Чтение онлайн

К этому времени еще на нескольких лодках флотилий сменились командиры. 12-й флотилией командовал капитан 1 ранга Чарльз Джеймс Колбрук Литтл, который когда-то служил командиром одной из первых английских подводных лодок. Он поднял брейд-вымпел на лидере флотилии — легком крейсере «Фиэрлесс». Капитан 2 ранга Лейр командовал 13-й флотилией. Ранее он показал себя отважным командиром лодки типа Е и командовал К-3, первой лодкой типа К. Лейр держал брейд-вымпел на лидере «Итюриэл». К-2 командовал Лоренс, который в начале войны прославился, прорвавшись в Балтику сквозь германские минные заграждения. К-6 командовал Лейтон, который тоже побывал на Балтике, а потом командовал «Суордфишем» — первой экспериментальной лодкой Королевского Флота с паровыми турбинами. К-14 командовал Харботтл, ловивший шпионов у берегов Крита, замаскировав свою лодку типа Е под германскую субмарину. К-10 командовал Добсон, потопивший немецкую подводную лодку. Он командовал малой лодкой С-27, действовавшей в паре с судном-ловушкой траулером «Принцесса Луиза». Командир К-4 Стокс на лодке типа Е прорывался через Дарданеллы в Мраморное море. Командир К-8 Росс-Тэрнер на лодке типа Е атаковал немецкий линейный флот возле Боркума. Командир К-3 Шоув носил в кармане кителя белую крысу. Остальными лодками командовали: Хатчинсон — К-5, Лейард — К-9, Калверт — К-11, Бойер — К-12, Хирн — К-17, де Бург — К-22 и Гравенер — К-7. Все они были опытными офицерами, отличившимися во время охоты за противником на собственных лодках. Но теперь, привязанные к Гранд Флиту, они стояли в Розайте и бездельничали. На патрулирование они выходили очень редко. Они потеряли свою независимость, а вместе с ней — и частичку боевого духа. «Самые большие лодки Королевского Флота» на проверку оказались белыми слонами, неуклюжими и капризными. На них все шло не так, как следует. Терпеть дальше подобное положение было нельзя.

Рождество и новогодние праздники слегка ослабили напряжение, которое испытывали моряки обеих флотилий. К-9 отправилась из Розайта в доки Чатама для модернизации — она должна была получить новую носовую часть. Лодку сопровождал легкий крейсер «Саутгемптон». К-9 была знаменита своим шутливым девизом, который был примером каламбура. В рубке лодки красовалась деревянная табличка с единственным словом ГАРМ. Это была имя жуткого пса из подземного мира норманнской мифологии, но мало кто знал, что одновременно это была кличка пса, принадлежавшего королю Георгу V. Поэтому девизом К-9 было «Собачья». [3] Экипаж лодки предвкушал приятный месячный отдых на окраинах Лондона. В обычных условиях переход в Чатам занимал 2 дня, однако у побережья Нортумберленда К-9 попала в шторм. При перемене курса волна захлестнула лодку. Потоки воды хлынули в трубы и залили котлы. Тут же капитан обнаружил, что не может погрузиться, так как не закрываются вентиляторы котельного отделения. Волна разбила рундук с боцманским имуществом, и жестянку с краской забило под один из грибовидных вентиляторов. Волна была слишком сильной, поэтому выйти на палубу и убрать злосчастную банку было нельзя. Вскоре положение стало еще хуже, так как механики сообщили, что сломался мотор насоса, подающего топливо к запасному дизелю. Дважды кочегары разжигали котлы, но оба раза высокие волны снова гасили их. Все это время «Саутгемптон» держался рядом с лодкой. Однако попытка взять ее на буксир привела лишь к тому, что 12 человек были смыты за борт. В какой-то момент командир К-9 решил оставить лодку, но потом счел, что более безопасно будет остаться на борту. Потом шторм немного стих, и «Саутгемптон» отвел К-9 в Тайн для ремонта, чтобы она смогла возобновить переход в Чатам.

