Поединок
Шрифт:
— Мы с тобой винтики в огромном сложном механизме. Но даже из-за винтика механизм может выйти из строя. Велика Россия. В лоб даже Гитлер не смог ее одолеть. Только умная и очень тонкая политическая игра винтиков-невидимок сможет нарушить ритм работы механизма Советов.
...Лежит Олег Козырев на нарах, смотрит на фото. Два очень похожих ребячьих лица. Военный и красивая женщина. Да, именно эта женщина не раз являлась ему во сне. Зубами скрипит Олег. Как его обманули!
Вместо эпилога
Над Степняковом золотилось полуденное солнце. Сверкал недавно выпавший снег, по-весеннему слезились сосульки. Трудно было поверить, что еще январь. А лазоревое небо, как говорят авиаторы, «миллион на миллион», принимало и принимало взлетающие самолеты.
Был обычный летный день. Стоя у окна, Степан Герасимович глядел на взлетно-посадочную полосу. Вот ее серого края коснулся приземляющийся истребитель и, гася скорость, побежал по бетонным плитам. На душе стало горько, что не дожил до этого дня Леонид Шевцов.
— Каковы результаты испытаний нового истребителя? — спросил Волков у Мельникова.
— Отличные. У этой машины прекрасные данные. Уже начат серийный выпуск. Вон, видите, она рулит на старт?
Истребитель на несколько секунд задержался на линии исполнительного старта и, взревев, помчал на взлет. Молнией сверкнув в лучах солнца, он стрелой ушел ввысь, оставляя позади отстающий звук.
В дверь постучали. Вошел широкоплечий майор и четко отрапортовал:
— Товарищ подполковник, майор Игнатенко прибыл для прохождения службы начальником особого отдела в Степняковский гарнизон!
Волков улыбнулся:
— Ну, что ж, Александр Васильевич, первое боевое крещение ты прошел. Надеюсь, неудачи не обескуражили. Начальника подобрали тебе неплохого. Желаю обоим — ни пуха ни пера!
Все трое подошли к окну. Из-за белесой тучки золотым ливнем струилось солнце. Взлетали и садились самолеты. Давно приземлился истребитель с бортовым номером тридцать три, но в небе остался его след — подсвеченный солнцем розоватый овал инверсии.