Чтение онлайн

За себя Эрик не переживал. Всякий раз, когда ученики из соседних башен выходили тренироваться во двор, он чувствовал колебания их неуверенных заклинаний. Со временем Эрик начал различать интенсивность и силу колебаний, и таким образом определял опытность заклинателя. Когда заклинание творил ученик, Эрик чувствовал, как через него самого рывками тянут незримую нить, но стоило за дело взяться маготу, и нить силы уже ползла ровно и быстро, нигде не задерживаясь, нигде не прерываясь.

В подвалах башни слушатели собирались для особых практик. Бывало, Чэмери завязывала глаза всей группе и просила выполнять следующее упражнение: в полной тишине необходимо было сосредоточиться на собственной коже. Чтобы усилить ощущения через осязание, магот предлагала представить, что в каждого из слушателей со всех сторон целятся лучники, и они вот-вот выстрелят. Попадания стрел имитировали заклинания Чэмери, коловшие то одного, то другого слушателя.

Назначение необычного упражнения магот объясняла очень просто: долгое сосредоточение развивало в юных магах чувствительность к мирно текущей силе, пронизывающей каждую клеточку мира.

Со временем Эрик заметил, что стоило ему прикрыть глаза, даже во время лекции, и еле ощутимые тёплые волны пронизывали тело то с одной стороны, то с другой, как будто меняя направление течения. Фил хвастался, что может перенаправить ману или закручивать её поток внутри себя.

Разница в подготовке между друзьями ширилась день ото дня. Несмотря на все усилия, Эрик чувствовал, как отстаёт, и знал, что причина этому кроется не только в редких прогулах ради блаженного сна, но и в природной магической чувствительности эльфов. К тому же Фил стремился к знаниям всей душой, а Эрик каждый раз, когда дело доходило до очередного занятия, перешагивал через свою лень и усталость, буквально на зубах заставляя себя делать то, что эльф делал с интересом. Фил уверенно переговаривался с Иллутом на Шиту, лишь изредка сбиваясь или наталкиваясь на незнакомое слово, в то время как Эрик с трудом мог сложить предложение. По общемагии разрыв почти не чувствовался, но если бы Эрихто вздумал провести очередной неожиданный экзамен, то Эрик знал, что не ответит и на половину вопросов.

На одной из практик, когда слушатели в очередной раз усилием воли пытались заставить двигаться мелкие камешки, Эрик заметил, как тренировочный снаряд Фила задрожал и пополз к краю стола. Эльф оказался первым из всех слушателей, кому удалось добиться прогресса в этом упражнении. После этого Эрик начал всерьёз прислушиваться к советам друга. Фил говорил, что смог направить поток маны в сторону камня, причём не просто направить, а с силой вытолкнуть из себя. Через два дня все эльфы-слушатели уже двигали предметы. Спустя неделю появились первые люди с такими же достижениями.

Эрик тратил на тренировку сосредоточения свободное время, ему с трудом удавалось заставлять силу двигаться в нужном направлении. Происходило это вспышками: вроде бы мана начинала течь куда надо, но контроль быстро таял, и вернуть его уже не получалось — требовался отдых.

Собственное упорство удивляло Эрика. Одно дело, часами заниматься физическими упражнениями или отработкой движений, другое — упражнять разум, не зная отдыха, день за днём, месяц за месяцем. Возможно, упражнения по укреплению силы воли не прошли даром, и заставлять себя что-либо делать стало много проще, но Эрик не сомневался, что основная причина упорства — обстановка в башне. Когда все вокруг стремятся улучшить навыки, проводя время в библиотеке или практикуясь; когда идёшь по коридору и в каждом помещении видишь, что кто-то переводит текст или усиленно вглядывается в предмет, пытаясь заставить его сдвинуться; когда в каждом уголке башни кипит работа, невольно начинаешь приобщаться к большинству. Если ты знаешь, что в соседней келье прямо сейчас кто-то становиться сильней, а ты в это время пытаешься заснуть, то сон пропадает. Если каждый час ты помнишь, что в конце очередного месяца торжественное награждение лучших слушателей может обойти тебя стороной, то желание упражняться возрастает.

