Чтение онлайн

Готье опять задумался. И вдруг вздрогнул. Голубые глаза его расширились: он явно что-то вспомнил. Но сказал совсем другое: - Я этой фамилии не помню.

Он снова начал подниматься. И на этот раз преуспел: видимо, воспоминания придали ему сил. Впрочем, сил хватило ненадолго, потому что он тут же сел на кровать.

– Но кто-то помнит, - сказал Молдер.
– И мне кажется, вы знаете, кто именно.

Готье помотал головой: - Сначала я хотел бы поговорить с французским консулом.

– А со мной?

– А вам, - Готье посмотрел Молдеру прямо в глаза, и взгляд его теперь был каменно-непроницаем, - мне больше сказать нечего.

И Молдер понял, что здесь он уже ничего не добьется. Он сунул конверт в карман и пошел вызывать "скорую".

Военная база Мирамар, Калифорния

Скалли открыла шустрая пожилая женщина, в которой Дэйна с трудом узнала миссис Йохансон.

– Сейчас я его позову. Присаживайтесь, - она бывшую соседскую девочку, конечно, не признала.

Глава дома долго себя ждать не заставил. Он тоже изрядно постарел, но спину держал прямо, а взгляд его был ясен и любопытен.

– Я - Йохансон. Что вы хотели?

– Дэйна Скалли, - представилась Дэйна.
– Я жила по соседству, в трех домах от вас. Мой отец Уильям Скалли. Я ходила в один класс с вашим сыном.

Однако Йохансон ее тоже не узнал.

– Вы меня простите, - сказал он.
– Память моя уже не та, что была когда-то...
– в голосе его появилась холодность.
– Ричард здесь больше не живет.

– Вообще-то, сэр, я пришла не к Ричарду, а к вам.
– Скалли вдруг поняла, что ее сейчас выставят, и немедленно сменила вывеску "Бывшая соседская девочка" на "Федеральный агент".
– Я теперь работаю в ФБР. И, видите ли, у нас возник вопрос, на который, я надеюсь, только вы сможете ответить.

Йохансон тоже сменил вывеску - "Беспамятный старик-сосед" на "Отставной вояка".

– Проходите, проходите, - тут же засуетился он, приглашая ее в кабинет.
– Присаживайтесь! Вам что-нибудь налить выпить?

– Нет, благодарю, - Скалли села в кресло и огляделась.

Кабинет ничем не походил на обиталище бывшего моряка. Никаких карт, глобусов и компасов. Правда, кортик на стене все-таки висел. Значит, хозяин не может полностью порвать с прошлым.

– Я знаю, что вы служили офицером на Тихоокеанском флоте, - сказала Скалли.
– В период после Второй мировой войны. Я хотела бы узнать у вас об одном самолете со дна Тихого океана...

– Его нашли?..
– Глаза Йрхансона едва ли не вспыхнули обжигающим огнем.

– Его нашли. "Мустанг, норд америкэн пи-пятьдесят один". Бортовой номер "JTTE 111470", координаты места падения...

Скалли не договорила - глаза старого моряка вновь сделались холодными.

– Такого номера ни у одного "пи-пятьдесят один" не было.

– На фюзеляже надпись "Красные, чтоб вы сдохли!"

– Простите, но...
– Йохансон виновато развел руками.

– А такие слова, как "Зевс Фабер", тоже ничего вам не говорят?

– Н-нет... Я уже говорил, что с памятью у меня в последние годы весьма и весьма проблематично.

– А вы не знаете, с кем я могу поговорить, чтобы все-таки получить ответы на мои вопросы?

– Очень бы хотел вам помочь, но...
– отставник снова развел руками. Мне очень жаль.

– Мне тоже жаль...
– Скалли встала.
– В госпитале несколько французских моряков находятся при смерти от радиационного поражения. И если бы мы узнали больше про этот самолет, то могли бы понять материальную причину...

– Увы...

Он смотрел на гостью спокойными, невинными глазами, но Скалли вдруг поняла: старик явно что-то не договаривает.

Однако поняла она и другое: то, что он не договаривает, из него не вытащишь и клещами. Не поможет даже повестка в суд и свидетельская присяга...

– Ну, что ж, - Скалли изобразила на лице приветливую улыбку.
– Была очень рада с вами встретиться, сэр.

– Передайте мои пожелания здоровья вашему отцу.

Скалли вздохнула: - С радостью бы передала; Но он скончался.

Лед в глазах старика растаял.

– О! Примите мои извинения, девочка. Мне очень жаль.

Он проводил ее к выходу. Оказавшись на улице, Скалли обернулась:

– Ваш дом навевает воспоминания детства. Помню, все дети играли под этим окном в классики... Увидите сына, передайте ему от меня привет. Возможно, Ричарду будет приятно.

Йохансон молча кивнул и закрыл дверь. Скалли, досадливо поморщившись, направилась к машине.

Десятью минутами позже

Когда она подъехала к КПП и показала тому же самому караульному удостоверение, солдатик шлагбаум не открыл. Вместо этого он подошел и козырнул:

– Агент Скалли, выйдите из машины и передайте мне ключи зажигания.

– Что?!
– Скал ли показалось, что она ослышалась.

Солдатик снова козырнул: - У меня распоряжение - вас задержать.

Похоже, ему было очень неловко.

Спас его Йохансон. Он подкатил на военном джипе. Жестом отослал солдатика в караульную будку. Выбрался из джипа.

Открыл правую дверцу и сел в машину Скалли. Взгляд по-прежнему ледяной.

– Отъедем в сторону. Остановитесь вон там.

Скалли послушно отъехала и остановилась. Выключила зажигание, повернулась к старику: - Да что случилось?!

Йохансон моргнул. И лицо его изменилось, дрогнули бесцветные губы,

– Мисс Скалли, я не могу передать привет сыну. Ричард погиб в тренировочном полете около Персидского залива.

"Понятно, - подумала Скалли.
– Только вряд ли бы ты погнался за мной, чтобы сообщить мне эту горестную весть".

– Мне очень жаль, - сказала она.
– Но ведь это не все, правда?

Старик смотрел в лобовое стекло, но вряд ли что видел.

– Наших мертвых мы частенько хороним заживо.