поинтересовался один из них.

В ответ получил кулаком по физиономии. Из разбитого носа фонтанчиком брызнула алая кровь.

– Чтоб молчали все до и после гробовой доски!
– усаживаясь в свой броневик, грозно предупредил свидетелей Стрельцов.
– Спишут на залётных.

Парни дорожили не только своей высокооплачиваемой работой, но и ещё более дорогостоящими жизнями. Конечно же, рта раскрывать по этому случаю не собирались.

"Додж", словно раскормленная утка, тяжело переваливаясь с бока на бок на просёлке, наконец-то выбрался на асфальт трассы. Быстро набрал скорость и пулей полетел в город. Ни за что получивший по соплям охранник промачивал сломанный нос платком и помалкивал, избежавшие гнева Патрона тоже, словно языки поглотали - сидели и тупо глазели на свои ботинки. Водила, кажется, не дыша, крутил баранку. А на раскрасневшегося и вспотевшего от напряжения Василия Степановича нахлынули воспоминания из далёкого детства.

... Нельзя сказать, что Вася душой и сердцем полюбил нового ухажёра своей маменьки, но всё-таки какие-то симпатии между ними были. Дядя Киря, так называл его Вася, был добр и ласков как по отношению к нему, так и к его матери. Даже будучи в подпитье, никогда не поднимал руку на свою сожительницу, и не позволял себе ничего, что могло бы показаться пошлым мальчишке, при его присутствии. Всегда нежно называл маменьку Василия по имени, и единственное, что мог позволить себе при нём, так поцеловать её в щёчку. Это Васе в дяде Кире нравилось. Не то, что родной отец. Тот мог в пьяном угаре избить мать до бессознательного состояния и, не стесняясь сына, тут же её изнасиловать. Эти сцены до сей поры снились Василию Степановичу, и он просыпался в холодном поту и мокрых простынях.