Чтение онлайн

– Какие гадости? Ты не так поняла. – потерянно возразил он.

– Юрий, если вы сейчас не тронетесь, то я выйду из машины и стану ловить попутку.

С видом поверженного гладиатора он завел мотор.

Пасмурный пейзаж опять поплыл мимо.

– Сколько еще ехать? – спросила я.

– Мало.

– А именно?

– Полчаса.

– Юра, Вы меня высадите на любой автобусной остановке, ладно?

– Я могу и до дома довезти. Или хотя бы до метро.

– Спасибо, не нужно.

– Как прикажете.

Повисло молчание. Он коснулся автомагнитолы, и вновь в салон полилась спасительная музыка. Не важно, какая. Ее можно просто слушать и прекратить, наконец, выпускать на воздух лживые, фальшивые слова. Я, по крайней мере за последние пару часов столько фальши из себя исторгла! А почему? Наверное, потому, что не верю в чужую искренность. А. Может, все наоборот: не верю, потому что сама не искренна?

Слова, слова, слова.… Это все понятия эфемерные. Почему же я сама – понятие очень даже материальное – сижу, словно под пыткой? И мне все труднее держать этот независимый вид. Дышу я почему-то часто, у меня мелко дрожат колени, а внизу живота разливается невыносимая истома. Со мной этого никогда прежде не было. Никогда. Что это?

– Люда, а Вы не думали о том, что все это – не случайно? И то, что Вы стояли там в ожидании автобуса? И что мне понадобилось купить сигареты не где-нибудь, а именно там, в этом захудалом ларьке?

– Я не знаю… Я не хочу об этом думать. Извините.

– Но что-то ты должна обо всем этом думать! Ты же не кукла тряпичная, черт побери! А живой человек!

– Юра, я Вас очень прошу прекратить это!

Он обреченно умолк.

Уже начались новостройки преддверья Москвы. Еще несколько минут – и наши траектории навсегда разойдутся. И это хорошо. Бунт внезапно проснувшейся плоти будет благополучно подавлен. Разумеется, это в том случае, если он не дотронется до меня. Иначе я просто растаю, растворюсь, меня не будет. Но, похоже, к счастью, Юра не из тех, кто позволяет себе лишние движения без высочайшего женского позволения. Как я сказала? К счастью? А я ничего не напутала?

А вот и решение проблемы – автобусная остановка.

– Юра, остановите здесь. Пожалуйста.

– Хорошо. Знаешь, я ведь понимаю, что ты могла обо мне подумать. Действительно, я не прав. Так напролом, сразу… Извини, но ты неправильно все поняла. Я могу подождать. У тебя будет время, чтобы разобраться. Телефон дашь?

– Это ни к чему.

– Даже телефон? – он удивленно посмотрел на меня. – Я что, тебя чем-то обидел?

– Нет, конечно.

– Тогда почему? Ведь это наши жизни…

– Вот именно! У каждого своя жизнь. Я ничего не хочу менять в своей. Даже теоретически.

Я посмотрела ему в лицо. И то, что я увидела, смутило меня. В его взгляде была жалость.

Я коснулась замка на своей сумочке.

– Люда, Вы что, хотите мне заплатить?

Я не знала, куда себя деть от неловкости.

– Ну… – неопределенно протянула я.

– Ни в коем случае! Впрочем… Поцелуй в щечку я, надеюсь, заработал?

– Конечно!

В моем голосе – сама вежливость. Я шутливо вытянула шею, подставляя щеку.

И в тот же миг ощутила на своих губах его рот. Или мой рот ощутил его губы. Я не помню. Я только помню, что это было так, как никогда раньше. И это было трудно, просто невозможно прервать. Но я все-таки сумела. Вылетела из машины и пулей понеслась по какой – то дорожке вглубь новоиспеченного квартала. Там, покружив немного среди домов – близнецов и остудив пылающее лицо, я вернулась на остановку.

Конечно, его уже не было.

А разве я не этого хотела?

Села на первый же подошедший автобус. Очень хотелось посидеть вот так, уткнувшись лбом в холодной стекло, наедине с собой среди толпы. И незаметно поплакать. О чем? Не знаю. Наверное, о том, что такая вот я дура непутевая.

Ленка вышла на улицу. Хоть покурить спокойно! Надоело! Достали все: и больные, и врачи, и весь этот больничный людоворот!

И зачем только она согласилась пойти в санитарки? Словно в ее годы больше и устроиться-то некуда. Ну, подумаешь, продавцом не получилось. Так это разве она виновата? Все мать: то пожрать принеси, то выпить.… А касса-то не резиновая. И так нахомутала долгов – еле расплатилась. Ну не к станку же на завод, в самом деле! Конечно, можно зарабатывать известным способом… Но противно. Чтобы всякая мразь тебя своими лапами хватала! Как пьяный отчим когда-то… Брр! Ладно, пока пусть так, хоть ради трудовой книжки, а дальше – видно будет.

Из дверей вышла незнакомая девица в белом халате и деловито направилась к другому корпусу. Практикантка? Или новенькая медсестра? Увидев Ленку, новенькая притормозила и, оглянувшись на окна терапевтического корпуса, спросила:

– Сигаретки лишней не найдется?

Ленка кивнула и полезла в карман.

– Прикинь, что у нас устроили! – глубоко затянувшись, начала девица. – Ведь реанимация все-таки! Нас же в училище учили.… Не дай бог, если кто посторонний войдет! А тут устроили сборище целое.… Это в реанимации-то! Нотариуса еще пригласили…

– На кой он там нужен, нотариус-то? – равнодушно спросила Ленка.

– Завещание писать!

– Завещание? Прямо в палате? А так бывает, да?

– Да все бывает. В больнице все бывает. Но ведь это реанимация! Ну конечно, за деньги тебя хоть куда пустят…

– Да ладно, чего ты, не заморачивайся. Расскажи лучше про завещание!

– Ну привезли сегодня одну бабу, еле живая. Престарелая такая, иностранка.

– Да? И кто по нации?

– Вроде, англичанка, но по-русски говорит, как мы с тобой. Плохо ей стало, упала где-то.… Ну, еще бы! Вообще удивляюсь, как она еще жива…

– А что у нее?

– Ой, там такой букет! Ничего хорошего. Не в этом дело… И как только пришла в себя, сразу потребовала нотариуса. А они и рады стараться…

– И что? Много у нее богатства что ли?

– Да в том и дело! Я только в кино такое слышала: вилла – там, вилла – сям, квартира в Лондоне, еще что-то…

– Везет же людям! – Ленка мечтательно сощурила глаза.

– Опомнись, какое там «везет»! Говорю тебе, ей жить осталось два понедельника. Чего уж тут завидовать!

– Да я не о ней. Кому-то ж все это достанется!

– Ну, это да! Сюрприз так сюрприз. Хотя, может, и не сюрприз. Может, у них там все заранее обговорено, и никаких сюрпризов. Или все в долгах. Да ну их всех! Не про нас это…

– Погоди, не убегай! А ты все это сама слышала? – Ленка схватила девицу за рукав.

– Конечно. Да тебе-то что?

– А кому она все завещала-то? Фамилию называла?

– Ну конечно! Какой-то Рыжовой. Точно, Рыжовой Людмиле Олеговне, проживающей.… Не помню я. Москвичка, в общем. Ну, все, побежала я, спасибо за сигаретку!