Чтение онлайн

Чертыхаясь, Олег вылез из кабины.

— К машине! — скомандовал он. — В одну шеренгу становись! Сержант Федоров! Проверить наличие оружия и снаряжения, доложить!

— Есть!

Последним из транспортера выпрыгнул прапорщик Загидуллин со своей огромной, чепрачной масти овчаркой. Он отстегнул от ошейника собаки карабин и весело крикнул:

— Гулять, Дик! Гулять!

Засидевшийся в тесноте кузова пес подпрыгнул от возбуждения и прыжками унесся в тайгу.

— Как настроение, чекисты? — спросил Волков у стоящих в строю солдат.

— Товарищ прапорщик! Оружие, боеприпасы, снаряжение в отделении налицо! — отрапортовал сержант Федоров. — Настроение бодрое! Шинели вот только надо бы в порядок привести — перемазались все как черти… — добавил он уже совсем не по-уставному.

— Загидуллин, давай-ка след тех двоих проработаем. Начинай с просеки, а то здесь почва твердая — видимых следов нет.

— Есть, командир!

Выбежав с просеки, Дик уверенно потащил инструктора в направлении деревни.

— Сержант Максимов и рядовой Сартания! Остаетесь для охраны транспортера и наблюдения за местностью. Связь со мной по радиостанции. Отдыхать пока запрещаю. Старший — сержант Максимов, — поставил задачу Волков. — Федоров, выдайте им одну «триста девяносто вторую» [6] . Остальные за мно-ой, бегго-ом, марш!

…До деревни оставалось метров восемьсот, как Дик неожиданно потерял след. Это произошло на поскотине, отгороженной от тайги жердевым забором и испещренной следами коровьих и овечьих копыт. Загидуллин сделал несколько попыток поставить овчарку на след, но Дик вел себя как-то странно — шерсть на нем встала дыбом, он упрямился и даже огрызался на хозяина.

Так продолжалось минут пятнадцать.

— Все, командир, работать пока не будет! Я его характер знаю! — утирая со лба пот, сокрушенно вздохнул Загидуллин.

— А в чем же дело?

— Черт его знает. Скорее всего устал. В «гэтээске»-то он, считай, одними выхлопными газами дышал… Для людей и то тяжко, не то что для собаки! А может, и медведь здесь недавно ходил, кто его знает, — предположил он. — Ишь как шерсть-то на Дике вздыбилась…

— Ладно. Выдвигаемся в деревню, — принял решение Волков.

…Глухарная была уже хорошо видна. Стояла она на угоре, отчетливо просматривались ее потемневшие от времени и дождей рубленые избы. В лучах начинающего подниматься солнца подслеповато поблескивали стекла окон.

Чернели вспаханные огороды, по правую руку от деревни в распадке синела разлившаяся река. На крутом ее берегу угрюмо застыл черно-зеленый кедрач. Было тихо, только в воздухе лениво звенели утренние комары.

Вдруг в деревне резко хлобыстнула пулеметная очередь тракторного пускача и приглушенно запыхтел, забулькал дизель.

— Эге! Похоже, техника имеется! — повеселел Олег. — Может, и с ремнем генератора что-нибудь придумаем!..

Едва только группа Волкова поравнялась с крайними избами, как ее разноголосо облаяла невесть откуда взявшаяся свора деревенских собак.

Основную долю внимания псы уделяли, конечно же, Дику, который невозмутимо шагал рядом с хозяином. Всем своим видом этот огромный пес, казалось, выказывал полнейшее равнодушие и презрение к пустобрехам. Но слегка напружиненный хвост говорил о том, что он начеку и в любую минуту готов вступить в схватку.

Шедший рядом с Олегом Загидуллин на всякий случай взял поводок совсем коротко, для верности намотав его на руку. На длинном поводке Дик мог так дернуть, что и на ногах не устоишь…

Волков резким движением нагнулся и схватил валявшуюся на земле суковатую палку.

— А ну пошли отсюда! — замахнулся он на собак.

Те бросились врассыпную, но через несколько секунд принялись лаять с удвоенным остервенением.

— Бесполезная затея, Олег! — рассмеялся Загидуллин — Они Дика за волка принимают, вот и бесятся… А вообще, скажу я тебе, собачки отменные. Обрати внимание вон на того кобеля с оторванным ухом. Местная охотничья порода. Хоть на лося, хоть на медведя, хоть на белку — универсал-собака! А вот эти, поджарые пятнистые — оленегонные. От ненцев, видать, завезли их… Да будет вам! Уймитесь! — не выдержав, прикрикнул он на разъярившихся псов.

У дома с веселыми светло-голубыми наличниками и здоровенной цифрой «шестнадцать» на крыше Волков дал группе знак остановиться.

— Слушай, Равиль, — подозвал он инструктора, — надо бы зайти. Похоже, лесник тут живет. Поговорим по нашим интересам, может быть, он видел тех двоих?..

Звякнула щеколда, и в воротах появился хозяин — сухощавый, седой, но еще крепкий старик. На вид ему можно было дать лет шестьдесят — шестьдесят пять. Одет он был в выцветшую ковбойку, солдатское галифе, на ногах — шерстяные носки и старенькие калоши.

— Здравствуйте, хозяин! Солдат на постой примете? — обратился к нему Волков.

— Здорово, здорово, коль не шутишь! — защищая ладонью глаза от солнца, отозвался тот. — Афанасей Иванович Сюткин… Афанасей Иванович… Афанасей Иванович… — представлялся он, поочередно пожимая солдатам руки. — Учения у вас, што ли? Али беда какая приключилась? — спросил лесник, жестом приглашая зайти во двор.

— Беда, Афанасий Иванович. Побег. Из колонии сбежал опасный преступник. Двое суток уже прошло, а пока ни слуху ни духу! — ответил Волков, проходя по узкому дощатому настилу.

Они с лесником присели на аккуратный штабель ошкуренных бревен, закурили.

— С оружием али как ушел-то?

— Пока точно не знаем. Но на месте побега финку обронил. Оружие для него не проблема… На охотничью избушку набредет — вот ему и ружья, и припасы… Сами ведь знаете.

— Так оно, так оно!.. — поддакнул старик. — Вот ведь варнаки! Заработал свой срок, так и сиди свое, не рыпайся! Ан нет! И что проку? Поуськает по урманам-то, по болотинам, а все дале России-матушки не сбежит! К мериканцам податься, што ли, ладят? Дак у их, у мериканцев-то, таких своих хватат. Тьфу ты, срамота!.. — смачно сплюнул Сюткин. — Только сам намается, да бойцов твоих намучает!

— Ну, а у вас в деревне, Афанасий Иванович, чужих не было? Ничего такого не слышно?

— Про етих-то? Про рестантов, што ли? Не-е, бог пока миловал. Че здря говорить — тихо у нас… Правда в прошлом годе, аккурат под майские, телок пропал. Грешили на поселенцев, у их лесосека-то близко, верст пятнадцать, поди, южнее Глухарной будет… Да ить кто знат, они ли, не они ли? А так тихо.

— Понимаете, какая штука, Афанасий Иванович, когда мы по просеке от Падынской Янги ехали, следы обнаружили. Как бы узнать, не из ваших ли кто ходил? Один был в кирзовых сапогах — сорок второй размер. Второй — в литых резиновых, примерно сорок пятый, сорок шестой размер.