Чтение онлайн

–  Я стараюсь… Ну вот, так-то лучше. Прижмите пока бинт ко шву, я сейчас склянку откупорю… Хотя, если по мне, лучше бы травяной компресс к ране приложить. От этой мази вонь одна… Понять не могу, что за гадость они туда добавили?..

–  А вон у монаха спроси,- сказал Чарли, вытянув шею. Нэрис повернула голову - сверху, медленно переступая со ступеньки на ступеньку, спускался брат Августин. Девушка улыбнулась и помахала ему рукой. Монах подошел к ним и остановился, глядя на Чарли:

–  Крепкий вы человек. Как нога?

–  Болит, ясен хре…- начал было пират, но, взглянув в укоризненные глаза старца, сконфузился и умолк. Нэрис спрятала улыбку и посмотрела на монаха снизу вверх:

–  Брат Августин! Скажите, а мазь ранозаживляющую вы сами готовите?

–  Нет, я в лекарском искусстве не силен. Брат Эдриан занимался… А что такое?

–  Запах меня смущает,- призналась девушка, снимая с горлышка склянки кожаный лоскут.- А нельзя ли мне будет увидеть этого брата Эдриана? Я сама лекарственные притирания делаю, и настойки целебные, и мази, но чтобы такое зловоние…

–  К сожалению, брат Эдриан нас покинул,- коротко ответил монах. И от Нэрис не укрылось странное напряжение в его голосе.- А что вам так в нашей мази не понравилось, дочь моя? Может, и не духами пахнет, однако не слышал, что бы кого-то вводили в смущение розовое масло и лаванда…

–  Лаванда?- удивленно переспросила она, вспомнив кошмарный "аромат" из склянки. Брат Августин развел руками в стороны:

–  Да. И еще, насколько я помню, там был настой календулы, пчелиный воск, масло чайного дерева, оливковое и топленое… Может, какое-то из них прогоркло?

–  Это вряд ли,- покачала головой Нэрис и, сдернув тряпицу с широкого горлышка, сунула склянку под нос монаху.- Вот, понюхайте сами!..

С любопытством принюхивающегося Чарли аж перекосило:

–  Тьфу, дрянь какая! Тухлятиной так и прет!..

Брат Августин, которому вообще ткнули злосчастное зелье едва ли не в самый нос, позеленел:

–  Мазь… испорчена?..

–  Мне тоже так показалось,- деловито проговорила леди, быстро наматывая спасительную ткань обратно, пока кого-нибудь не стошнило.- И поэтому я на себе пробовать не рискнула…

–  И мне на хре… кхм! Тоже не надо, в общем,- спохватился пират.- Кто ж знал, что оно такое?.. Вон, старик аж зашатался, бедолага… Виноват, девка, не послушал тебя, вдругорядь умнее буду. Ты, стало быть, в этих премудростях понимаешь?..

–  Немного,- поскромничала Нэрис.- Брат Августин, простите, ради всего святого, что прямо в лицо вам эту гадость… Брат Августин? Что с вами?!

–  Эк его разобрало,- крякнул Чарли, удивленно глядя на вставшего столбом монаха. Лицо последнего было таким бледным, что за него испугался даже видавший виды пират.- Братец, вы чего это?.. Поплохело? Может, воды принесть?..

–  Нет-нет…- деревянным голосом проскрипел наконец монах, глядя сквозь Чарли пустыми глазами.- Не стоит беспокоиться, сын мой. Все хорошо.

Он медленно развернулся и, спотыкаясь, поплелся в сторону молебного дома. Старый разбойник почесал в затылке:

–  Впечатлительный какой. Или до самых печенок вонь эта мертвецкая его пробрала?..

Он легонько тронул за руку свою замешкавшуюся врачевательницу:

–  А ты чего брови морщишь? Выкинь пакость эту куда подальше, да бинтуй, коль уж взялась… Эй, оглохла, что ли?

–  А?- встрепенулась девушка. И отвела взгляд от молельни, где только что нетвердой походкой скрылся брат Августин.- Да-да, конечно, извините…

Она принялась за перевязку. Застиранные тряпичные ленты мелькали в умелых руках, а мысли девушки вились возле монаха. "Как нюхнул - так и обмер весь,- думала она.- А что тут ужасного? Ну, испортилось лекарство, случается… Воняет, конечно - хоть святых выноси, но он же, бедный, едва чувств не лишился! Ничего не понимаю…"

–  Гхм!- раздалось у нее над ухом.

–  Чарли? Вы что-то сказали?..

–  Глаза разуй,- буркнул он.- По третьему кругу бинтовать пошла!

–  Ох, простите, задумалась…

–  Вот это для вашей сестрицы и вовсе занятие ненужное,- хмыкнул пират. Дождался, когда Нэрис завяжет последний узел и придирчиво оглядел свое плечо:- Глянь-ка, и тут не обманула, на совесть сделано… А вот давеча ты тут говорила, что раны штопать можешь?

–  Могу,- кивнула девушка, завязывая концы узелка.- Только вас ведь уже не нужно. Монахи хорошо поработали.

–  Да то не мне…- помявшись, признался Чарли.- С кэпа вон шкура клоками свисает. А святоши эти те еще лекари. Плечо-то мое - ладно, а там же лицо, все-таки. Еще нос парню к щеке прилатают!.. С их-то граблями… А у тебя пальцы тонкие, иголку в руках умеешь держать, вижу. Может, глянешь, а?

–  Я и так собиралась,- сказала Нэрис. И вдруг быстро добавила:- Чарли, как вы думаете - они эту гадостную мазь к капитану Ханту еще не применяли?..

–  А я почем знаю?- тряхнул головой пират и, бросив взгляд в ее встревоженное лицо, насторожился:- А что?

–  Вы сами сказали - лекарство мертвечиной пахнет,- медленно проговорила леди.- И брат Августин как-то странно себя ведет…

–  Травануть могут?!- приподнялся старый разбойник. Она неопределенно повела плечами:

–  Не знаю. Но с мазью этой, кажется, что-то нечисто!

–  Дак чего мы стоим-то тогда?!- Чарли одним движением натянул мятую рубаху и сурово нахмурил брови:- Пошли! Я Десмонда не для того от виселицы спасал, чтоб его тут какие-то цапли в рясах всяким дерьмом мазали… Чего глазами хлопаешь? Догоняй!

Он круто развернулся и побежал по выложенной камнем дорожке. Нэрис, подхватив длинные полы своего рубища, засеменила следом.

На счастье капитана Ханта, сомнительное зелье островные лекари намеревались использовать в его отношении чуть позже. Когда встрепанный Чарли и запыхавшаяся Нэрис на всех парах влетели в нужную келью, три фигуры в шерстяных одеяниях, склонившись над тюфяком, дружно качали головами.

–  Я не возьмусь,- сказала высокая фигура.

–  А кто возьмется?..- вздохнула вторая - маленькая и плотная. Третья, с объемистой лысиной на макушке, только рукой махнула: