Чтение онлайн

Красное и красное - слилось как ртуть.

Сквозь Францию

790 дальше,

безудержный,

грозный,

вгрызывается зубец краснозвездный.

Ору, восторженный:

– Не тщитесь!

Ныне

революции не залить.

Склонись перед нею!
–

А луч

800 взбирается на скат Апенниньий.

А луч

рассвечивается по Пиренею.

Сметая норвежских границ следы,

по северу

рвется красная буря.

Здесь

луч второй прожигает льды,

до полюса снег_а_ опурпуря.

П_о_езда чище

810 лился Сибирью третий лучище.

Красный поток его

уже почти докатился до Токио.

Четвертого лучища жар

вонзил в юго-восток зубец свой длинный,

и уже

какой-то

поджаренный раджа

лучом

с Гималаев

820 Сбит в долины.

Будто проверяя

– хороню остра ли я, -

в Австралию звезда.

Загорелась Австралия.

Правее - пятый.

Атакует такой же.

Играет красным у негров по коже.

Прошел по Сахаре,

по желтому клину,

830 сиянье

до южного полюса кинул.

Размахивая громадными руками, то зажигая, то туша глаза, сетью уха

вылавливая каждое слово, я весь изработался в неодолимой воле - победить.

Я облаками маскировал наши колонны. Маяками глаз указывал места легчайшего

штурма. Путаю вражьи радио. Все ливни, все лавы, все молнии мира - охапкою

собираю, обрушиваю на черные головы врагов. Мы победим. Мы не хотим, мы не

можем не победить. Только Америка осталась. Перегибаюсь. Сею тревогу.

Дрожит Америка:

революции демон

вступает в Атлантическое лоно...

Впрочем,

сейчас это не моя тема,

это уже описано

в интереснейшей поэме "Сто пятьдесят миллионов".

Кто прочтет ее, узнает, как победили мы. Отсылаю интересующихся к этой

истории. А сам

замер;

840 смотрю,

любуюсь,

и я

вижу:

вся земная масса,

сплошь подмятая под краснозвездные острия,

красная,

сияет вторым Марсом.

Видением лет пролетевших взволнован,

устав

850 восторгаться в победном раже,

я

голову

в небо заправил снова

и снова

стал

у веков на страже.

Я видел революции,

видел войны.

Мне

860 и голодный надоел человек.

Хоть раз бы увидеть,

что вот,

спокойный,

живет человек меж веселий и нег.

Радуюсь просторам,

радуюсь тишине,

радуюсь облачным нивам.

Рот

простор разжиженный пьет.

870 И только

иногда

вычесываю лениво

в волоса запутавшееся

звездное репьё.

Словно

стекло

время, -

текло, не текло оно,

не знаю, -

880 вероятно, текло.

И, наконец, через какое-то время -

тучи в клочики,

в клочочки-клочишки.

Исчезло все

до последнего

бледного

облачишка.

Смотрю на землю, восторженно поулыбливаясь.

На всём

вокруг

890 ни черного очень,

ни красного,

но и ни белого не было.

Земшар

сияньем сплошным раззолочен,

и небо

над шаром

раззолотон_е_бело.

Где раньше

река

900 водищу гоняла,

лила наводнения,

буйна,