Чтение онлайн

– Я пытаюсь всё исправить и никому не причинять боль. Особенно тебе.

– И я думаю, что ты так же беспокоишься о том, чтобы не причинить боль, как и о том, чтобы причинить её мне. У тебя есть неприятная тенденция решать за нас обоих в той или иной ситуации. Ты сделал это прошлой ночью, и ты сделал это, когда бросил меня. А как насчёт того, чего хочу я?

Ирина гордилась собой за силу своего голоса. Она крепко держала руки на стойке, чтобы сыщик не увидел, как они дрожат.

– Я всегда забочусь о том, чего хочешь ты. Я никогда не заботился о чём-то большем.

Сильные слова, и от них замирало сердце, но им двоим нужно было покончить с этой моделью отношений.

– Когда мой отец выдвинул свой ужасный ультиматум, я хотела найти другие решения, но с тобой нельзя было поговорить. Ты решил, как нам поступить, и мне пришлось с этим согласиться.

Ирина надеялась, что скептицизм ясно читается в её словах.

– Я думал, что это правильно. Не хотел, чтобы ты отказывалась от своей мечты.

– Нет, ты не хотел, чтобы я отказалась от своей мечты ради тебя. Есть разница. Я хотела иметь и то, и другое, но ты решил, и тебя было не переубедить.

Боль от последнего прощания нахлынула с новой силой. После трёхнедельной поездки с мамой в Европу по случаю окончания учёбы Ирина не могла дождаться встречи с Тимофеем. Пока её не было, они с матерью изучали возможности получения грантов и кредитов для оплаты учёбы. Это означало бы начать учиться на семестр позже, может быть, даже на год, но оно того стоило. Ирина могла бы заниматься танцами и быть с Тимофеем.

Затем она нашла на своей кровати конверт с его почерком. Сердце заколотилось от радости, она надеялась, что он передумал, пока не нашла номер его мобильного. Ни записки, ни объяснений. Она бросилась к Ребровым, думая, что он может быть там. Вместо этого тётя Вика усадила её на качели возле крыльца и сказала, что Тимофей уехал две недели назад, чтобы работать в группе Николая. Когда Ирина показала ей его записку, глаза тёти Вики наполнились слезами.

– Теперь всё понятно. Он купил новый перед отъездом. Сказал, что случайно сломал старый. Взял новый номер и сказал… – тётя Вика сделала паузу, не в силах или не желая закончить. Когда наконец смогла продолжить, то произнесла. – Он сказал, чтобы я никому его не давала.

Если бы Ирина надавила, тётя Вика, возможно, и назвала бы ей номер. Но осознания того, что Тимофей не хочет, чтобы он был у неё, оказалось достаточно, чтобы она замолчала. Девушка так надеялась, а он лишил их будущего. Вернувшись домой на Рождество, она узнала, что Тимофей ушёл в армию.

Когда Ирина вернулась в настоящее, старая боль смешалась с новым разочарованием. Она посмотрела на Тимофея и сказала:

– Ты ушёл, закрыл за собой дверь и запер её на ключ.

– Я хотел, как лучше для тебя.

– И принял решение, на которое у меня не было права голоса.

Злиться, оставаясь верной своим чувствам, было приятно. Ирина определенно собиралась продолжать в том же духе.

– Ты говоришь обо мне так же плохо, как о своём отце.

– Возможно, у вас больше общего, чем хотелось бы. Он пытался контролировать ситуацию одним способом. Ты делал это по-другому. Он думал, что защищает меня. Ты думал, что поддерживаешь, и ни один из вас не считал, что моё мнение имеет значение.

Тимофей выглядел так, будто готов был снова закричать. Он встал, сделал шаг к ней, и его грудь вздымалась в такт дыханию. Ирина приготовилась к вспышке гнева. Мысленно просила об этом и была готова к любым его словам.

Но сыщик остановился. Когда заговорил, то уже тише.

– Мой отец заставил мою мать отказаться от своей мечты.

