Чтение онлайн

Я стоял на снегу под звездами рядом с обрывом в ущелье. Над противоположной его стороной поднимался диск Луны. Снег под ее светом искрился и празднично сверкал. Слева виднелся силуэт Химеры, которая наполовину утопала в сугробе. Я недоуменно огляделся, соображая, как здесь очутился. Когда подошел к Химере, то заметил, что не проваливаюсь в снег, словно ничего не вешу, и за мной не тянется цепочка следов. Это сон – понял я. Обычно во сне Химера трансформировалась, то в крылатую собаку, то в дракона, иногда в красивую статую. Но сейчас все выглядело как в реальности. Я снова огляделся и задумался: а что, если это не сон, а выход из тела. Я нахожусь в своем тонком теле, в своем мире, а не в мире сновидения. Это было что-то новое. Почему я очутился здесь? Ответ прост, я скучал по этому месту, вот меня сюда и притянуло, но я ведь могу переместиться куда угодно! Я решил попробовать! Зажмурив глаза, представил себя около своего дома, но ничего не произошло. Потом я представил брата и пожелал очутиться рядом с ним, опять ничего.

– Как же мне выбраться отсюда? – уже с испугом подумал я, – сидеть в обнимку с Химерой, пока меня кто-нибудь не разбудит дома? Как же вернуться в свое тело?

Глубоко вздохнув, я успокоил мысли, отрешившись от всего и сел в позу лотоса, попутно отметив, что холода не чувствую совсем. На сей раз, я выбрал Германа и, закрыв глаза, попытался представить его перед собой. Через несколько секунд я осторожно открыл глаза и обнаружил, что теперь нахожусь в помещении. Судя по интерьеру, это было убежище Стражей. Я сидел в позе лотоса перед столом, за которым работал Герман. Его аура была спокойна, значит он не почувствовал мое 'прибытие'. Я немного полюбовался его прозрачной, словно вода, аурой, окаймленной огненно-фиолетовой бахромой. Иногда в ауре появлялись золотистые вспышки света. Меня разобрало любопытство, и я решил посмотреть, чем он там занимается. Склонившись над столом, Герман, надев на руку роботизированную перчатку, ремонтировал плату, похожую на фрагмент обшивки стены, состоявшую из черных и золотистых сот. Сейчас я видел обшивку с внутренней стороны, она была заполнена прозрачными колбочками, пирамидками, многогранниками и золотыми штырьками. Вдруг Герман резко поднял голову и распрямился, словно принюхиваясь. Я застыл в изумлении – на его груди синим пламенем пылал знак: вставший на дыбы кентавр с трезубцем в руке, заключенный в окружность. Я поднял взгляд: его лицо было напряжено, глаза прищурены. Он резко повернулся ко мне, мы встретились взглядами. Я понял, что он меня увидел! Он видел меня, хотя я был всего лишь призраком. В момент, когда наши глаза встретились, знак на его груди полыхнул синим огнем, ослепив меня, я провалился в беспамятство. Очнулся на своей тахте, лежа на спине и раскинув руки. Во лбу пульсировала боль, голова раскалывалась, в низ живота будто вонзили раскаленный штырь, а левая ладонь так онемела, что я не мог даже сжать пальцы. Минут через пять неприятные ощущения начали проходить, мне стало легче. Я потрясенно размышлял о том, что синяя вспышка и симптомы после ее воздействии точь-в-точь такие же, как и после импульса из кольца. Но как связано кольцо Химеры с Германом и знаком кентавра? Откуда взялась эта 'печать' на его груди и что она означает? Есть ли подобные знаки у отца и Маркела? Надо будет прояснить этот вопрос. А у меня? Я резко сел, комната поплыла в сторону. Когда головокружение прошло, я осторожно встал, включил бра и, подойдя к шифоньеру, открыл дверцу. В ее обратную сторону было вмонтировано большое зеркало. Сняв футболку, я уставился на свой голый торс и сосредоточился, переходя на многомерное видение. В комнате посветлело, цвета стали ярче, бинокулярное зрение развернулось в панорамно-сферическое. Я увидел в отражении свою ауру, но знака на груди у меня не было. Аура, обычно горевшая ровным золотистым светом, теперь явно позеленела и пошла фиолетовыми и оранжевыми пятнами.

