Чтение онлайн

Они чокнулись и выпили воду до дна.

Консерватор Олег Александрович Норов любил старину. Эта гостиница была построена в начале века в стиле модерн.

— Хорошо, — сказал Олег, разглядывая замысловатое антре отеля.

Миша не ответил, потому что смотрел на черную «Волгу», которая остановилась впритык к его «Москвичу». Из «Волги» вышел молодой человек в строгом костюме и шляпе, подошел к Олегу и осведомился:

— Олег Александрович?

Олег кивком подтвердил, что он Олег Александрович. Тогда молодой человек вынул из кармана незапечатанный конверт:

— Велено вам вручить.

Олег, не заглядывая в конверт, осведомился:

— Что это?

— Авиационный билет на первый завтрашний рейс в Москву. Вам.

Олег вынул из кармана билет и клочок бумаги, на котором было написано грубым почерком: «Счастливого пути, Олег. Гриша».

— Передайте Грише, что он ошибся. Я уезжаю послезавтра. У меня в этом городе на завтра запланирован ряд серьезных мероприятий. Кроме того, я хочу посмотреть матч.

— Я передам, — серьезно ответил молодой человек.

— И еще, — не давая ему уйти, добавил Олег, — я хотел бы повидать Гришу.

— Я передам, — серьезно ответил молодой человек.

— И еще, — ощерился в улыбке Олег, — передайте ему три слова: «Ай да Эдик!»

— Я передам, — серьезно ответил молодой человек и направился к черной «Волге».

Олег и Миша проследили за тем, как исчезла во тьме черная «Волга».

— Пойдем по городу погуляем, — предложил Олег, — я его почти забыл.

Они спустились по проспекту, свернули направо и вышли на мост через реку. Посредине моста они остановились и стали глядеть на воду.

— Нас ведут, — сообщил Миша.

— А ты как думал? Они же начали.

— А мы?

— А мы возвращаемся в гостиницу.

До часу ночи Олег, валяясь на громадной кровати, увлеченно читал по-английски истрепанный том Микки Спилейна «Я сам — суд присяжных». В час, с сожалением отложив Спилейна, выбрался из кровати, цепляясь (иначе и не вылезешь), за извилистую, стиля модерн, спинку, погасил торшер, настольную лампу, люстру с висюльками и в темноте уселся в кресло — ждать.

Потрескивала прямо под его окном неоновая буква, слабо освещая номер малоприятной неживой голубизной.

Олег сидел и ждал. В коридоре протяжно ударили напольные часы полвторого. Наконец пробило два. Олег подошел к двери, прислушался. Тихо было в гостинице, совсем тихо. И тотчас в дверь поскреблись.

— Кто там? — негромко спросил Олег.

— Я, Олег Александрович, — шепотом, откликнулись из коридора.

Не включая электричество, Олег открыл дверь.

База была отгорожена монументальным забором от пылких поклонников команды, и проникнуть на ее территорию можно было только через калитку, у которой стоял страж в шикарных усах, необъятной кепке и почему-то с красной повязкой на рукаве. Когда вылезшие из машины Олег и Миша направились к калитке, страж, как Раймонда, встал на их пути и крикнул гортанно:

— Не пущу!

— Почему? — тоже закричал Миша.

— Потому что запрещено!

— Ты меня знаешь?!

— Я вас знаю, Михаил Илларионович!

— Тогда пропусти!

— Не пущу!

Из уважения к Олегу ругались по-русски. А от жилого здания уже бежал, размахивая руками, маленький, с выпученными глазами, человечек, пронзительно шипевший:

— Тише, тише!

— Что тише? Почему нас не пускают?! — кричал на него Миша.

Человечек уже подбежал к ним:

— Команда отдыхает, команда на карантине перед сегодняшним матчем, и к ней не пускают никого, дорогой Михаил Илларионович, — вежливо объяснил человечек.

— Нам твоя команда не нужна, — невежливо сказал Миша. — Нам тренер нужен.

— Теодора Георгиевича на базе нет, — с плохо скрываемым торжеством сообщил человечек.

— Это как же так?! — пришло время удивляться Олегу. — Перед таким матчем — и не с командой?!

— Теодора Георгиевича срочно вызвали в комиссию народного контроля, а оттуда он поедет на совещание в Спорткомитет.

Они сели в «Москвич» и поехали. Серый «жигуленок», стоявший все это время в отдалении, тотчас тронулся вслед за ними.

— В открытую ведут, — глядя в зеркальце, понял Миша.

— А зачем им теперь стесняться? — парировал Олег.

Опять повороты, скалы, деревья, верстовые столбы. И гостиница.

Выйдя из машины, Олег через открытое оконце пожал Мише руку:

— До скорой встречи, старый хрыч!

Он обедал в полупустом гостиничном ресторане. Рано обедал, потому что не завтракал. Прикончив харчо, он поднял глаза и увидел рядом с собой знакомого молодого человека в строгом костюме, который на этот раз шляпу держал в руке.

— Разрешите? — спросил молодой человек, отодвигая от стола свободный стул.

— Валяй, — разрешил Олег, откинулся на стуле и, рассматривая молодого человека, промокнул бумажной салфеткой губы.

Молодой человек присел на стул:

— Вы хотели встретиться с Григорием Давыдовичем. В четыре часа за вами приедут.

— У тебя все? — спросил Олег.

— У меня все, — ответил, подчеркнув «меня», молодой человек.

— Тогда пошел вон, — негромко предложил Олег.

Ровно в четыре Олег был в черной «Волге». На заднем сиденье. Сидевший рядом с шофером все тот же молодой человек, обернувшись к нему, заботливо предложил:

— Устраивайтесь поудобнее, Олег Александрович.

Олег покосился на своего соседа по сиденью — квадратного паренька с гордо демонстрируемыми крутыми плечами — и фразой из старого анекдота поблагодарил всех:

— Спасибо за компанию.

Знакомый молодой человек жаждал вести светскую беседу:

— Как вам нравится наш город, Олег Александрович?

— Смею надеяться, что город пока что не ваш, — ворчливо заметил Олег. Молодой человек охотно захохотал, а отхохотавшись, оценил Олегову реплику:

— Приятно беседовать с остроумным человеком. И я уверен, что общение с вами доставит радость и Григорию Давыдовичу.

— Доставит, доставит, — пообещал Олег.

Черная «Волга» выбралась за город. Олег с интересом глянул в окошко:

— Мы что, к Мише едем?

Молодой человек, опять с удовольствием похохотав, подтвердил:

— А куда же еще? Посидим «У футболиста», поболтаем по-свойски, а потом все вместе на футбол.

На стеклянной двери ресторана опять висела надпись не по-русски.