Ирина не поняла, о чём он говорит.

– Какой мечты?

– Она рисовала. Ей это нравилось. Он считал это пустой тратой времени. Мама не зарабатывала денег и не заботилась о нём. Отец постоянно унижал её. Она пыталась учить меня и Николая. Если мы приходили домой из школы, а она работала над каким-то проектом, то давала нам материалы, чтобы мы могли присоединиться. Однажды мы сидели, рисовали и веселились, когда нас застал отец. Он сказал, что она делает его мальчиков слабыми. Собрал все наши работы, все её рисунки, развёл костёр и сжёг. После этого она стала другой. Он так поступил с ней. Я не мог так поступить с тобой.

– Ты никогда не упоминал об этом.

– Тогда я не уловил связи. Всё, что я знал, – это что твой отец мог помочь тебе осуществить свою мечту. А я не смог. Поэтому ушёл. Не видел другого выхода.

Ирина не могла оставаться в стороне ни секунды. Она пересекла комнату, и Тимофей заключил её в объятия. Она слышала, как колотится его сердце, и положила голову на широкую грудь. В конце концов отстранилась, чтобы посмотреть на него, и положила руку ему на плечо. Теперь он был единственным, кто заметил её браслет. Взял руку Ирины в свою и увидел шарм.

– Ты снова его надела.

– Я же сказала, что надену.

Они так и остались стоять, переплетя пальцы. Ей казалось, что она может выплеснуть все свои чувства и желания. Положила руку ему на щеку, и его глаза закрылись от её прикосновения. Тимофей повернул голову и поцеловал женскую ладонь.

– Даже спустя столько времени ты все ещё находишь способы удивить меня, – сказал он.

Ирина обхватила его руками, приподнялась на носочки и поцеловала. Открыв рот, она облизала его губы языком, давая понять, что хочет большего. Он ответил тем же, а она позволила себе раствориться в его ощущениях и вкусе. Её соски затвердели под футболкой, и она жаждала его прикосновений. Тимофей провёл руками по её волосам, затем по спине и опустил ладони на её попку. Когда она задрожала от наслаждения, крепче прижал к себе, к своей эрекции. Он нуждался в ней так же, как и она.

За последние несколько дней Ирина испытала больше желания – и больше эмоций, чем за последние несколько лет. Да, после отъезда Кирилла она разрушила стену, которую возвела вокруг своих чувств, но с тех пор как Тимофей вернулся, на неё нахлынуло ещё больше. Она не могла решить, что это – подавляющее или прекрасное чувство. Скорее всего, и то, и другое. Ирина не стала обманывать себя. Сыщик не собирался оставаться. Но она хотела его сейчас, а сейчас у них было всё. Если это их единственный шанс, она будет наслаждаться каждым мгновением.

– Скажи, что тебе не нужно рано вставать на работу, – произнёс Тимофей, когда они продолжали целоваться.

– Мне не нужно рано идти на работу.

Он взял Ирину за руку и поспешил в спальню. Раздевание друг друга заняло немного больше времени, чем ему хотелось, потому что они постоянно останавливались, чтобы поцеловать и прикоснуться, но он не мог пожаловаться. Вскоре они уже были обнажены и лежали в обнимку. Одна рука обнимала её грудь, а другая ласкала между ног. Ирина была такой мокрой, что он мог бы достать презерватив и войти в неё без всякой подготовки.

Прежде чем успел решить, что делать в первую очередь, её рука обхватила его член и стала поглаживать. Тимофей не смог сдержать стон. Тепло этих прикосновений сочеталось с потребностью, о которой он и не подозревал.

– В прошлый раз ты свёл меня с ума, – сказала она. – Сегодня моя очередь.

– Твоя очередь... – Тимофей замолчал, когда она толкнула его назад, и расслабился на подушках. Ирина глубоко поцеловала его, затем плавно двинулась вниз по его телу, пока её рот не соединился с рукой. – Ирина, о, Боже…