– Да, словно облачен в шкуру какого-то фантастического зверя, – скептически подумал я. Собравшись, попробовал выровнять свою энергетику. Аура слегка пожелтела, количество пятен уменьшилось. На лице выступил пот, мне стало жарко.

– Ладно, пока на этом закончим. Авось восстановится со временем сама! Я почувствовал зверский аппетит и пополз на кухню, подумав, что скажет мать, если увидит меня в три часа ночи уплетающего борщ. Мать, к счастью, не проснулась, а мне после ночного обеда стало легче. Вернувшись в комнату, я моментально уснул и проспал до одиннадцати часов дня. Хорошо, что следующий день был выходным.

Утром, совершив пробежку и пропылесосив квартиру, я задумался, чем бы мне заняться. Вечером на тренировку, а до этого времени я был свободен. Мне было грустно, брат далеко, школьные товарищи тоже. В колледже я ни с кем не сошелся, да, собственно говоря, не было и возможности. Иногда все курсанты собирались на лекциях, но там не пообщаешься. На индивидуальных занятиях – тоже. Мной овладела тоска по прошлому, и я решил посмотреть альбом с фотографиями. Этот альбом хранился у матери. Она периодически заказывала с дисков фотографии и вставляла их туда, делая к ним надписи. Такие альбомы в наше время – анахронизм, но мне нравилось иногда неспешно пролистывать его, уединившись в комнате. Матери дома не было, с дежурства она вернется только завтра утром. Я отправился в гостиную, но там альбома не оказалось. Наверное, он в спальне у родителей, подумал я и направил свои стопы туда. Альбом я нашел в секретере. Взял его и уже хотел захлопнуть крышку, но тут мое внимание привлекла небольшая шкатулка из светло-зеленого нефрита. Я ее раньше никогда не видел. Положив на стол альбом, я вытащил шкатулку, выполненную в виде сундучка, чтобы лучше ее разглядеть. Она выглядела прозрачно-воздушной, но оказалось тяжелой. По периметру вдоль верхнего и нижнего края тянулся узор из стилизованных трех лепестковых лотосов, а между ними шла красивая вязь слов написанных на арабском языке. Попробовав открыть, я убедился, что шкатулка закрыта на потайной замок, так как снаружи никаких отверстий для ключа не было.

– Интересно! Чтобы это значило? – Раздумывал я, продолжая вертеть шкатулку в руках.

– Наверное, материны украшения, – решил я. Неожиданно шкатулка выскользнула из рук и упала на ковер. Я в ужасе застыл. Но к счастью, она не разбилась и даже не открылась, спас ковер с длинным ворсом. Но дно шкатулки оказалось двойным, от удара низ сдвинулся и открылся потаенный проем, из которого что-то выпало. Это оказались бирки, которые вешают в роддоме младенцам на ноги, чтобы их не перепутать. Бирок было две – моя и Ярослава. Я прочел надпись на бирке брата: год, месяц, число и время с точностью до минуты, еще вес. Положив ее в мини ящичек, взял свою и с недоумением прочел: 31 июля, в 5-15 утра. Я смотрел на бирку в полной растерянности. Все было верно, кроме даты рождения. Свой день рождения я праздновал 30 июня, а на бирке значилось, что я родился на месяц позже. Что за тайна связана с моим днем рождения, почему его скрывают? Порывшись в секретере, я нашел папку с документами, среди которых лежало мое свидетельство о рождении. В нем значилось, что я родился 30 июня.

