Чтение онлайн

Щелк!

Он почувствовал на своей шее что-то холодное.

Тея зевнув, лениво поднялась с него, и он резко сел, вцепившись в обод на шее.

–  Что это?
– на ощупь странное ожерелье, состояло из нескольких пластинок сцепленных друг с другом.

–  Ты действительно хочешь знать?
– с полуулыбкой поинтересовалась она.

От нее за сто шагов разило злорадным удовольствием, так что ожидать, что "подарок" преподнесен ко дню Радуги, когда полагалась всем симпатичным тебе людям дарить какую-нибудь безделушку, не приходилось. Да и прошел уже праздник, еще на той недели, отчего в кладовых Анемона прибавилось парочка сундуков с побрякушками, и некоторые из них он даже подумывал носить…

–  Не хотел, не спрашивал бы, - отозвался он, ощупывая "презент" на предмет застежки. Ну не нравилась ему сия прелесть… холодная, неправильная, и чувство такое будто на тебя надели… ошейник…

–  Ты, знаешь ли, очень сильно меня разозлил, посланная тебе кара - в отместку за мои нервы.

–  Какая еще кара? Что такое ты на меня нацепила?
– А застежки-то и не было, или она была, но такая хитрая, что фиг обнаружишь. Но как-то же на него эту дребедень надели, а значит и снять можно… как-то.
– Может, договоримся?
– предложил он осторожно, пробуя почву для мирных переговоров.

Девица, сложа руки на груди, криво ухмыльнулась, прислонившись к распотрошенному высокому шкафу. Она наблюдала за ним со знанием дела, как если бы он был человеком, судьба которого уже предрешена, и она отнюдь не лучезарна.

–  Ты в повиновении, - молвила она беззастенчиво.
– То, что я на тебя надела является сильнейшим артефактом, и теперь у тебя есть хозяин. Его приказы для тебя священны, ты будешь выполнять их беспрекословно, пусть даже тебе скажут вырвать свое сердце и подать его на золоченом блюде с пряностями, или станцевать неглиже на крыше дома. Ты сделаешь все как прикажут, да еще и поклянешься в верности и будешь верить, что сделал так по собственному почину. Прости, у тебя не было выбора. Ты просто очень сильно меня разозлил.
– В ее словах было столько же сожаления, как в море воздуха - должен быть, а где?

–  Ты серьезно?
– еще не до конца поверив, - хотя с чего бы Теи врать?
– спросил Анемон, вынужденный принять все как есть.

Тея опять ухмыльнулась с небывалым хищническим удовольствием, и неспешно подошла к сундуку, на котором не так давно "отдыхала"; с железным массивным замком, нависающем на дужке. Ее стройные ножки в черных чулочках были обуты в невысокие сапожки с отворотами с парой маленьких колокольчиков, вероятно без язычков, ибо не звенели. Приталенное черное пальтишко из тонкой кожи было оторочено по низу и на рукавах пушистым белым мехом. Темные волосы забраны в два хвоста с вплетенными в них низками красных бус. Она подобрала с пола топор, изъятый у нее бесчувственной Анемоном; им запросто можно было оттяпать голову, и руки-ноги, но невольный пленник магического артефакта надеялся, что она не станет…

–  Ты же снимешь его с меня?
– он чуть не прибавил - "хорошая девочка", но это уже был бы явный перебор, она мгла заподозрить, что он фальшиво играет.

Тея не оборачиваясь, перехватила поудобней топор и начала мастерски крутить его в руках, только блики судорожно маячили на серебристом лезвии, отражая маленькое пламя единственного источника света.
– "Не плохо", - отметил про себя Анемон незаурядные способности новой знакомой… скорость и положение рук при перехвате… - "…впечатляет".

–  Тебя кто у…?
– только и успел он обронить, параллельно соображая: попадет - не попадет.