Джеффри Лейтон только что привел в Розайт К-6, которая завершила модернизацию на верфи «Суон и Хантер» в Тайне. Лодка получила новую носовую часть, а ее трубы сделали длиннее, что должно было предотвратить заливание котлов. На лодку прибыл капитан 2 ранга Уильям Краутер, который должен был принять командование у Лейтона после первого похода. Лейтенант Эдмунд Додд был назначен первым помощником, освободив аналогичную должность на К-17. На лодке находился капитан-лейтенант Губерт Воган Джоунс, командир К-15, которая достраивалась на соседней верфи «Скотт» в Гриноке. Его вызвали в Розайт и временно назначили на К-22, чтобы он получил опыт службы на лодках этого типа, Капитан-лейтенант Ательстан Феннер ожидал начала испытаний К-16, стоящейся на верфи «Бирдмор», и был временно назначен на К-4, чтобы тоже набраться опыта. Всего 2 недели назад Воган Джоунс и Феннер вернулись с Балтики, где служили на лодках типа Е. В первый же вечер после прибытия в Розайт Воган Джоунс был приглашен на небольшую пьянку на борту К-4. Несколько старых друзей встретились после довольно продолжительной разлуки, и им было что вспомнить. Лейтон подшучивал над Стоксом, советуя ему держаться подальше от нового носа К-6, если он дорожит своей шкурой. Стокс с хохотом отвечал, что ему самому лучше не попадаться на дороге К-4. Эта лодка помяла себе нос при столкновении с К-1 и теперь получила новый стальной форштевень толщиной 4 дюйма.

Эта пирушка состоялась вечером 30 января, ровно через год после того, как затонула К-13. Поэтому офицеры невольно коснулись ее гибели, говорили о Годфри Герберте Кеннете Митчелле, который спас Герберта, а также обо всех остальных спасенных со дна в Гэрлохе. Ательстан Феннер хорошо знал их обоих. В 1911 году он вместе с ними совершил потрясающий переход в Гонконг на крошечных лодках типа С. Вполне естественно, что Воган Джоунс, Феннер и Краутер задали множество вопросов о лодках типа К. Остальные офицеры постарались как можно лучше ответить. Но, как заметил один из присутствующих, полностью узнать эти лодки можно было, только послужив на них. И завтра для многих должен был состояться первый поход.

Вице-адмирал Битти подготовил операцию Е.С.1 для тренировки своих крейсерских эскадр, чтобы проверить механизм развертывания сил флота. Кроме того, было необходимо поддержать боеготовность кораблей, так как до сих пор сохранялась надежда на встречу с противником. Операция Е.С.1 была спланирована с размахом. Вместе с Битти, державшим флаг на линкоре «Куин Элизабет», из Скапа должны были выйти 26 линкоров 1-ой, 2-й, 3-й, 4-й, 5-й, 6-й и 8-й дивизий Линейного Флота, 9 крейсеров, 4 легких крейсера и множество эсминцев. Из Розайта должны были выйти 3 корабля 5-й эскадры линкоров, легкий линейный крейсер «Корейджес», легкий крейсер «Бланш», 4 корабля 2-й эскадры линейных крейсеров, 2 флотилии подводных лодок типа К со своими лидерами, а также большое количество эсминцев. Эти два соединения должны были встретиться в Северном море, где ночью 1 февраля планировалось провести учения.

Битти разослал соответствующие приказы 28 января. Командующий силами в Розайте вице-адмирал сэр Хью Эван-Томас должен был выйти в море вечером 31 января. Подготовка необходимых приказов и определение времени выхода были оставлены на усмотрение Эван-Томаса и его штаба. Выход в море более чем 40 кораблей был не такой простой задачей, как может показаться. В полной темноте, соблюдая радиомолчание, пройти минные заграждения в устье Форта было совсем не просто. Каждый корабль мог нести только кормовой огонь, что не слишком облегчало дело. Все зависело от опыта и крепких нервов штурманов и рулевых.

