Погребённая драконьими крыльями
Шрифт:
– Лорандов способных принимать человеческое обличье не осталось в Мэльде, – Глостер повернулся к ней. – Они полностью выродились ещё до моего рождения. Нет оснований им не верить, уже как минимум два очка в их пользу, а у нас по-прежнему нуль.
Лин кивнула, соглашаясь с его словами. Она перестала дрожать и теперь бодро поспевала за пружинистым шагом Глостера. Сад остался позади, солнце поднималось выше, согревая остывшую за ночь землю. Садовники поливали клумбы, рыхлили землю, выдёргивали сорняки и удобряли растения. Возле них суетились молодые лоранды, трёх лет отроду, поднося лопатки, грабельки или таская вёдра с водой. Среди помогающего молодняка она заметила Гетту и Оникса, а вот Дэрия и Норд напротив, мешались, утаскивая из-под носа работяг садовый инвентарь или путаясь под ногами.
В левадах паслись кони, из конюшен слышался заливистый лай гончих, недовольных присутствием волков. Те, кто ещё щенками познакомившиеся с лорандами воспринимали их более дружелюбно и приглашали порезвиться.
Заметив приближающегося к ним командира стражи Лин остановилась. Коротко стриженный он острее выделялся среди людей, за счёт удлинённых ушей. Монн был самым молодым эльфом среди всех пятерых в Силваэт, его выдавала не сползающая улыбка и озорные искорки в персиковых глазах. Эльфы постарше более сдержаны в своих эмоциях, вернее совершенно их не показывают, открываясь лишь родным и близким.
– Доброго утра моей прекрасной королеве, – бодро и с улыбкой произнёс он, останавливаясь возле них. – И тебе генерал, – Монн быстро поклонился Глостеру, а тот кивнул в ответ.
– Славное начало дня? – поинтересовалась Лин продолжая идти туда, где меж двух раскидистых бархатов на лавке лежала Мидэя лениво подкидывая и ловя яблоко.
– У меня утренний отчёт, – Монн держал руку на эфесе меча и шагал задом наперёд, глядя на неё. – Всё спокойно, по-прежнему никаких изменений. Они в тренировочном зале едва-ли не с рассвета.
– Завидное рвение, – бесстрастно хмыкнул Глостер.
– Все? – как бы невзначай поинтересовалась Лин.
– Одного не хватает, я насчитал девятнадцать. Местный обольститель и сердцеед куда-то запропастился.
Она фыркнула, ускорив шаг. Её начинало раздражать поведение Эдена, нечего морочить девушкам головы и отвлекать их от работы. К тому же, подобное поведение совершенно не красило его и лишало доверия. Мидэя последний раз поймала яблоко и села свесив ноги. Они обменялись с Монном порцией колкостей и насмешек, затем телохранительница сверкнула клыками, растянув алые губы в улыбке, откинула тёмно-каштановую косу на спину и поднялась, разминая затёкшие ноги.
– Между прочим, – Глостер усмехаясь скрестил мускулистые руки на груди и посмотрел на Ерлине, – тебе бы стоило брать пример с Мидэи. Она не жалуется на свой возраст.
– Почему это я должна жаловаться? – не поняла подруга хмурясь. – Мне всего-то тридцать стукнуло.
– Правда? – притворно изумился Монн вскидывая брови. – Я-то думал сорок, судя по морщинкам возле глаз.
– Ну тебе-то как никому другому известно во сколько и где появляются морщинки, – съязвила телохранительница. – Три сотни лет как никак.
Монн закатил глаза. Довольно усмехнувшись, Глостер сделал вид будто не ему в этом году исполнилось восемьсот сорок девять лет.
– Если вы закрыли тему возраста, – вклинилась Лин, – я бы вернулась во дворец.