– Ну, дела! – Смотреть альбом расхотелось. Я вернул его на место, защелкнул низ шкатулки с бирками, закрыл секретер и пошел к себе в комнату. Раз мать с отцом подделали свидетельство, а настоящую дату моего появления на свет держали в секрете, то вопросы задавать не стоит. Тупо посидев несколько минут перед компьютером, я встряхнулся и решил провести расследование.

– Так, как там говорил Маркел? В основе всего лежит число! Ну что же, вскроем все доступные коды!

Я выписал в столбик все, что относилось к моему рождению, с поправкой на полученную сегодня информацию: знак зодиака, знак года по китайскому календарю и рунное значение дня. Порывшись в интернете, нашел, что в древнем Египте час восхода Солнца-Ра обозначался иероглифом 'огня утреннего', а в России назывался Денницей – рождающимся светом, рассветом – на современном языке, это же было и одним из имен Люцифера. Энергетика 31-го июля попадала в область действия руны Сол – руны солнечного Огня. Итак, получалось, что я появился на свет в Час восхода Солнца; в День, который находился под патронажем руны Огня; в Месяц Огненного льва – символа Солнца; в Год Огненного Дракона. Моим камнем был рубин, как материализованный символ огня. К тому же сумма цифр имени Глеб равнялась семи, также как и сумма цифр слова 'огонь', у слов 'Глеб' и 'огонь' был единый цифровой код. Если отбросить 'рубин', то получалось, что я родился в тот момент времени, когда сошлись вместе пять знаков огня. Ну, и что это значит? Да еще инициация в Храме Архангела Гавриила, олицетворяющего огненную стихию. Огонь идет за мной по пятам или… Интересно, а под какими знаками приходил на землю Люцифер?

Подумав еще, я вычислил код суммы чисел дня и месяца своего рождения. В результате первый уровень дал мне такие ключи: 'получить особый знак; исполнение великой миссии; хрустальный ключ; часть твоей программы и трех лепестковое пламя'. Второй уровень высветил следующие коды: 'включить 24 кодона; получить ключ; полная инициация; числа правят миром; год божественного ребенка и Голубая роза Сириуса'. Тут я задумался: не та ли эта 'роза', что запечатлена в моем кольце?

Ключи третьего уровня получились следующие: 'высшая стезя; бессмертное имя; знак личной силы; уникальность; пламенеющая звезда (Сириус); у тебя есть сила'. А на вопрос 'Что такое это число?', я получил следующий ответ: 'быть избранным для великой миссии; открывать порталы мыслью; тау – крест на челе'. В общем, все одно и то же: ключи, миссия и избранность.

На улице зажужжало. Я выглянул в окно: около калитки остановились аэросани, из которых вылез отец. Я поспешил вниз, чтобы встретить его. Есть надежда, что новый год мы проведем втроем, а может и вчетвером – я подумал о Маркеле, которому едва ли захочется встречать праздник в одиночестве.

Как и предполагал, новогодний праздник я встретил с семьей и тренером. А накануне, тридцатого декабря в колледже прошел праздничный вечер, на который были приглашены девушки из радиотехнического училища. Было весело, много танцев и смеха. Но праздники закончились, пора было паковать рюкзак, завтра вечером я отправляюсь на подземную базу, где буду проходить практику. Я с нетерпением ждал встречи с Германом. Мне удалось выяснить, носят ли огненные печати на груди отец и Марк. Во дворе дома, который мы снимали, находились баня, гараж и сарай. Баня была совсем новая, пахнувшие смолой бревна еще не успели потемнеть. За ту неделю, что отец провел дома, мы сходили в баню три раза. После парилки пили чай с травами и блаженно молчали. Вот в такой момент, когда отец с Маркелом голые по пояс, с махровыми полотенцами на бедрах, расслабленно дремали в своих креслах, под тихое бормотанье телевизора, не обращая на меня внимания, я решил выяснить, имеют ли они знаки. Сделав вид, что тоже дремлю, я перешел на панорамное зрение. Цвета стали ярче, видение приобрело объем, а пар в воздухе превратился в сияющий туман. И у отца, и у Маркела на груди светились синим огнем знаки – Кентавр с трезубцем в круге. Из чего я заключил, что такую печать носят все Стражи, а появляется она после инициации. Но каким образом ее наносят на грудь? Это мне скоро предстояло узнать – до инициации оставалось, как я думал, немного времени. Но проходить ее мне пришлось только на следующее лето.

