Чтение онлайн

–  Неужели?! По мне так в тебе ничего особенного. И я сомневаюсь, чтобы господин Арахуэнте доверил тебе нечто большее, чем вынести из дома мусорное ведро, - с веселым азартом отчеканило бледнолицее существо, впрочем, и не подумав при этом улыбнуться.

Девушка в удивлении открыла рот. Это было невиданное оскорбление. Да и откуда-то взявшееся чувство, что ее нарочно распекают, в каких-то своих личных интересах, она не смогла объяснить. С какой стороны не глянь, а эту страшненькую дамочку она видела впервые в жизни. И Хамидорея была в этом совершенно уверена. Раз увидев такую физиономию в обрамлении ужасающих рыже-серых волос… Да еще и эта ее бесподобная, оскорбительная манера общения… Такое не забывается!

Злорадный взгляд, что пронзает ее сейчас, подобно стальным клиньям, не имел для нее объяснений. Хамидорея тряхнула головой, прогоняя наваждение.

–  Если мне будет позволено сказать… - встрял вдруг Торми.

–  А с тобой что?
– Стрельнула глазами в его сторону грозная дама, похоже, не очень довольная, что ей не дали закончить с выбранной для расправы жертвой.

–  Я тут живу!
– выпалил мальчик.
– И что-то раньше вас тут не видел.

–  И что с того?

–  А все с того, что могли бы и представиться. Мы уже минут десять тут стоим, а я, между прочим, сегодня еще не завтракал. Если вам интересно, то можете звать меня - Торми.

–  Мне не интересно, - буркнула особа, а потом отступила с прохода, который все это время загораживала.
– Ты можешь идти, но завтрак раньше, чем через полчаса можешь не ждать.

–  Завтрак?! Через полчаса?! И кто же мне его интересно приготовит?
– оживился Торми.

Вот, с ним всегда так, как только речь заходит о еде…

Женщина приосанилась, и с чувством собственного достоинства выдала:

–  Я! На правах единственной и неповторимой домоуправляющей сего дома! Можете звать меня - госпожа Мазахака.
– Ее улыбочка, наконец, явившаяся на уста, была многообещающей.

Хамидореи стремительно подурнело, и, судя по не в меру округлившимся глазам ученика Анемона, не только ей.

Торми ошалело уставился на странную особу в воротах. В голове неторопливо укладывалась новая информация: еда каждый день дома будет готовиться… но эта жуткая… девица. От одного ее вида аппетит как-то идет на убыль. С другой стороны есть вероятность того, что сенсей не будет теперь посылать Торми мести пыль на чердаке, полоть грядки, мыть окна, полы и далее по списку. Хотя у мальчика иногда создавалось впечатление, что Анемон с особым удовольствием поручает все эту уборочную рутину именно ему, но может это только казалось.

Торми задумчиво нахмурился, кинул тяжелый взгляд на мрачный наряд домоправительницы и легкомысленный - Хамидореи, и оставив одну в глубокой растерянности, а вторую - торжествующем ожидании, засунул руки в карманы и поплелся к дому. Подальше, не ожидая разрешения конфликта и непременной попытки втянуть его в спор со стороны Хамидореи, тем более что реакция этой самой Мазахаки пока не предсказуема.

Мальчик подхватил оставленную на ступеньках корзинку, забытую при встрече с домоправительницей - кто его знает, когда она еще сподобиться сготовить поесть, - и тихо скользнул сквозь приоткрытую дверь в захламленный холл. Облегченно вздохнул - хоть здесь все осталось по-прежнему: пыль, осколки и черепки, статуи - кусками и целиком - расставленные как придется, цветные пятнышки света и сенсей выглядывающий из-за перил белой мраморной лестницы ведущей на второй этаж. Анемон посмотрел на ученика, приложил палец к губам, призывая к тишине, кивнул головой в сторону гостевого кабинета при библиотеке, и бесшумно скрылся в указанном направлении. Создавалось впечатление, что сенсей здесь намеренно сидел в засаде, поджидая явления Торми. Мальчик пожал плечами, признавая, что по-обыкновению странное поведение сенсея сегодня еще более странное.