***
Скинув влажную, пропахшую потом одежду, Ерлине умылась остывшей водой из тазика и переоделась. Синее атласное платье с треугольным вырезом и юбкой в пол перехваченное на талии золотым корсетом сразу подчеркнуло медово-золотистый цвет волос. Лин ощутила, как сами по себе расправляются плечи, выравнивается осанка, а двигается она с присущей королеве грацией и статностью.
Выйдя из-за ширмы, она нашла Мидэю не иначе как развалившейся на кровати и болтающей ногой. Сегодня подруга подозрительно норовит куда-нибудь прилечь. Приболела?
– С тобой всё в порядке? – обеспокоенно поинтересовалась Лин, подходя к широкой кровати на тёмных столбиках, накрытой тяжёлым покрывалом.
– Треклятые месячные, – буркнула Мидэя и села.
– Отчего ты не сказала? Мы бы зашли в больничное крыло.
– Мне ни одна их настойка не помогает, – отмахнулась подруга. – Итак, куда мы идём?
Лин долго глядела на неё, раздумывая стоит ли переубеждать и силой тащить в больничное крыло, но всё же передумала. Раз Мидэя говорит, что ей не помогают отвары и настойки в этом нет смысла.
– Хочу наведаться в казначейство, проведать Элесон с Пэтрой узнать, как идут дела, а потом допоздна проверять отчёты и подписывать бумаги. Ещё было бы хорошо попадись мне на глаза Эден Грин.
Мидэя удивлённо вскинула брови.
– Зачем он тебе?
«Чтобы прибить», – хотела ответить Лин.
– Мне порядком поднадоело выслушивать сетования Мауры на то, что он без конца дурит головы девушкам.
– А я думала он втрескался в Элесон, – усмехнулась телохранительница, поднимаясь с кровати.
– Что? – нахмурилась Ерлине опешив.
– Только не говори, будто ты не замечала, как заворожённо он глядит на неё. Правда, после нашего разговора в её кабинете он от неё шарахается как от огня, ну да ладно.
Лин ощутила себя глупой и невнимательной, она действительно ничего такого не замечала, да и слышала впервые. Короткое мгновенье поразмыслив она фыркнула, отмахиваясь от слов Мидэи, ведь подруга склонна додумывать и преувеличивать.
– Зато я заметила недовольство Мауры. Так не годится.
Мидэя в ответ молчаливо пожала плечами, и они вышли из покоев. В коридоре прислонившись к стене стоял Эден, увидев его Лин переглянулась с подругой и направилась к нему. Уже второй раз он попадается на глаза именно тогда, когда его ищут. Как чувствовал.
– Какая удача, я хотела поговорить с тобой, – она направилась к нему.
Он не выглядел удивлённым. На его губах сияла обаятельная улыбка, а янтарно-золотые глаза едва-ли не сверкали, отражая свет керосиновых ламп. Эден отошёл от стены и поклонился, он всего на полторы головы выше Мидэи, а Лин на все две и потому возвышался над ними обоими. Несмотря на это телохранительница вела себя так словно ей ничего не стоило уложить его на лопатки и приставить один из своих кинжалов к горлу.
– Я тоже хотел с вами поговорить, Ваше Величество.
По правде говоря, после их разговора в кабинете Элесон некоторое время Эден избегал попадаться и ей на глаза. А сегодня он как ни в чём не бывало поджидал их в коридоре. Либо этот парень с завидной скорость преодолевал собственные страхи, либо являлся любителем пощекотать нервы.
Лин сложила руки в замок и поглядела на него.
– Не возражаешь если я начну? – не дожидаясь ответа она продолжила: – Сразу скажу: в моём дворце все вольны заводить отношения с кем пожелают. Последние дни я всё чаще слышу о твоих похождениях и ночных посещениях комнат для прислуги. Прекрати морочить девушкам головы Эден, это плохо сказывается на их работе, к тому же лишает тебя в моих глазах столь важных качеств как серьёзность и надёжность, кои должны присутствовать в людях моего двора, – она говорила без злобы или раздражения, но в голосе её звучала непреклонность.