Глава 6. Учеба на подземной базе Аркаим-5

Часть 2. Гиперборейские корни

Герман встретил меня в гараже базы 'Крот' и проводил до комнаты, давая на ходу инструкции. Расклад получался следующий: до трех дня на верхнем уровне прохожу практику, после пяти – на нижнем уровне занятия с Германом и один день отдыха. Это меня вполне устраивало.

Вечер был в моем распоряжении. Я растянулся на диване и нащупал на груди кольцо, висящее на серебряной цепочке. Нужно его спрятать. Вставать было лень, и я, в который раз, принялся разглядывать эту странную вещицу. В последнее время кольцо завладевало моим вниманием все чаще и чаще, его магнетизм усиливался. Мне не хотелось снимать его с пальца, но внутреннее чувство опасности требовало скрывать его от чужих глаз.

– После инициации, когда я войду в силу, буду носить его постоянно! – думал я, а пока я еще слаб.

Приблизив камень к глазам, я всматривался в его темную, мерцающую синими искорками глубину. Казалось, внутри него заключена целая вселенная, сжатая до микроскопических размеров. А иногда кольцо казалось мне порталом в иной мир. Мне не терпелось проникнуть в его тайны. В центе камня появилось туманное облачко. Увеличиваясь в размерах, оно выплыло наружу, окутав лицо голубоватым туманом. За ним последовало следующее. То ли кольцо активировалось от моего пристального внимания, направленного на него. То ли я падал в объятия Морфея, и пульсация в сапфире мне снилась. Вокруг потемнело. Я летел со скоростью мысли в полной тишине в каком-то черном пространстве, но движения не ощущалось. Видимо здесь нет воздуха, догадался я. Приглядевшись, я заметил, что лечу в круглом тоннеле, прозрачные стены которого еле уловимо мерцали и по ним пробегали голубые спиралеобразные сполохи. Страха я не испытывал, мне было любопытно, чем закончится этот полет. Через несколько мгновений, а может быть лет, времени здесь не существовало, я оказался в светящемся тумане. Пронзив его, словно метеорит, я увидел внизу… Землю! Я стремительно падал в район Северного Полюса и через несколько мгновений совершил мягкую посадку на скалу. Стоял полярный день. Легкая пелена светлых облаков скрывала небо. Справа высоко над горизонтом разливалось оранжевое сияние, которое я вначале принял за солнечный свет. Но это было не Солнце. В центре сияния я разглядел кроваво-красное пятно. Что-то страшное, раскаленное и безжалостное приближалось к планете. Астероид или комета! С трудом оторвав взгляд от апокалипсической картины, я огляделся.

Я стоял на краю уступа. Далеко внизу до самого горизонта, насколько хватало глаз, расстилалась серебристая водная гладь. Вся земля внизу была покрыта водой! Ни острова, ни вершины горы, ни корабля, ничего кроме воды. На ее поверхности отражалось небесное зарево. Земля перед глобальной космической катастрофой! В какое же время я попал? Похоже, что в прошлое. Только тут я заметил недалеко от себя неподвижно сидящего воина. Черный массивный шлем незнакомой формы, отдаленно напоминал шлем римского легионера. Странной была и его 'кольчуга', покрытая крупной рыбьей чешуей. Да нет, подумал я, скорее, это чешуя сказочного дракона! Черное чешуйчатое одеяние в виде комбинезона на талии было перехвачено широким поясом из золотого полированного металла. Сбоку висел жезл с рукояткой, к которой крепилась спираль из того же металла, похожего на золото, в центре которой проходил металлический штырь.