Чтение онлайн

– Давай, наверное, в другой раз пообщаемся, – низкий голос не предлагал, он приказывал ей. Приказывал проваливать.

Дважды повторять не пришлось. Алиса шустро соскочила с высокого стула, схватила с вешалки свою куртку, и, не одеваясь, быстро вышла из удушающего зеленого ада в чистую прохладу зимнего вечера.

Он вырос перед ней из ниоткуда, схватил ледяными руками за голые плечи, укрепив Алису в решении больше никогда не надевать это платье зимой, внимательно посмотрел ей в лицо своими серыми тревожными глазами:

– Ты в порядке?

– Да, Андрей, в полном… Ты ждал меня?

– Конечно! Поехали отсюда, я отвезу тебя домой, а потом вернусь за твоей машиной.

«А вечер все-таки складывается удачно… – подумала девушка, быстро следуя за Андреем по скользкой, усеянной окурками дорожке. – Лучше, чем можно было бы придумать…»

– Спасибо, что сделал, как я попросила, – сказала Алиса, когда они выезжали с тесной и уже порядком заставленной весьма неплохими автомобилями парковки.

– Это было умно, хоть и рискованно, – Андрей сдал назад, одним мастерским маневром объехал не очень удачно припаркованный рядом седан.

– Мы просто спутали его карты. Этот мужик заранее раздал нам роли, я – жертва, ты – защитник моей поруганной чести. И сюжет он нам тоже продумал с весьма безрадостным финалом. А когда наше поведение вышло за установленные им рамки, мужик растерялся, сконфузился, и не придумал, что ж ему дальше делать. Он и прогнал меня сам…

От внимательного по своей природе Андрея не ускользнуло ничего: ни то, как невзначай новая знакомая перешла с ним на «ты», ни то, как старательно она говорила «мы» и «наше», явно пытаясь подчеркнуть, что теперь-то, после всего этого, они точно на одной стороне.

– А ты совсем не такая, какой пыталась показаться при знакомстве, – сказал он в лоб. – Вовсе не глупенькая девочка, одна в новом городе.

– Мне тридцать один год, – пожала плечами Алиса, – я уже давно не девочка.

– Не говори никому, и никто не догадается. А что привело в Энск?

– Работа…

– Да ладно? Так, а куда нам ехать?

– Пока прямо…

– Значит, работа?

– Да, я преподаватель в колледже.

– Никогда бы не подумал, высшая математика?

– Русский язык.

Андрей мельком взглянул на неё, словно оценивая, похожа ли она на преподавательницу вообще и русского языка в частности, и заключил:

– Математика подошла бы тебе больше.

– Ну а ты, я так поняла, следователь?

Андрей почему-то усмехнулся:

– Не похож?

Алиса усмехнулась в ответ:

– Вылитый. Давно в Энске?

– Почти год.

– Ооо, тоже, можно сказать, новенький. Но друзей смотрю уже завел.

И девушка кивнула в сторону МуSтанга.

Андрей промолчал, и Алиса решила эту явно неприятную ему тему дальше не развивать. Вместо этого она спросила:

– А ты не хочешь прогуляться?

За мгновение удивление в серых глазах сменилось сомнением.

– Уже поздно и холодно… Ты ещё и одета не по погоде…

– У местных какое-то очень искажённое понятие о холоде… – засмеялась Алиса. – Вот у нас в Новосибирске…

– Ты из Новосибирска? Меня хотели… Меня чуть было не отправили туда работать.

– Ооо, ты многое потерял…

Алиса предложила прогуляться в крошечном парке недалеко от её нового места работы. Несмотря на пятничный предвыходной вечер и близость студенческого общежития, парк оказался абсолютно пуст. Из дюжины фонарей горели меньше половины, четыре лавочки, по две с каждой стороны центральной дорожки, были покрыты толстым слоем наледи, а сама дорожка припорошена снегом: белым и нетронутым. Они ступили на это чистое полотно осторожно, сомневаясь, приготовившись к затаившемуся под безопасным белым пухом предательскому льду. Но там его не оказалось, земля не ушла из-под ног, но с каждым новым шагом ощущалась всё надежнее и твёрже.