Тея попала. Резкий и звучный звон металла о металл огласил просторы подвальной лаборатории Магистра, оповещая о том, что добрались до очередного добра хозяина. Замок с глухим стуком брякнулся на камень пола, и Тея вскрыла непосредственную жертву деяния… сундук, и запустила в него шаловливые ручки.

Анемон поднялся с пола, отряхиваясь. Ошейник повиновения там или не ошейник, но на ногах-то стоять он еще способен… пока. И если судить об очередности, то сейчас как раз его очередь сделать "гостьи" какую-нибудь гадость… или подождать более подходящего случая. Уж больно занятная девица. И что ей только понадобилось? Зачем-то же она влезла в чужой дом, да еще и не с самыми мирными намерениями.

–  Кто тебя у…?
– опять решился юноша, но…

–  Хм… - донеслось их глубин сундука, ибо девушка решилась более подробно изучить его содержание, и перегнулась через край, оставив позабытый топор прислоненным к стене поблизости.
– Хм… Ничего интересного. Что это за дребедень такая?
– Она извлекла из недр матерчатый серый куль, потянула за завязки, и заглянула внутрь, поморщилась, облизнула пальчик и, погрузив его в куль, достала весь белый. Снова облизнула.

Анемон даже не успел ее предупредить, что там может быть мышьяк или цианистый калий, и только сделал шаг навстречу…

–  Тьфу! Соль что ли?
– развеяла она его опасения, закинула не приглянувшийся куль обратно, и извлекла другой, на сей раз малиновый.

–  Так кто тебя учил владеть топором?
– ввернул он, интересовавшее.
– Мастер Оби'Гил или Мастер Ви'Геолл?

Тея засунула нос в куль, не обращая никакого внимания на вопросы, и…

–  Апчхи!

–  Чего?

–  Апчхи!… Перец!… Апчхи!!!
– зверски расчихалась она, потирая нос и обиженно глядя на малиновый предмет бедствия.
– Апчхи!!!

–  Да будь же ты здорова!
– не выдержал Анемон, сокрушаясь о бестолковости девицы - то тащит в рот не пойми что, то нюхает что попало.

Кстати о перце и соли, и еще о том, что преспокойно продолжало лежать в сундуке. Не те ли это специи, которые мистически пропадали из кухни на протяжении года? Анемон подозревал, что свистнул их не кто иной, как Тараканиан, но доказательств не было никаких, а теперь вот…

–  Проклятый перец!… Апчхи!! Что б его!!!! Апчхи!!!
– не унималась девушка, с выступившими слезами на глазах; выпустила мешочек, и он просыпался на лету серой пылью, усугубив положение.

Тут Тея совсем разошлась, с каждым чихом клонясь все ниже и ниже, того и гляди, носом в пол уткнется. В одну из пауз между чихами, девушка все же смудрилась захлопнула крышку сундука и оперлась на него, обессилев. Она прикрыла глаза, и постаралась придержать дыхание. Анемон вдохнул. Потом чихнул. Перец успел добраться и до него.

Тея молчала, похоже, решила его попросту игнорировать. Ну и ладно, в конце концов, от ошейника можно избавиться и другими путями, главное знать нужных людей. Анемон знал. Благодаря дядюшке он перезнакомился с таким количеством темных и сомнительных личностей… Были бы деньги.

Тея присела на крышку сундука, и принялась разглядывать себя в складном зеркальце, аккуратно промокая платочком выступившие слезы. Сейчас в ней не наблюдалось никакой агрессии и напористости, и Анемон решил, что пора действовать. Он подошел к заветному шкафчику, от которого его не так давно отвлек манящий голос Теи, и принялся дальше в нем рыться.

–  Что ты делаешь?
– неподвижно замерла Тея с платочком и зеркальцем.

–  Не собираюсь провести здесь остаток жизни. Ищу ключ.
– Теперь-то веревка уже не требуется, хотя присмотреть что-нибудь подходящее стоит, вдруг пригодится.