В напряжённом ключе башня жила долгую зиму. Не сбавляя темпов, слушатели трудились не покладая рук, за исключением особенных персон, считавших, что орден — это место для весёлых утех. Тех, кто работал над собой недостаточно, с первыми лучами весны ожидала великая опасность — казавшийся таким далёким экзамен приблизился вплотную, грозя неминуемыми отчислениями. С неспособными слушателями орден попрощается без сожалений. А неспособными признают тех, кто независимо от того, как учился, не сдаст экзамен.

Солнечные лучи пробивали широкое окно лектория и накрывали слушателей нежным свечением, делая их похожими на ангелов с изображений из древних книг. К середине дня воздух на улице прогрелся, а башня наполнилась добрым весенним теплом.

Эрик расстегнул верхние пуговицы рубашки. Движения выполнил машинально, всё сосредоточение устремилось к непокорному камешку, что непоколебимой глыбой застыл на столе. Толчки маны никак не дотягивались до цели, Эрик подставлял вплотную к камню ладонь, прогонял ману через руку, выталкивал в камень, но ничего не происходило. Приближал к камню лицо и выталкивал в него силу из точки между бровей — одной из зон концентрации. Бесполезно.

Сидевший рядом Фил тоже не мог сдвинуть камень, но Эрик всё равно чувствовал себя одиноким в озере беспомощности, так неожиданно раскинувшемся вокруг него, ведь камень эльфа в три раза превышал в размерах камень Эрика.

В лекторий вошла Чэмери: взгляд сияет, уголки губ приподняты.

— Дети мои, сколько лет уже работаю, но каждый раз мне так волнительно наблюдать как мои воспитанники завершают слушательский этап обучения. Столько работы за такой короткий срок. Все устают, но результат того стоит, — магот сделала короткую паузу, чтобы рассмотреть лица собравшихся. — Я рада объявить, что ваше обучение в роли слушателей подошло к концу.

Удивлённый ропот прокатился по рядам. Чэмери продолжала:

— Вы многого достигли. Большинство из вас идут верным курсом, некоторые опережают программу, есть и отстающие, но экзамен сможет сдать каждый из вас, я уверена. А теперь самое приятное, для меня и для вас. Когда часы пробьют три часа, вы сможете разойтись по домам или отдохнуть в своих комнатах — занятий больше не будет. Если чувствуете, что подготовились недостаточно, лучше останьтесь в башне и потренируйтесь, но это личное дело каждого. Всех, кто покинут башню, я жду на экзамен с началом новой недели, приходите так, как пришли бы после выходного вечера, спозаранку вставать необязательно.

— Госпожа Чэмери, что будет на экзамене? — спросила девушка с первого ряда.

— Там и узнаете. Повторюсь, если вы тренировались на совесть, то можете отдохнуть. Если кому удобно, можете приходить каждый день: библиотека и тренировочный подвал к вашим услугам. Удачного отдыха. Раньше времени не убегайте.

Магот покинула лекторий, оставив за спиной гомонящую группу.

— Такой вопрос, — Фил уставился в потолок, — почему бы не сказать об этом в конце занятия? Думаешь, оставшийся час кто-нибудь сможет заниматься?

— Если только ты, — Эрик подхватил камешек и спрятал в карман.

— Я — да. Вон тот набор отличниц — тоже, — Фил указал на первый стол с пятью притихшими девчонками. — Скорее всего, это было последнее испытание со стороны Чэмери, а смысл его в том, чтобы сосредоточиться, когда тебя переполняют чувства.

— По-моему, ты просто мнителен и во всём видишь уловку.

— Надеюсь, в будущем мне это сыграет на руку.

— Фил, ты не о том задумался, — Эрик повернулся к эльфу, сияя восторженным взглядом. — У нас пять свободных дней! Чэмери зашла и объявила об отдыхе в самом начале недели, а ты...

— А я есть я, — закончил Фил. — Что мне эта передышка? Высплюсь и снова в бой. К экзамену я должен буду сдвинуть этот булыжник.

— Фил! Когда ты последний раз отдыхал? Посмотри в зеркало и получи ответ: «Миллион лет назад». Ты похож на мертвеца. Отвлекись от учёбы, восстанови силы и уж потом в бой! У нас впереди ещё шесть лет обучения, а ты боишься прерваться на несколько дней.

Эльф медленно перевёл взгляд красных от недосыпания глаз на Эрика.

— Мудро… Есть над чем подумать. Вот только одна проблемка: чем заниматься пять… нет, пять с половиной дней?