Чтение онлайн

Джейн огляделась по сторонам и обнаружила, что они с Гордоном действительно - словно маленький островок в море спешащих людей. Он взял ее под руку и повел к машине.

– Ты теперь можешь водить, - сказала она, когда он уселся за руль.

– Как видишь. Еще немножко, и я смогу танцевать.

– А как насчет того, чтобы ездить верхом, сплавляться по горным рекам все такое?

– Нет. Не думаю, что вновь захочу рисковать. Кстати, - он переменил тему, - ты неплохо приручила Монику.

– Я ничего такого не сделала и сама удивилась.

– Она от тебя в восторге.

– Девочки в ее возрасте склонны выбирать себе образец для подражания. Полагаю, это ненадолго. Найдется еще кто-нибудь.

Гордон ничего не сказал на это, а через пару минут молчания спросил:

– У тебя ведь вроде как каникулы?

– Кто тебе сказал?

– Джозеф.

– Вы что, обсуждали меня с Джозефом?
– спросила она холодно.

– Не припомню. Зато знаю, что Кейт вернулся и жаждет включиться в работу.

Джейн искоса взглянула на него, но он был невозмутим как скала.

– Да, у меня каникулы.

– Есть какие-нибудь планы?

– Да, есть.

Его губы изогнулись в усмешке.

– Ты не очень-то общительна сегодня, Джейн.

– Я не вполне понимаю, что тут делаю с тобой и почему должна давать тебе отчет о своих планах, - отрезала она.

– А может, дело в том, что никаких планов и вовсе нет, - парировал он.

– Гордон, - сказала она спокойно, - ты не имеешь никакого права лезть в мою жизнь. Но если тебе это так интересно, отвечу: планы у меня есть. Я уезжаю в Мэйфорд. Назавтра у меня билет, а вернусь я через неделю, в воскресенье. Собираюсь там загорать, купаться, гулять и вообще расслабиться. Еще вопросы будут?

– Одна?

– Да, - отозвалась Джейн, голос ее звучал холодно.
– И, пожалуйста, не надо это комментировать. Мне хочется побыть одной.
– Она замолчала и поджала губы.

– Мы на месте, - заметил Гордон.

Посмотрев в окно, Джейн обнаружила, что они подъехали к знаменитому ресторану "Колумбия".

– Не рановато ли ужинать?

– Это важно? Мы можем для начала выпить, потом, к примеру, покататься по городу, а там, глядишь, и поужинаем.

Джейн оглядела набережную, которая простиралась под террасой ресторана, - лодки, причал, разноцветные блики закатного солнца на воде, сверкающие, как самоцветы...

– Ладно, - сказала она беспомощно.

Они не разговаривали вовсе, пока он заказывал пиво для себя и джин с тоником для нее. Потом Гордон сказал:

– Может, ты не поверишь, но я очень благодарен тебе за Монику. Она успокоилась после разговора с тобой. И мне очень неудобно, что мы с Конни заставили ее думать о разных неприятных вещах...

Джейн бросила на него взгляд из-под ресниц.

– Полагаю, вы с Конни не нарочно сделали так, что она вас услышала?

– Какой ребенок справится с искушением подслушать под дверью "взрослый" разговор?

– Я не виню вас.
– Джейн слабо улыбнулась.

– Зато я виню, - сказал он решительно.
– Мы вели себя неправильно. И это не в первый раз.
– Он выглядел задумчивым и грустным.
– Я отвел Конни в уголок, когда они вернулись в воскресенье со школьного праздника, и рассказал, что случилось. Она была в ужасе, потом разозлилась, начала кричать. А Моника явилась узнать, в чем проблема.
– Гордон помедлил, созерцая зеленоватую гладь реки, потом сказал: - В тот момент я действительно верил, что все придет в норму само собой. Еще одно доказательство того, что нет предела человеческой наивности.

– И когда же ты разуверился?

– Да прямо на следующий же день. Конни сообщила мне, что теперь чувствует себя так, будто вынуждает меня жениться на ней и что она не сможет жить с этим спокойно. Я потерял терпение и сказал, что у нее никогда не было лучшего предлога женить меня на себе. Спросил, какого дьявола она так долго скрывала от меня правду и в итоге выставила меня полным идиотом...
– Он поморщился.

– Я полагаю, это было мучительно - таким вот образом спуститься с небес на землю. Надеюсь, ты убедил ее, что для вас с ней ничего не изменилось?

– Это было абсолютно невозможно. Во-первых, если Конни вобьет себе что-то в голову, переубедить ее очень сложно. Во-вторых, она была очень расстроена тем, что Моника огорчилась. И наконец, в-третьих, когда Моника высказалась, что, по ее мнению, мы не должны жениться, Конни хлопнула дверью.

Джейн широко распахнула глаза.

– Ты хочешь сказать, Конни ушла?

– Она вместе с Моникой опять отправилась к своим родителям в Сан-Хосе. Но мы так ничего и не решили окончательно.

– Ну слава Богу!
– Джейн облегченно вздохнула.
– Но ты действительно не должен был... Я хочу сказать, Монике ведь всего двенадцать, она была ошарашена, когда узнала, что ты ее отец. А главное - девочку угнетает мысль, что ей придется выбирать между вами.
– Гордон мрачно смотрел на нее.
– Мне действительно жаль, - сказала она после паузы.
– Конечно, слова сочувствия легко произносить, особенно когда ты сам - стороннее лицо...
– Джейн посмотрела на него и отпила из своего бокала. Она сейчас очень хорошо понимала его - чисто по-человечески.

– От всех этих рассуждений легче не становится...
– Он пожал плечами. И, видишь ли, случившееся ничего не меняет в отношении тебя.

– Я рада, - сказала она чуть слышно.

– Ты не знаешь, что я имею в виду.

– Что бы это ни было, мне нет места в вашей жизни, Гордон. Я полагала, что в прошлый раз мы во всем разобрались.

Гордон откинулся на спинку стула и некоторое время изучал янтарную жидкость в своем стакане.

– Ты имеешь в виду тот "прошлый раз", - он поднял на нее свои темные глаза, и в них была насмешка, - когда ты дала мне понять, что я тебе небезразличен?

Джейн подавилась глотком джина. Она поставила бокал и взглянула на Гордона чуть ли не со слезами на глазах.

– Я... Гордон, зачем...

– Джейн, Джейн, - укоризненно произнес он.
– Ну что с тобой такое? Ты ли это? Ты ли - та самая решительная журналистка, которая еще недавно говорила мне одну гадость за другой?

– Ладно, продолжай, - сказала она более спокойно.

– Ты также дала мне понять, - он легко улыбнулся, играя своим стаканом, - что я - неуверенный в себе человек, который боится, будто у него не получится заняться любовью с женщиной. Я правильно тебя понял?

– И что же?

– Просто хочу увериться, что мы выяснили этот вопрос. Или хотя бы, что ты выяснила его для себя.
– Она молчала. Ее преследовала мысль, что все, что она чувствует, отражается в ее глазах. Гордон допил пиво, аккуратно поставил стакан на стол, а затем продолжил: - А еще я хотел бы быть уверен, что теперь, когда я не могу жениться и жить с Конни Элисон, тебя не преследует мысль, что это ты, Джейн Милред, стала между нами.