Чтение онлайн

Отец, не удержавшись, встрял:

— И не думай, что мы забыли про записку из школы. — Пауза. — Потому что мы не забыли!

Прю закрыла дверь своей комнаты и оказалась в благословенном одиночестве. Узорчатый ковер, усыпанный содержимым корзины для белья, едва виднелся в тусклом желтом свете стоящего на столе террариума. Она подошла, наклонилась к нему и постучала по стеклу. Внутри шебуршал Эдмунд, ее коробчатая черепашка. На голове у Эдмунда балансировали недоеденные остатки листка. Прю, потянувшись, включила настольную лампу и оглядела разбросанные на столе учебники, наконец без энтузиазма взяла лежащую на верху кучи тонкую книжку в мягкой обложке и раскрыла на странице с загнутым уголком. Какое-то время она пыталась вникнуть в мир Аттикуса Финча и Глазастика, [6] но вскоре осознала, что снова и снова перечитывает один абзац. Оставив попытки, девочка вернула книжку обратно, улеглась на кровать и стала разглядывать диковинные тени, которые отбрасывали на потолок голые ветви соседских деревьев. Поднялся ветер, и ветки казались длинными, тощими пальцами, которые то и дело хлестали друг друга. И тут вдруг по ним промелькнула другая тень, на секунду заслонив собой все остальное.

— Это еще что? — одними губами произнесла Прю, вскочила с кровати и подбежала к окну.

Она успела заметить, как в соседской можжевеловой изгороди исчезло что-то темное. Может, это та же черная лиса, которая встретилась ей днем? Прю прижала лицо к стеклу, пытаясь разглядеть землю внизу; стекло было ледяным. Снизу раздался мамин голос:

— Прю!

Она отвернулась от окна и высунула голову в коридор.

— Что?

— Лаваш не получился, — последовал печальный ответ. — Можешь добежать до ресторана?

По-прежнему поглощенная мыслями о темном силуэте за окном, Прю спустилась вниз. Энн Маккил стояла посреди кухни и внимательно изучала упаковку дрожжей.

— Ты заказ сделала? — спросила Прю, засовывая ноги обратно в сапоги.

— Да, — кивнула мама. — Держи, тут десять. Захвати еще и чатни, раз уж идешь.

— Почему нельзя было просто весь ужин там заказать… — пробурчала девочка, убирая пачку бумажек в карман.

— Эй! — возмутился из гостиной отец, читавший газету. — Это же домашняя еда! Ни у кого не получится так, как у мамы.

На полу у его ног сидел Мак и жевал и так уже потрепанную китайскую палочку.

— Пю-у-у! — сказал он.

— Я сейчас, — закатила глаза Прю.

Еще наверху она заметила, что на улице поднялся сильный ветер. Температура, кажется, упала сразу на несколько градусов, и пришлось снова изобретать диковинные способы поэффективнее замотаться шарфом. Ни один из вариантов не спасал от холода, так что она просто завязала на шее громадный узел и засунула руки поглубже в карманы. Индийский ресторан, в котором готовили еду навынос, находился в восьми кварталах от дома, но из-за холодного ветра и льдистой мороси, которая начала падать с неба, расстояние казалось непреодолимым. Было не больше половины седьмого, и все же на улицы уже опустилась темнота. По дороге Прю настороженно смотрела на кусты, ожидая движения. Притормозив на перекрестке, она осознала, что прислушивается к мыслям дубов. Звук был похож на гул пчелиного роя — если застать пчелиный рой в хорошем настроении, принимающим грязевые ванны. Он накатывал неторопливыми волнами. Почему-то это придало ей уверенности. Но потом она подумала: может, своим криком ракитник пытался ее предупредить? Вот только о чем? О лисе?

Сверху раздался треск. Прю резко вскинула голову. От дерева отломилась ветка, присыпанная нерастаявшим снегом, и запуталась в нижних ветвях. Дерево отчетливо застонало. Испуг, пронзивший девочку от этого звука, все никак не хотел проходить, и только через полквартала ей удалось стряхнуть его.

