Чтение онлайн

– А вы ее отыщете?

– Конечно.

– Сегодня?

– Ну, этого еще нельзя знать, но во всяком случае будьте покойны. Она найдется. – И, сказав это, Рокамболь увел Милона.

– Куда же мы едем? – спросил тот.

– В Змеиную улицу, к доктору Винценту.

Они сели в проезжавший в это время мимо них фиакр и отправились в тот дом, где привратницей была мать Ноэля-Кокорико.

Рокамболь, прежде чем идти к доктору Винценту, зашел к себе и переоделся с ног до головы.

Минут через десять после этого он был уже у доктора, который очень удивился, увидев перед собой господина в переднике с карманами. Господин походил в совершенстве на какого-нибудь фельдшера.

Сначала он совершенно не узнал Рокамболя и был поражен, когда тот напомнил ему о событии в вилле Сайд.

– Берите перо и пишите, что я вам продиктую, – заметил врачу мнимый фельдшер.

– Кому?

– Барону Филиппу де Морлюксу. Началась война, и теперь нам нужно стараться вести ее успешно.

– Но что же я буду писать?

– Слушайте!

И Рокамболь продиктовал следующее:

– Да ведь это чистое попрошайничество, – заметил доктор.

– Нет, – ответил Рокамболь, – это простое средство для меня пробраться к барону, так как я – ваш фельдшер и понесу ему это письмо.

Через четверть часа после этого Рокамболь под видом фельдшера был уже у барона Филиппа де Морлюкса.

Камердинер барона провел его беспрепятственно к своему барину, который и принял его сначала за фельдшера своего нового доктора, но он сейчас же сказал ему: «Господин барон, я фельдшер доктора Винцента».

При этом имени волосы стали дыбом на голове больного.

– Что же угодно от меня доктор? – спросил он.

– Во-первых, узнать о вашем здоровье, – ответил Рокамболь, – а во-вторых, он приказал передать вам вот эту маленькую записку.

Барон протянул дрожащую руку, взял письмо, прочитал его и побледнел.

– Доктор Винцент – мой старый приятель, – сказал он, – и я рад был бы услужить ему, но как ни богат человек, у него не всегда есть в наличности такая сумма денег, а потому я прошу вас подождать, пока я напишу и пошлю к своему нотариусу.

– Хорошо, я подожду, – ответил Рокамболь, садясь в кресло и начиная рассматривать барона, который между тем позвонил и приказал своему камердинеру тотчас же съездить с письмом к его нотариусу.

– Эти деньги, – думал барон, – купят мне молчание доктора. Он будет молчать.

Через четверть часа после этого приехал и Карл де Морлюкс, который, войдя к брату, не обратил ни малейшего внимания на личность, сидевшую в костюме фельдшера.

– Что за человек? – спросил он у своего брата по-немецки, предполагая, что этот язык не может быть знаком простому фельдшеру.

Рокамболь между тем не шевельнулся при этом вопросе и имел самый равнодушный и спокойный вид.

– Это фельдшер благотворительной больницы, – ответил Филипп де Морлюкс. – Его прислал доктор Винцент.

– Зачем?

– Он просит у меня двадцать тысяч франков.

– Вот когда начинается попрошайничество!

– Кажется, что так.

– Лучше дать ему эти деньги, чем ссориться с ним, так как он все-таки оказал тебе важную услугу. Разве у тебя не нашлось двадцати тысяч?

– Нет. Да и мне хотелось посоветоваться с тобой.

– Надо заплатить. А теперь поговорим о более серьезных вещах.

Тогда Филипп де Морлюкс обратился к Рокамболю.

– Мне очень жаль, – сказал он, – но я вынужден просить вас подождать несколько минут. Не угодно ли вам пройти в мой кабинет, где вы найдете разные газеты.

Дверь в кабинет была отворена и отсюда можно было услышать разговор.

Рокамболь поспешил встать с своего места и исполнить желание барона.

Войдя в кабинет, он уселся в большое кресло, взял в руки газету и развернул ее так, что ему было возможно наблюдать за лицами обоих братьев.

– Дело сделано, – начал Карл де Морлюкс, – девочка упрятана.

– Знаю, сегодня у меня была их привратница, – ответил Филипп де Морлюкс, – она говорила, что хочет идти к Аженору.

– Пусть идет. Аженор в Ренне.

– А где же девочка?

– Арестована в сообществе с людьми Тимолеона. Рокамболь усердно читал.

– И она не могла доказать своей невиновности?

– Она хорошо защищалась, но все-таки попала в Сен-Лазар. Тимолеон очень разумный малый, – продолжал Карл, – и делает дела скоро, и до сих пор брал недаром с нас деньги.

– Э-ге! – подумал Рокамболь. – Я знаю этого Тимолеона.

– Когда этот болван уйдет, – продолжал Карл, – я позову сюда к тебе самого Тимолеона, который расскажет тебе весь свой план, чтобы Антуанетте никогда не удалось выйти из Сен-Лазара.

– Как, разве он здесь?

– Да, в соседней комнате.

Через десять минут после этого камердинер, посланный Филиппом де Морлюксом, привез от нотариуса деньги, и барон поспешил передать их Рокамболю. Рокамболь взял их, поклонился и вышел.

Проходя через приемную, где сидел Тимолеон, он вынул платок и, поравнявшись с бывшим полицейским сыщиком, сморкнулся и ускорил шаги.

Тимолеон не видел его лица и не узнал его.

Когда Рокамболь, вышел на лестницу, он без дальних церемоний остановил камердинера и, показав ему пачку кредитных билетов, предложил камердинеру вступить в услужение на три недели, причем обещал ему заплатить за это время двадцать тысяч франков, но с тем, чтобы Рокамболю было известно все, что будет делаться и говориться в это время у барона.

Камердинер, конечно, согласился на это предложение и, получив от Рокамболя задаток в пять тысяч франков, начал свою службу с того, что провел потихоньку Рокамболя в уборную барона, откуда он мог слышать подробно все, что говорилось в кабинете между двумя братьями и Тимолеоном.

Через час после этого он вышел на улицу, где его ждал Милон, и торопливо снял с себя фельдшерский передник.

– Ну, что? – спросил грустно Милон. Рокамболь пожал плечами.

– Только бы нам приехать вовремя, – пробормотал он, – а если мы опоздаем, то нам нельзя уже будет рассчитывать на полицию, и тогда придется действовать самим.