– Где Новосибирск, где Энск… – задумчиво рассуждал спутник Алисы. – Почему ты именно сюда приехала?

Из всей придуманной и разыгрываемой теперь Алисой истории эта часть сюжета была самой слабой. Достойных вариантов ответа на простой вопрос «А почему, собственно, Энск?» у неё не было, поэтому она решила просто оставлять здесь некоторую недоговорённость. Кому надо, тот сам за неё додумает:

– Просто так получилось… Хотела перебраться куда-нибудь южнее, а тут попалось объявление о работе в Энске, я и решила долго не думать. Квартиру, тем более, предложили.

Все это звучало донельзя притянутым за уши и неубедительным.

– А предыдущий преподаватель что же? Уволился?

– Даа… Вот так неожиданно для всех перед экзаменами… Взял и уволился.

Алиса едва сдержала улыбку, вспоминая встречу со своим предшественником. Они сидели в кафе в областном центре, что за сотню километров от Энска.

– То есть, – проговорил осторожно мужчина лет сорока пяти, глядя на монитор телефона Алисы, – вы готовы заплатить мне эту сумму чтобы я уволился с работы?

Девушка кивнула.

– И что дальше? Занять это место?

Снова утвердительный кивок.

– Вы понимаете, сколько зарабатывает преподаватель в провинциальном колледже? Эта сумма… Это больше, чем мой заработок за три года, зачем оно вам?

На интеллигентном лице красовалась такая комическая гримаса смятения, что Алиса едва сдерживала смех.

– Давайте не будем углубляться в причины. Возьмите деньги, поезжайте куда-нибудь, отдохните, вы заслужили. Я освобожу это место достаточно скоро, и вы снова сможете вернуться. Это я вам обещаю.

– А в Новосибирске ты тоже работала в колледже или в ВУЗе? – голос Андрея вернул Алису в настоящее.

– Да где только не, – легко ответила девушка, не став уточнять, что опыта преподавательской деятельности у неё нет совсем, а филолог – это первое и не особо-то пригодившееся в жизни образование. Хотя, судя по нынешним событиям, как сказать… – А где раньше работал ты?

– В Москве.

Воцарившееся после этого лаконичного ответа молчание показалось Алисе напряженным, и она почувствовала, что развивать эту тему не стоит. По крайней мере, сейчас.

– Знаешь, – сказала она весело, – а я себе тоже друзей завела.

– Да неужели?

– Даа, сегодня утром. Вылила кофе в аккурат на ботинки местного гопника. Он ещё подумал, наверное, что я студентка с таким видом шёл разбираться…

На лице Андрея, которое с каждым новым взглядом на него, почему-то казалось теперь Алисе всё привлекательнее, явственно читались облегчение и благодарность. Он оценил, что новая знакомая не стала поднимать неприятную ему тему переезда, пожалела теребить его до сих пор незажившие раны. Он с удивлением отмечал в ней такие редкие в наши дни качества, как чувство такта и деликатность. А ещё какую-то удивительную проницательность, чувствительность и способность улавливать то, чего другой человек никогда и не заметил бы. По его опыту, такие качества развиваются у людей с очень непростой судьбой, у людей, хорошо знающих, что такое боль и потеря, у тех, кого жизнь однажды прибила к земле и показала наглядно, что они далеко не центр мироздания. Люди благополучные, счастливые по праву рождения и сбережённые высшими силами и случаем от бед и напастей, часто бывают эгоистичны, зациклены лишь на себе и мир вокруг почти не видят, не воспринимают его таким, какой он есть. У них нет внутри сенсоров, чтобы уловить чужую боль утраты, чужие отчаяние и страх, им просто не с чем это сравнить.