Чтение онлайн

— Действуй, Ямайка.

Сквозь тонкую дверь Сюзан услышала, как механический голос будильника сообщил точное время. На часах было шесть тридцать две, без двадцати восьми семь — о чем сообщил голос. Шесть тридцать две, без двадцати восьми семь. Вот уже четвертый день подряд Сюзан вставала не с мужем, а с Имусом, как называли часы. Ее муж снова на работе — на Ямайке, в Южном Бронксе, Бед-Стай, и бог знает, где он мог быть еще, а все из-за того, что плохие парни не спят.

Сюзан вошла в комнату, свернула стеганое одеяло, под которым она спала на кушетке, и положила его в стену в передней. Телевизор все еще работал, когда она проснулась. По нему передавали программу с Джимми Свэгартом, но Сюзан никак не могла вспомнить, что показывали, когда она засыпала. Или она включала его с обратной целью, чтобы не заснуть? Интересно, а что делают жены, которые не работают вместе со своими мужьями на одной работе, когда те не приходят домой? Звонят в контору и поднимают всех на ноги? Шарят по рабочим столам мужей, чтобы убедиться, на месте ли паспорт? Проверяют в гардеробах, какую одежду они забрали с собой — для прохладной или жаркой погоды? По возвращении мужей домой отказываются ли их кормить и отдаваться в постели до тех пор, пока не получат обещания говорить, куда те отъезжают и на какой срок?

В самом начале совместной жизни Сюзан и Пола все предполагалось делать иначе. Пятнадцать лет назад они собирались быть неразлучными, как Бэтман и Робин, Робин Гуд и Мейд Мариан, Святой Павел и Святой Михаил…

— Жентмихалий — это чье имя? — пристал Пол к Сюзан пятнадцать лет назад в перерыве между занятиями по фармакологии и баллистике, кажется (она уже не помнила точно), потребовав объяснить происхождение имени.

— Венгерское. Оно означает Святой Михаил.

— Тот самый, который убил дракона?

— Дракона убил Георгий, а это архангел Михаил.

— Мне кажется, Сюзан Ван Митер звучит неплохо.

— Да, звучит. Она кто? Твоя сестра?

— Сюзан Ван Митер. Мне очень даже нравится.

— Я могу выйти за тебя замуж, но не раньше чем после ленча. Если ты, конечно, не принадлежишь к тому типу мужей, которые возражают против того, чтобы их жены завтракали с чужими мужьями.

— Знаешь, это зависит от того, с кем ты идешь.

— Как ты смотришь на Джона Барнса?

— Но ты ведь как-то на днях с ним завтракала!

— Послушай, Ван Митер, если хочешь на мне жениться, перестань следить за мной.

— Ты меня привлекаешь не как женщина, которая бегает на свидания со своим учителем ради хорошей оценки на экзамене.

— Ну, я хочу не только успешно сдать экзамен, но и быть первой в группе.

— Первой, положим, тебе не быть, им буду я. Однако держу пари, что ты будешь женщиной с завидным положением.

— Готова биться об заклад.

— Будешь держать пари против самой себя?

— Нет, бьюсь об заклад, что я буду первой по всем показателям.

— На что спорим? На поцелуй?

— На кока-колу. Я поцелую тебя в любом случае.

— После ленча?

— Позже. В субботу вечером.

И она поцеловала его в субботу, и в ту же ночь они переспали. Сюзан проиграла пари — Пол стал первым в группе, в то время как она оказалась на втором месте среди женского состава после Риты Аройо, а по окончательным результатам занимала пятое место в списке. Они поженились, и Сюзан утратила свою девичью фамилию, заменив ее на Ван Митер. Какое-то время они мечтали работать в паре, но затем Сюзан забеременела, и Пол убедил ее, что несправедливо по отношению к будущему ребенку рисковать им обоим. Он предложил Сюзан заняться работой непосредственно в офисе. Так она, фактически, и не приступила к работе, которой занимался ее муж.

— Я утренний Имус. Шесть часов сорок шесть минут, без четырнадцати семь.

Время понежиться в постели.

— Кэролин! — Не стоило давать ребенку трехсложное имя. Иначе как с подвыванием его не произнесешь. — Кэролин!

За дверью слышалось сопение. Сюзан легонько постучала в дверь, затем громче и наконец забарабанила в дверь комнаты Кэрри.

— Что такое, мам?

— Пора вставать.

— Ну дай поспать еще десять минут.

— Все, я вхожу.

— Нет.

— Тогда вставай.

— Я уже встала.

— Вставай сейчас же.

— Но я в самом деле поднялась.

— Открой мне дверь.

— Не входи сюда.

— Открой же дверь.

Сюзан вспомнила облаву, проводимую полицейскими на фабрике — в этот самый момент из окна выбрасываются улики: наркотики, приспособления для их производства, полуавтоматическое оружие. Она резко открыла дверь. Из пачки, которую Кэрри пыталась втиснуть под матрас, высыпались сигареты.

— Эй! — Подозреваемые в преступлении всегда изображают настоящее возмущение.

— Тебе это будет стоить карманных денег до конца недели и субботнего выхода на улицу.

— Ты, мама, не должна входить ко мне, если я тебя не прошу.

— А ты не должна курить.

— Но ведь эти сигареты не мои, так ведь? Это пачка Дженифер.

У Дженифер, подруги Кэрри, волосы были выкрашены в голубой цвет, в ее левом ухе торчало девять серег, а в правом — шесть. На руках у нее были надеты черные вечерние кружевные перчатки, с торчащими наружу пальцами; наряд состоял из голубой джинсовой куртки без рукавов поверх свободной майки, порванных сетчатых чулок; на одной ноге у нее был надет армейский ботинок, а на другой — высокая черная туфля на резиновой подошве. На поясе у Дженифер болталась мотоциклетная цепь.

— Я все расскажу матери Дженифер (которая сама курила сигареты с марихуаной и пила джин с тоником на завтрак).

— Как страшно.

— И твоему отцу.

— Который неизвестно где. Да, кстати, папа возвращается сегодня вечером?

— Не знаю.

— С ним все в порядке?

— А что с ним может случиться?

— Нет, с ним в самом деле ничего не случилось?

— Не знаю.

— А тебе что, все равно?

«Черт бы побрал, этих детей. Стараешься показать хороший пример, а они подвергают сомнению, каждый твой шаг».

— Когда станешь жить самостоятельно, моя девочка, тогда и будешь препираться с матерью.

— Когда я буду самостоятельной, то изменю свое имя…

— Иди завтракать, — прервала Сюзан Кэрри и спустилась в холл. Кэрри последовала за ней.

— Несправедливо жить на свете с именем, которое кто-то тебе дает.

— Имена дают лошадям, собакам, кошкам, кораблям, машинам, городам. Много чему, если призадуматься.

— И все равно это несправедливо.