Чтение онлайн

Пейзаж за окном не радовал разнообразием. Около двух часов мы ехали молча, дважды остановившись, чтобы попить и сходить в туалет.

Ближайшая от храма деревня была небольшой, но выходила к асфальтированной дороге, ведущей прямо в Каир. Мы не договаривались, что обязательно поедем в столицу, но держались этого направления.

Я не хотела выбирать кого-то из маленького города. В них люди тесно связаны друг с другом. Я надеялась найти одиночку, грезящего как можно скорее покинуть этот не всегда приятный мир.

Заправив полный бак, мы наконец выехали на нормальную дорогу. Подозрительное напряжение между Вивиан и Дорианом можно было потрогать руками.

– Что-то случилось? – Вивиан снова посмотрела на меня в зеркало заднего вида.

– Нет. Всё хорошо.

– Я могу поспать?

– Конечно, – ответила девушка и отвела взгляд. Я заметила короткое движение, намерение повернуть голову в сторону Дориана, но она почему-то одёрнула себя и, поглядывая в окно, стала грызть ноготь на большом пальце.

Они волновались не меньше, чем я. Они отвечали перед Бастет и Анубисом за сохранность моей жизни. Я решила, что не буду искать скрытые мотивы и, положив голову на плечо Мираксес, прикрыла глаза.

Звук шин, трущихся об асфальт, и негромкое жужжание кондиционера убаюкивали. Почти заснув, но в сонной дымке ещё различая очертания дороги через лобовое стекло, я услышала странный, похожий на дождь шум.

В Египте, особенно в пустыне, дождей могло не быть годами, они в целом были крайне редким явлением, поэтому я подумала, что мне показалась, и широко зевнула. Спящая Мираксес начала гладить меня по руке, и тогда я, окончательно сдавшись, погрузилась в беспокойную дрёму.

Дорога была ухабистой. Я подпрыгивала вверх и без конца ударялась головой о крышу. Может быть, из-за того, что поездка выбила из меня остатки мозгов, я не сразу до конца проснулась, когда Дориан заглушил машину. Может быть, я просто устала волноваться и искать в каждом событии подвох.

Небо стало чёрным от туч, стекая вниз беспрерывным пластом воды. Крупные капли барабанили по окнам и мелкими брызгами проникали в салон через не до конца закрытые окна.

Дождь в пустыне?

Находясь где-то на грани сна и реальности, я зевнула. Наверное, что-то случилось с машиной, и ребята вышли проверить.

Обессиленное жарой и долгой поездкой в сидячем положении тело стало таким тяжёлым, что я с трудом приподняла руку, чтобы почесать нос и убрать пару капель со лба. Дориан и Вивиан всё не возвращались.

– Мир. – Я повернула голову и посмотрела на женщину, сладко сопящую у меня на плече.

– М-м?

– Слышишь их?

Она заворочалась, промычав что-то невразумительное.

Я попыталась нормально сесть, чтобы оглядеться, когда с водительской стороны открылась дверь и внутрь салона проникло нечто в чёрном мокром плаще. Ещё одна фигура залезла с пассажирской стороны.

– Что-то с машиной? – уточнила я, потерев глаза основанием правой ладони. – Дориан?

В машину кто-то сел. Но то, что это не Вивиан или Дориан, я поняла слишком поздно. Послышался щелчок закрывшихся изнутри замков. Ещё не успев толком испугаться, я дёрнула дверную ручку. Современные стандарты безопасности не предусматривали возможность заблокировать человека изнутри, но дверь не поддалась ни с первой, ни с десятой попытки.

– Привет, малышка, – наконец отозвался тот, кто сел за руль.

Он посмотрел в зеркало заднего вида. Я увидела мужчину, нижняя часть лица которого была скрыта повязкой. Чёрные глаза и смуглая кожа, рассечённая в районе верхней части носа, выдавали в нём местного.

– Не дёргайся и не ори, и наша поездка будет приятной, хорошо? – вкрадчиво спросил он.

Ощущение было таким, словно мне отрубили сразу две ноги. Я рухнула, но не физически, а на другом, неосязаемом уровне. Здесь и сейчас начиналось то, чего я так глупо и наивно надеялась избежать.

Они были людьми. Я почувствовала это не только из-за того, что совсем недавно стала замечать различия между аурами смертных и бессмертных, но и по тому, как они двигались, разговаривали. Тот, что сидел за рулём, завёл машину, и она резко тронулась с места. Мираксес широко распахнула глаза, но я прижала палец к губам, пока она не закричала.

– Дориан и Вивиан не с нами?

– Кошатники, что ли? – грубо сплюнув на пол, спросил лысый мужик с пассажирского сиденья.

– Никто не придёт к тебе на помощь, если ты об этом. – В зеркале заднего вида показался ряд ровных жёлтых зубов, приоткрытых в неестественно широкой улыбке. – Так что веди себя хорошо.

Мираксес уставилась на меня стеклянными от слёз глазами, тихо поскуливая в прижатую к губам ладонь. Я не плакала и не страдала от желания заняться этим. Страх превратил внутренности в лёд. Нужно было выбираться, но что могла сделать слабая человеческая девушка?

Из плохих динамиков с хрипами и шипениями вырвалась сводка новостей, извещающая об аномальном количестве осадков в радиусе двухсот километров от Каира. Ведущий предупреждал о размытых дорогах, участившихся авариях и просил оставаться дома. Я слушала его краем уха и смотрела на шариковую ручку, прикреплённую к журналу, торчавшему из кармашка водительского сиденья. Даже если получится вогнать её в шею одного из похитителей, вряд ли мне удастся с первого раза попасть в сонную артерию. Или, что более вероятно, мне сломают руку ещё до того, как получится окончить задуманный манёвр.

– Что ты делаешь? – подумала Мираксес, когда я взяла ручку и сжала её в потной ладони.

Мужчина с пассажирского сиденья обернулся и посмотрел на нас.

– Что у тебя в руке?

Лёд внутри треснул, и сердце забилось с такой бешеной силой, что стало тяжело дышать.

– Нет… – всхлипнула Мираксес.

– Я нужна вам живой? – севшим от волнения и страха голосом спросила я.

То, что меня везли к Гору, было очевидным. Но вряд ли эти двое знали, кто я. Вряд ли они вообще знали, к кому конкретно нас везут.

– Мы берём плату за килограмм живого веса. За мёртвых платят меньше, – рассмеялся водитель.

– Отлично, – прошептала я и резко воткнула ручку себе в шею.

Сперва ничего не происходило: не было ни боли, ни возни, которой я планировала воспользоваться, чтобы сбежать. Ещё несколько секунд, словно в замедленной съёмке, мы ехали по размытой дороге и смотрели друг другу в глаза, пока из горла не вырвалось бульканье. Следом из шеи фонтаном хлынула кровь.

В отражении зеркала блеснула пара чёрных глаз. Моих глаз. Карие радужки стали расползаться, темнеть и заполнять белки. Изо рта капала кровь, окрашивая в красный белые зубы, выглядывавшие в кривой усмешке.