Утром 1 февраля все было согласовано, после чего Эван-Томас перенес флаг с линкора «Барэм» на «Корейджес», который и должен был возглавить соединение. В 15.30 он получил телефонограмму с «Барэма». В ней говорилось, что 50 минут назад гидросамолет заметил немецкую подводную лодку в 5 милях юго-восточнее острова Мэй, который лежит на выходе из залива. Лодка погрузилась, прежде чем самолет сумел ее атаковать. Летчик сообщил координаты лодки, которая находилась совсем рядом с фарватером в минных заграждениях, по которому предстояло пройти флоту. Эван-Томас решил не отменять операцию. Однако он приказал своему соединению держать скорость до 22 узла в течение часа после прохождения траверза острова Мэй. Если подводная лодка все еще рыскает где-то поблизости, ей придется иметь дело с быстро движущимися целями. Немного позднее Эван-Томас изменил инструкции, уменьшив эту скорость на 1 узел.

Тем временем капитан 2 ранга Лейр, находившийся на «Итюриэле», получил приказ вести свои 5 лодок вниз по реке и стать на якорь в Бернтайленд Роудз. Это должно было облегчить соединению выход из устья реки.

В 18.30 операция началась. Ночь была ясной, море тихим, но температура довольно низкой. Луна еще не взошла. «Корейджес» двинулся вниз по течению, и Лейр повел свои лодки кильватерной колонной ему вслед. Одновременно в 5 милях выше по реке с якорей снялась 2-я эскадра линейных крейсеров — «Аустралиа», «Нью Зиленд», «Индомитебл», «Инфлексибл». Эти корабли также выстроились в кильватерную колонну. На выходе из устья к ним должны были присоединиться эсминцы прикрытия. Следующей в путь должна была двинуться 12-я флотилия подводных лодок, которой командовал капитан 1 ранга Литтл на легком крейсере «Фиэрлесс». Они должны были сняться с якоря, когда «Аустралиа» окажется на расстоянии 5 миль от них. На таком же расстоянии от лодок должны были находиться линкоры 5-й эскадры вместе с эсминцами сопровождения, и замыкала строй эскадра легких крейсеров. Все огромное соединение двигалось одной длинной кильватерной колонной. Диспозиция кораблей в колонне была следующей: «Корейджес», «Итюриэл», К-11, К-17, К-14, К-12, К-22, «Аустралиа», «Нью Зиленд», «Индомитебл», «Инфлексибл», «Фиэрлесс», К-4, К-3, К-6, К-7 и, наконец, линкоры. Подводные лодки должны были держать интервал 400 ярдов, причем синий кормовой огонь следовало наполовину притушить. Боковые щитки позволяли видеть этот огонь в переделах одного деления картушки компаса (11 1/4?) в каждую сторону от диаметральной плоскости корабля.

Штурман К-22 лейтенант Лоренс Дикинсон стоял на вахте. Командир лодки де Бург, новый старпом Додд и прикомандированный Воган Джоунс находились внизу, в кают-компании. Воган Джоунс лежал на койке де Бурга. В унтер-офицерском кубрике Оскар Мот заканчивал возиться с бумагами, время от времени переговариваясь с кочегарным унтер-офицером Уильямом Дамереллом.

«Интересно, это что-то настоящее, или просто очередной заскок Битти?»

«Не знаю. Ничего не удалось разнюхать до того, как мы вышли. Капитан все скажет, когда придет время».

Мот ответил: «Но в любом случае я чертовски рад, что мы не вышли вчера или позавчера».

«Почему?»

«29 января была годовщина катастрофы в Гэрлохе. Ровно год назад я уже было подумал, что со мной все кончено».

Кочегарный унтер-офицер указал на лысую макушку Мота: «Вместо этого ты выглядишь еще лучше, Мосси».

Возглавляющий колонну «Корейджес» тем временем прошел Блэк Рок Гейт, где находилось внутреннее боновое заграждение. Бон перекрывал устье реки, которое имело ширину 6 миль между Лейтом и Бернтайлендом. «Корейджес» прожектором передал на «Итюриэл» приказ, чтобы эсминцы заняли позицию между линейным крейсером и лидером флотилии. «Итюриэл» должен был следовать в 1600 ярдах за флагманом. Скорость 13-й флотилии в этот момент равнялась 16 узлам. Время 18.33. Именно в этот момент небольшая группа кораблей оказалась прямо на пути выходящего в море флота. Это были 8 вооруженных траулеров, которые занимались тралением мин. Как ни удивительно, но ни командир группы лейтенант Робинсон Ригби, ни командир базы траулеров на острове Мэй даже не подозревали о начале операции Е.С.1.