Чтение онлайн

Информация была серьёзной и требовала тщательной проверки. Ветер когда-то краешком уха слышал об охранной фирме "Беркут" и о её руководителе. Но то, что он вот-вот получит чин воровского генерала и возможно займёт кресло Смотрящего для Лапина было новостью. Об этом Ветер узнал десятью минутами позже звонка Снегирёвой от своего телохранителя и по совместительству "пресс-секретаря", который мгновенно пробил запрос своего шефа, лишь сделав пару телефонных звонков "куда надо".

– Вот так чудеса, право слово!
– искренне возмутился Ветер.
– Воры в Законе плодятся как кролики. И где? В подконтрольном мне городе! А я узнаю об этом чуть ли не последним!

– Что, шеф?
– не до конца расслышал телохранитель.

– Ничего, - отмахнулся от него Ветер.
– Домой поехали.

Вообще-то, Лапин телохранителей не уважал. Считал, что любые проблемы, связанные с собственной безопасностью в силах разрешить самостоятельно. До того, как его у одного из Питерских казино конкретно отделали с десяток пьяных подростков. Как не козырял Ветер своим статусом в уголовном мире, беспредельному молодняку было по фигу. Едва жив остался. После этого случая сообщество просто навязало Ветру постоянного персонального секьюрити. А, в принципе, с этим бесстрашным парнягой было значительно легче во многих вопросах работы.

Саня, так звали телохранителя Ветра, проводил босса до дверей гостиничного номера, который Лапин и называл "домом". Другого у него просто не было.

– Дай знать всему координационному совету, что завтра в восемь утра у меня состоится экстренное совещание, - напоследок распорядился Ветер и захлопнул дверь номера изнутри.

В координационный совет под председательством Юрия Лапина входило четверо наиболее влиятельных Вора в Законе Северо-западного региона Росси, проживающих в Питере. Они были старше своего председателя минимум на двадцать лет каждый, но беспрекословно внимали словам своего молодого коллеги.

Ровно в восемь утра в номере Ветра собрались все, кого он желал видеть. Седой, Ворон, Симон и Ром контролировали экономическую деятельность двух третей Санкт-Петербурга, причём, как легальную, так и теневую её стороны, и имели немалый вес в уголовной элите.

Ветер начал без предисловий.

– Друзья мои, - обеспокоенным тоном обратился он к ним.
– Из города Н этой ночью поступил тревожный сигнал. Некто Стрельцов нагло покусился на бизнес, приносящий общаку немалый доход. Его людьми похищена с точки довольно крупная партия товара. Но это не главное. Главное то, что он бросает нам вызов. Кто-нибудь из вас знаком с этим человеком?

Ветер окинул взглядом серьёзные лица Воров. Трое молчали. Слово взял Седой. Он говорил низким грудным голосом, периодически покашливая в носовой платок.

– Я встречался с ним на похоронах Барона. Но близко не контактировал...

– Седой, а тебе известно, что он претендует на чин воровского генерала? грубо перебил его Ветер.

Седой замялся и покраснел. Это ему было известно. И об этом он должен был немедля сообщить Ветру. Но замотался, закрутился и забыл. С кем не бывает?

– Да, Ветер, я знаю об этом. Моя вина, что тебя об этом позабыл оповестить.

– Если у тебя плохая память, то советую тебе подлечить её в санатории, рекомендовал Лапин. Потом закрыл эту тему и продолжил на злобу дня: - Так, Седой, по-твоему - это действительно его рук дело?

– Ветер, я не могу отвечать за этого человека. Но, по-моему, он вряд ли рискнул бы пойти на такой беспредел. Ему не с руки с нами ссориться. Да и за порядочность этого человека сам покойный Барон подписывался.

– Барон - птица высокого полёта, - не мог не согласиться Лапин.
– Но его нет в живых. И спросить у него, мы, увы, не можем. Запутанная история, бродяги. Кто что на это может сказать?

В разговор вмешался Ворон.

– А моё мнение таково: кто-то отчаянно пытается Стрельцова подставить. Чую я это.

Интуиции Ворона все удивлялись, ибо она редко когда подводила. Потому его слово на советах было далеко не последним.

– Я понял, что ты предлагаешь, Ворон, - кивнул в его сторону Лапин. Подождать. Верно?

– Да, - ответил Ворон.
– Товар по любому где-нибудь всплывёт. Отследить его не проблема.

– Ещё вопрос, Ворон, - поднял вверх указательный палец со шрамами на фаланге - результат сведения татуировки, Вор в Законе по кличке Симон.
– Ты уверен, что этого Стрельцова хотят подставить. В этом случае товар обязательно всплывёт у него. По логике вещей. Опять путаница выходит.

– Согласен с тобой, Симон, - не стушевался Ворон.
– Но тогда с него и спросить легче будет. Или не так?

– Так, - пожал сутулыми плечами Симон.

– Ну, а ты, Ром, что скажешь?
– обратился к помалкивающему авторитету Ветер.

– Я с бродягами согласен. Давайте подождём, и будем действовать по ситуации.

– Всё, - поднялся со своего места Лапин.
– Время покажет. А теперь давайте перекусим. Время завтрака, друзья.

Никто отказываться не стал. По звонку в номер Лапина внесли лёгкий, но калорийный завтрак. Все занялись едой, позабыв на какое-то время о проблемах и делах.

После завтрака все, кроме Седого, покинули номер Лапина. Он как чувствовал, что Ветер имеет к нему какой-то разговор. Ощущение было правильным.

– В общем, так, Седой. Чувствуешь за собой косячок? Знаю, чувствуешь, потому и остался, хотя я тебя об этом специально не просил. Поручаю тебе проследить похищенный товар. Давай, принимайся за работу.

В принципе, этого и ждал от Лапина Седой. Кивнув в знак согласия, оставил председателя наедине с самим собой.

Глава 26.

Халявного героина Глебу на долго не хватило. Он хоть и был конченым наркоманом, но все мозги ещё не прокумарил, чтобы по отрешённому виду своего нового "спрыгнувшего с "кокса" "кореша" не понять, что с дойной коровой он здорово облажался. Ну, что ж, волка ноги кормят. Не на его счастье, а на его беду к господину Пухлякову поступил спецзаказ. Иван Григорьевич вызвал к себе своего нового могильщика и, тщательно проинструктировав его, с Богом отправил на работу.

Егорычу новенький не понравился. Обезьяна обезьяной. И снаружи и изнутри. Подкидышев, не проронив не единого лишнего словечка, вручил ему инструмент и указал место будущей могилы. А вообще-то, Глебу Сараеву была до фени эта работа. Его мозг срочно требовал опия и функционировал на девяносто процентов в режиме поиска средств на зелье. Копал Сараев машинально, на автопилоте. И не заметил, как день пролетел и как яму вырыл. Лопаты на плечо и потопал до будки вреднючего старикашки в военной форме.

Семён Егорович Подкидышев прямо извёл себя вопросом: куда же подевался Стас? За это время он настолько сблизился с ним, что в нём оттаяло припорошенное годами чувство отцовства. Егорыч безумно скучал по Стасу - и это, не кривя душой. Задать этот вопрос новенькому разгильдяю Егорыч не то чтобы не решался, он с ним просто не имел никакого желания общаться. Ну, не по душе он ему пришёлся, и баста на этом! Вот только вспомни о г...не, и оно появится. В сторожку просунулась голова Глеба.

– Я всё закончил, - объявил он.
– Пойду домой.