Впереди была кромешная темнота. Фонари между ней и рестораном (Прю видела вдали теплый свет его окон), кажется, не работали. Секунду поколебавшись, она сделала глубокий вдох и шагнула в тень. И тут деревья начали кричать.

Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-ХПП!!!!!!!

Ф-Ф-Ф-Ф-Ф-Ф-Ф-Ф-Ф-Ф!!!!!!!

С замершим сердцем Прю рефлекторно бросилась бежать в направлении ресторана. Что-то выпрыгнуло из низких кустов на пустом участке и теперь гналось за ней — она слышала тяжелое дыхание и топот. За спиной раздался сердитый лай, но она не позволила себе оглянуться на преследователя, а вместо этого сосредоточилась на ярко освещенных окнах спасительного ресторана. Деревья по-прежнему вопили во всю мочь, и их голоса вскипали у нее в голове почти невыносимым паром. Этот звук прогнал все мысли — точно так же, как там, у обрыва — и Прю с трудом удерживала себя в сознании. Деревья, если они и вправду пытались ее оградить, не имели понятия о громкости и мощи своих голосов.

Она споткнулась. Упала.

В мгновение ока зверь оказался на ней.

Он прижал ее к земле — та самая черная лиса с влажным от падающей с неба мороси мехом. Острые зубы щелкнули у самого лица Прю. От лисьей пасти пахло прелыми листьями.

И пачулями.

— Попалась, — прошипела лиса. Голос был женским… и знакомым.

— Мисс… — прохрипела Прю, придавленная весом животного, — мисс Теннис?

Лиса улыбнулась — если лисий оскал можно назвать улыбкой.

— Ну что ты, — сказала она с холодным лукавством, — зови меня Дарла.

Деревья все кричали.

— Мне жаль, что приходится это делать, малыш, — добавила лиса. — Я постараюсь, чтобы больно не было.

Прю крепко зажмурилась. Мгновение, казалось, тянулось целую вечность. Вот-вот в нее вонзятся острые зубы и когти.

Внезапно вокруг поднялся вихрь. Деревья замолкли, будто в изумлении.

— А-А-А-А-А-А! — раздался вопль откуда-то сверху.

Тяжесть исчезла с груди Прю, и воздух устремился в легкие.

Обернувшись, она увидела, что черная лиса отлетела на другую сторону улицы. Хватая ртом воздух, девочка кое-как поднялась на ноги, пока преследовательница барахталась на земле.

— Что это было? — гневно воскликнула лиса, но едва слова вылетели из ее пасти, как что-то спустилось с неба и швырнуло ее на пустую дорогу. Прю, прижав руки к груди, смотрела, как на тротуар перед ней опустились две огромные цапли.

— Прю! — послышался голос Кертиса. Увидев мальчика верхом на одной из птиц, Прю потеряла дар речи.

— Осторожно! — крикнул другой голос. Она обернулась и обнаружила на другой цапле Брендана. — Сейчас бросится!

Лиса уже поднялась на ноги и готовилась к прыжку. Девочка попятилась назад, закрыв лицо руками, и почувствовала, как зверь всем своим весом рухнул ей на плечо, толкая вбок. Два ряда белых зубов звонко клацнули у самого ее уха. И все же, падая, она сумела поднять ногу и изо всех сил толкнуть лису в живот; та, вякнув, отлетела на дорогу и покатилась по асфальту.

— Прю, беги! — донеслось со стороны Кертиса. Она подняла на него взгляд — мальчик крепко вцепился в пернатую шею, и цапля, поднявшись в воздух, спикировала на распростертого на земле зверя. Вот уже обе птицы атаковали лису. Та взвыла от боли, когда они вцепились в нее когтистыми лапами, но с неожиданным упорством вскочила и ударила цаплю Брендана по клюву. Прю заставила себя встать и бросилась бежать по темной улице, слыша, как у нее за спиной лиса оторвалась от нападающих и кинулась следом.