Чтение онлайн

— Ясно, — протянула она.

— Вы поклялись не рассказывать, мисс Теннис, — напомнила ей Прю.

Дарла поерзала в кресле.

— Ну, знаешь, я не ожидала, что речь пойдет о пропавшем ребенке. — Пауза. — Так он, значит, там? В лагере разбойников?

— Ага. Жив и невредим. И я бы даже не побоялась сказать, что он там очень счастлив.

— А где он? Лагерь, в смысле?

— Это неважно, мисс Теннис, — сказала Прю, соскребая ногтем засохшую молочную пену с ободка своей кружки. — Я же сказала, вы туда все равно не пройдете.

— Точно. Волшебный барьер.

— Ага.

— Но он там в безопасности? — Мисс Теннис подалась вперед. — А этот, как его, разбойничий король, Брендан — он тоже там?

— Да… он там живет.

— Ну что ж… Мне, конечно, придется все это дело переварить. Обдумать. — Она снова откинулась в кресле и вытерла ладони о свою тонкую цветастую юбку. Тишину нарушало лишь звяканье целой флотилии кружек и кувшинов, которые официантка ловко расставляла по полкам.

— Само собой, — кивнула Прю. — Слушайте, я понимаю, что в это все трудно поверить, но вы не представляете, какое облегчение — рассказать кому-то, кроме родителей. Я с ума сходила.

Дарла выдавила улыбку:

— Я рада. Но тебе же пора идти, да? Тебя проводить?

— Ага, спасибо.

Они молча шли по мокрому тротуару, съежившись от холода. Поток слов и эмоций, который вылился из Прю в кофейне, теперь мучил ее смутным чувством раскаяния, будто она съела вкусный десерт, не распробовав, и осознала это, только когда уже проглотила последнюю ложку. Девочка спрашивала себя, стоило ли все-таки рассказывать о своих приключениях в Непроходимой чаще. Не поворачивая головы, она бросила взгляд на Дарлу, которая шла рядом, поглощенная собственными мыслями, и внутренне поежилась. Что теперь будет? Сдержит ли она обещание хранить все в тайне? Расскажет ли полиции? Или родителям Кертиса? Нос щипало от ветра, и Прю натянула шарф повыше на щеки. В конце концов, может, так и лучше. Может, это она сама поступила неправильно, ничего не сказав Мельбергам и позволив им оплакивать потерянного сына.

Кертис… На что она толкнула беднягу? Как он выживет в глуши, среди разбойников? Смогут ли они заменить ему родителей? Подходящий ли Брендан пример для мальчика…

И тут Прю вдруг осенило. Мысль сложилась в голове моментально, будто головоломка, над которой размышляешь часами, не видя очевидного решения. И от этой мысли у Прю побежали по спине мурашки.

— Эй, — позвала она. — Дарла.

— А?

— Когда мы сидели в кофейне, вы назвали его по имени.

— Кого?

— Брендана. Короля разбойников.

— Ну да. А что? Разве его не так зовут?

Прю засунула руки глубже в карманы куртки.

— Да, только…

— Что?

— Не помню, чтобы я при вас называла его по имени.

Молчание. В темноте глухо прозвучала синкопированной басовой мелодией проехавшая мимо машина.

— Да наверняка называла.

— А по-моему, нет.

Дарла издала смешок:

— Ох, Прю, у тебя был тяжелый день. Ты просто запуталась, понятное дело. Это ведь твой дом, да?

Впереди вырисовывались очертания знакомого крыльца.

— Да, — кивнула та. — Наверное, вы правы. Мне просто надо немножко расслабиться.

Она посмотрела Дарле в глаза — пустые и черные в темноте — и протянула руку.

— Спасибо, — сказала девочка. — За то, что выслушали.

Дарла взяла ее ладонь обеими руками и крепко сжала:

— Не за что. До завтра.

Опустив руку, Прю взошла на ступеньки. Свет из окна гостиной падал на дорогу, и оставшиеся еще с Рождества гирлянды помигивали на перилах крыльца. Девочку не оставляла тревога. Дойдя до входной двери, она замерла и обернулась. Мисс Теннис по-прежнему стояла на тротуаре. Ее темный силуэт помахал Прю рукой. Та помахала в ответ и зашла в дом.

Стоило шагнуть в родной коридор, как все беспокойство улетучилось. Вместо этого ее окутал странный запах, такой резкий и всепоглощающий, что начисто стер из головы все остальные мысли. Огурцы. Она сморщила нос и крикнула:

— Что тут случилось?

На пороге кухни возник папа в длинных резиновых перчатках; в руках у него было что-то зеленое и покрытое мхом.

— Привет, милая, — сказал он и тут же снова исчез в кухне. Прю выскользнула из куртки, скинула резиновые сапоги и пошла за ним.

— Чем так воняет? — спросила она.

Посреди кухни стоял большой коричневый горшок. Родители стояли вокруг и смотрели на него.

— Соленьями, — сказала мама. — Забытыми соленьями.

Папа смущенно улыбнулся.

— Помнишь, мы их в сентябре купили? Я как-то совсем забыл. Теперь это либо самые вкусные огурцы на целом свете, либо самые ядовитые. — Рукой в перчатке он протянул ей зеленое нечто. — Хочешь попробовать?

— Бу-э, — сказала Прю. — Теперь придется дезинфицировать дом.

— Ответ ясен. — Мама взяла горшок и выбросила его содержимое в мусор. Папа изобразил глубокую скорбь.

— Прощайте, волшебные огурцы, — произнес он печально.

— Я помогу. — Прю достала из-под раковины пульверизатор с лимонной водой и начала разбрызгивать в воздухе.

— Как погуляла? — спросил отец, снимая перчатки.

— Хорошо, — ответила она. — Нормально. Странно.

— Почему странно? — Это спросила уже мама, вытирая раковину от остатков рассола.

— Встретила мисс Теннис. Дарлу.

— Правда? Забавно, она ушла сразу после тебя — сказала, что ей надо обратно в школу.

Обрыв был совсем не по дороге в школу. Нехорошо.

— Да, мы случайно столкнулись, и она угостила меня молоком в кофейне, — добавила Прю. Обморок она упоминать не стала — эта деталь показалась лишней. К тому же пришлось бы объяснять, что отключилась она из-за криков ракитника, а это был уже откровенный дурдом.

— Она мне показалась прикольной, — сказала мама. — Раньше ничего у вас не вела?

— Нет, — ответила Прю, пялясь на бугристый огурец, который папа оставил на кухонном столе. — Только приехала из Юджина, кажется.

— Тогда ясно.

— А что с миссис Эстевес? — спросил отец.

— Не знаю. Уволилась. По болезни. Кто-то считает, это мы все ее довели.

— Ой, — нахмурился он сочувственно.

Прю развернулась и пошла к лестнице.

— Ладно, я буду у себя. Позовите, когда ужин будет готов.

— Уже скоро! — крикнула мама ей вдогонку. — Карри с чечевицей! Как ты любишь!