В кабинете царили образцовая чистота и порядок: не единой бумажонки не на своем месте, аккуратно расставленные письменные принадлежности на массивном письменном столе, папки, книги и даже декоративные безделушки, казалось, десятилетиями не покидали раз и навсегда установленных за ними мест. Никаких следов бурной деятельности герцога Миено, стихийного скандала с участием магистра Тараканиана, Анемона и его бабушки, и последующего примирения, от которого помещение пострадало более всего; имевшего место полторы недели назад. Торми искренне восхитился - от уборки этого вдохновенного бардака он отнекивался всеми правдами и неправдами - похоже, новое лицо в доме вовсе не плохая идея, если это конечно ее рук дело. Он присел на краешек кресла, не выпуская из рук корзинки, и выжидательно уставился на задумчиво помахивающего сложенным веером учителя.

–  Торми.

Сенсей очень серьезно посмотрел ему прямо в глаза. Мальчик с удивлением отметил, что на нем нет уже привычных темных очков и взгляд зеленых завораживающих глаз в полной мере способен подавить волю и сознание неподготовленного человека. Торми поежился и порадовался, что себя он вполне может отнести к категории подготовленных - скрытую силу вполне себе видно, но обычного действия не оказывает.

–  Дааа?

В его голосе отчетливо слышалась озадаченные интонации: сенсей вел себя все более странно.

–  Я хочу поручить тебе очень важное и ответственное дело.

–  Дааа?

Торми в нетерпении поерзал едва не свалившись со скользкой светлой обивки креслица.

–  Да, - немного подумав, сенсей утвердительно кивнул.
– Собственно, основная твоя задача - молчать и наблюдать.

Ребенок обиженно скис:

–  Да я только этим обычно и занимаюсь.

–  Нет, обычно ты суешь свой неуемно любопытный нос везде - где надо и где не надо, - улыбнулся Анемон, - но сегодня меня очень интересует твое мнение по поводу нашей неожиданной домоправительницы, госпожи Мазахаки, как сия особа изволила представиться.

–  Вот как.

–  Полагаю, что с ней ты уже познакомился.

–  Некоторым образом.

–  И что?
– изумруд глаз учителя засветился изнутри, зачаровывая.

Мальчик стиснул ручку корзинки, боясь проболтаться о первом впечатлении, произведенном на него нанятой хозяйственной единицей, уж больно выражения были неадекватны, но, безусловно, отражали суть ситуации на все сто!

–  А что? Я не совсем уверен, в качестве кого вы ее хотите видеть, но то, что она будет… устрашать непрошеных гостей, это точно. Как она готовит еще не ясно, - стоит дождаться первого завтрака. Насчет всего остального…

–  Как раз насчет всего остального, - встрял в пространную речь Анемон, - я тебе и поручаю узнать. Ну как ты?

Торми снова поерзал на кресле, чувствуя себе перед лучезарными глазами сенсея, как в солнечный день, под лучами нежного, теплого солнышка - расслабленным и умиротворенным.

Просто так делать что-то учитель не говорил, во всем была глубина и загадка. Если Анемону заблагорассудилось приставить его, как личного шпиона, к Мазахаке, то так тому и быть. А вопрос - зачем?
– не обязателен.
– "Сам придумаю" - Особенно хорошо думается за едой.

–  Я согласен.

–  Прекрасна! Начни сию же минуту.
– Анемон надел очки, лишая удивительного света, словно на безбрежное небо набежала грозовая туча, нагоняя темень.

–  А это, - поднял Торми обеими руками корзинку.
– Что мне с ней делать?

–  А что там?
– присел на край стола Анемон, захлопнув веер.

–  Булочки и черешенка, с любовью от Хамидореи.
– Мальчик не удержался от улыбки, и приоткрыл краешек салфетки, чтобы аппетитные запахи достигли учительских ноздрей, дразня и соблазняя.