Чтение онлайн

В глухую ночь пределов мира тесных

Простри ко мне хотя последний луч,

Последний луч твоих лучей чудесных:

Да обличу кичливых слепоту,

Да мощь поведаю души смиренной;

Да воспою достойно битву ту,

В которой пал, Давидом пораженный,

Пал и покрыл всю поля широту

Живого бога хульник дерзновенный!

Но прежде успокою слух и взор:

Исчезни блеск и звон войны кровавой,

И ты сокройся, витязей собор,

Воспитанных и воспоенных славой!

Взошел я на вершину злачных гор,

Вступил в беседу с шепчущей дубравой;

Брожу вослед сребристого ручья,

Журчащего средь камышей шумливых;

В твоей тени возлягу, древ семья,

Приют прохладный пастырей счастливых! —

Светает день... Кого же вижу я?

Кто юный пестун оных стад игривых?

Он на скале высокой воссидит,

Ее же вожделенными лучами

Воскресшее светило дня златит;

Дыханье утра тешится власами,

Глава подъята, лик его горит,

И по струнам он бегает перстами:

«Благослови, душа моя![30]

Воспой создателя вселенной;

Владыку мира славлю я:

Велик, велик неизреченный!

В сиянье славы бог одет;

Воздушною повитый бездной,

Как в ризу, облаченный в свет,

Он рек безмерной тверди звездной —

И се раскинулась в шатер!

Грядет: из выспренних селений

На крыльях ветра ход простер,

И тучи — ног его ступени,

Рабы его — полки духов;

Его слуга — крылатый пламень:

Велит — и на лице лугов

Струит потоки твердый камень;

Велит — и, восстонав, назад

Стремятся трепетные воды;

Велит — и вздрогнет бледный ад,

И двигнутся столпы природы!

О боже! Землю создал ты,

И не разрушится твердыня;

И ты ж послал от высоты

Шумящий дождь — и пьет пустыня:

Онагры ждали в тяжкий день,

Послышали — бегут с утеса;

Примчался пес, притек елень,

Волк жаждой привлечен из леса, —

Всех утоляет щедрый бог.

На крутизне ж витают птицы,

Смеется вихрям их чертог;

Средь скал поют восход денницы.

Господь траву дает стадам.

Он землю всю питает с неба;

Растит вино на радость нам,

Растит златые класы хлеба;

Пшеница сердце подкрепит,

Багрец блестящий лозной влаги,

Сверкая, взоры веселит,

В душах возжжет огонь отваги.

Не ты ли, боже! насадил,

Вспоил дождем, питал туманом,

Грел теплотой благих светил,

Воздвигнул кедры над Ливаном?

Их ветви клонятся от гнезд:

В них шум и свист и щекот слышен;

Но дом орла в соседстве звезд

Над всех жилищами возвышен.

Обитель серны высота;

Под камнем дремлет заяц скорый;

Не жизнь ли полнит все места,

Поля, холмы, долины, горы?

Всем основал всевышний грань,

Связует все предел священный,

И не воздвигнутся на брань,

Не истребят красы вселенной.

Быть мерою времен луну

Творец повесил средь эфира;

Возводит солнце в вышину,

Не солнце ли зеница мира?

Оно познало свой восток,

Познало бега и покоя

Положенный из века срок

И в час свой гасит пламень зноя.

Господь подернет небо тьмой:

Тогда наступит время нощи

И звери выступят толпой

Из тишины дремучей рощи.

Но что? подобный грому рев!

Свирепым ошиба размахом

Разит бока крутые лев:

Все кроются, объяты страхом.

Встает обильной гривы влас,

Горящий взгляд во тьме сверкает;

Он к господу подъемлет глас:

Его утробу глад терзает.

Проснется вновь веселый день,

И сонм отступит кровожадный;

Подастся вспять в лесную тень,

Возляжет в темноте прохладной.

<