Чтение онлайн

Правда, потом этот подпольный надомный цех прикрыли, и предпринимателю пришлось заплатить очень солидный штраф. Но это уже, как говорится, издержки профессии. А что, если наша предприимчивая «новая метла» пошла по тому же пути? Что, если она уволила трех швей, а на их место взяла десять, и теперь те сидят по домам и шьют себе втихую? А она только собирает готовую продукцию и выставляет ее в зале на продажу, а в цехе – на случай инспекторской проверки – сидит одна-единственная швея, делает вид, что это она все и сшила. А ведь запросто!

Так, так… А что сказала Лариса про свою прежнюю хозяйку и прежнее место работы? «…Я и сама из того ателье никогда не ушла бы. Коллектив у нас был отличный, а хозяйка – просто золото! Пахарь и талантливый модельер и закройщик. Нам она платила хорошо и нас не обижала, а тем, кто рацпредложения вносил, еще и премии щедрые выписывала. Все Элеонору любили, и она нас, по-моему, тоже. Только она, к великому нашему несчастью, умерла…»

Представляю, как все жалели эту Элеонору! А новая хозяйка, может, потому и разогнала всех, что ревновала к старой? Уж ее-то вряд ли все любили так же.

«…Понимаете, обидно мне стало: я там без малого семь лет отработала, у прежней хозяйки на хорошем счету была, зарабатывала неплохо. Мы с Элеонорой почти подругами были, и тут на тебе! Эта идиотка всех разогнала! Тварь! Аферистка!..»

Тварь! Аферистка!.. Да, тут любовью и не пахнет.

– Почему аферистка? – уточнила я тогда.

«Она мне зарплату не отдала, двенадцать тысяч, между прочим! До сих пор не могу успокоиться. Одно утешает: не со мной одной так поступили. Нас, таких, троих уволили…»

Да, что-то эта Капитолина нравится мне все меньше и меньше. Нет, чует мое сердце, надо ее разрабатывать, копать вокруг нее и этого странного ателье. И прямо сегодня надо поехать к бухгалтеру. Вот кто знает о своих хозяевах много интересного!

Ореховая, девятнадцать. Зеленая зона нашего города. Я ехала к Кладченко Ольге Олеговне на самую окраину города. Вот пошли сады с желтой и красной листвой, крыши домов среди плодовых деревьев со снятым урожаем. А вот и Ореховая. Асфальт кончился, дорога пошла проселочная, с ямами и колдобинами.

Я остановилась возле нужного мне дома: забор из листов шифера, деревянная калитка. Я нашла звонок и позвонила. Через пару минут к калитке подошла молодая женщина и посмотрела на меня поверх посеревших от времени досок, привстав на цыпочки:

– Вам кого?

– Мне нужна Кладченко Ольга Олеговна, – сказала я.

– Это я.

– А я к вам по вопросу вашей работы в ателье «Elegant».

– Даже так?

Она очень удивилась, однако открыла калитку и пропустила меня во двор.

Я заметила, что Ольга Олеговна была невысокого роста, лет тридцати трех – тридцати четырех, не больше. Довольно стройная девушка с коротко подстриженными темно-каштановыми волосами, в домашнем халате и галошах, надетых на шерстяной носок.

– А вы, собственно, кто? – спросила она по-деревенски просто.

– Я – частный детектив Татьяна Иванова. Вам не трудно будет ответить на пару моих вопросов?

Мы прошли в дом. Он был старенький, но крепкий, кирпичный. Она сбросила в сенях галоши, а мне дала бахилы, увидев, что я в кроссовках.

– Чтобы вам не утруждаться, не разуваться… Да и мне полы потом не мыть…

Мы сели в небольшой комнатке, служившей хозяйке, должно быть, гостиной: здесь стоял стол у окна, вокруг него три стула, у стены небольшой диван, в одном углу кресло, в другом – телевизор. Больше ничего здесь не поместилось.

– Я вас слушаю.

Она смотрела на меня спокойным, открытым взглядом грустных карих глаз.

– Ольга Олеговна…

– Можно просто Ольга.

– Хорошо. Ольга, вы работали бухгалтером у Элеоноры Браун?

– Да, пока она не умерла.

– А как получилось, что теперь вы там не работаете?

– Как только Элеонору похоронили, ее падчерица Капитолина начала устанавливать в ателье свои порядки и уволила меня. Как, впрочем, еще трех швей и одну приемщицу.

– А как, по-вашему, для чего это было сделано?

– Я думаю, что не сильно удивлю вас, Татьяна, сказав, что сделано это было с одной-единственной целью – уйти от лишних налогов. Дело в том, что прежняя хозяйка Элеонора вела бизнес честно, показывая… почти весь свой доход, и все ее работницы были оформлены официально.

– Ольга, извините, но я почувствовала, что вы запнулись, сказав «показывая… почти весь свой доход».

– К сожалению, Элеонора умерла, – царство ей небесное! – и навредить ей теперь все равно невозможно, лишь поэтому я скажу: да, она умела грамотно уходить от налогов и немного мухлевать, совсем немного! И, главное, практически в рамках закона! Она неплохо разбиралась в бухгалтерии и, получив доход, сначала делала все покупки, зачисляя их в графу «расход» в бухгалтерском отчете, и только потом платила налоги с оставшейся суммы. Дело в том, что по закону денежные суммы, на которые были сделаны покупки для расширения бизнеса, налогом не облагаются. Таким образом, она экономила довольно много денежных средств. А еще она удачно делала вложения в ценные бумаги, получая от этого некоторый доход.

– Ольга, мне кажется, вы хороший бухгалтер, – сказала я, – странно, почему вас уволили?

Она посмотрела на меня, усмехнувшись.

– Мой основной недостаток в том, что я не могу держать язык за зубами. Увы! Я прямо сказала Капитолине, когда она начала проводить свою так называемую реорганизацию, что она не права. Она поступает во вред себе и всем. Мне бы промолчать…

– А что Капитолина делала неправильно?

– Что? Да все! Она сказала, что нам надо экономить, но не так, как это делала Элеонора. Капитолина объявила, что мы официально уволим всех работников, оставив буквально одну на случай налоговой проверки. Мол, вот эта одна да еще сама Капитолина и есть весь штат ателье. Остальные швеи пусть сидят по домам и работают там и раза два в неделю приезжают, чтобы сдать готовую продукцию. А в ателье останется одна приемщица… Ну не смешно? Я ей тогда стразу сказала: это бред! Так работать нельзя! Она меня тут же уволила. Кстати, денег мне так и не выплатила. А я, к вашему сведению, потом целых два месяца искала работу! Между прочим, у меня восьмилетняя дочка и мама – пенсионерка. И это еще при том, что мужа нет, я основной кормилец в семье! Так что как хотите, а Капка эта – настоящая тварь!

Да кто бы сомневался!

– А сейчас вы работаете? – спросила я Ольгу.

– Да, я устроилась бухгалтером в ночной клуб.

В это время из соседней комнаты в нашу вошла девочка лет восьми. Она держала в руках тетрадь. Увидев меня, девочка немного смутилась, потом поздоровалась и обратилась к матери:

– Мам! Я не знаю, как задачку решать…

– Иди, зайка, иди, я скоро освобожусь и подойду к тебе.

Девочка, прижимая к груди тетрадку, вышла из комнаты, а Ольга повернулась ко мне: