Чтение онлайн

–  Почему я в твоей комнате?

Анемон отвлекся от поливки хризантем из изящной посеребренной леечки и обернулся на голос. На его собственной кровати расположился бледный и весь какой-то несчастный Лелендон Миено. Изумрудно-зеленое покрывало определенно не сочеталось с его цветом лица, делая и без того болезненный вид совсем уж пропащим, будто юноша умудрился подхватить смертельную болезнь сразу в последней стадии. Печальный взгляд, устремленный на потолок и серьезность его, лишь усиливали впечатление.

–  Анемон?

–  Я как всегда не мог найти, в какой комнате ты остановился. Вот выпей.

Лель с сомнением посмотрел на протягиваемую чашку с прозрачным зеленовато-желтым содержимым.

–  Да не бойся, не отравлено. Всего лишь ромашковый чай. Не морщись, там еще мелисса и мед, я знаю, что ты терпеть не можешь заваренную ромашку. А тебе она сейчас не помешает.

Старательно кривясь, юноша все же осушил поданную чашку и со вздохом откинулся на подушки.

–  И все же, почему именно в твоей?

–  Что?
– переспросил хозяин комнаты вновь поглощенный хризантемами на столике, и, напоследок ласково прикоснувшись к бархатистой зелени листьев, ехидно осведомился: - А ты хотел попасть в комнату к нашей милой госпоже Мазахаке?

В ответ герцог лишь окатил его презрительным взглядом и уставился на потолок. Анемон улыбнулся, прихватил удобный стул, подтащил его к кровати и уселся рядом с капризным болящим.

–  Здесь самая успокаивающая атмосфера, так что выбор очевиден. Рассказывай, мой друг, кто умудрился отоварить Мастера Цветов таким прелестным фонарем? С кем тебе посчастливилось встретиться?

В ответ Лель красноречиво промолчал и отвернулся.

–  Неужели тебе довелось наконец познакомиться с Хами и ее бандой? Нет? Впрочем, что им делать на кладбище? Только не говори, что ты встретился со всей "прекрасной феей"!
– под внимательным взглядом вопрошающего на щеках юноши начал расцветать нежный румянец, что вполне могло послужить доказательством того, что последнее предположение было верным.

–  Вот как, - чуть удивленно констатировал смущение герцога Анемон.
– И встреча, насколько я могу судить, вышла бурной и определенно очень познавательной. Возможно даже для обеих сторон. Признайся, что это была именно она и я, так и быть, даже не стану выспрашивать подробности.

–  Очень надеюсь, что не станешь, - проницательность Анемона начинала действовать герцогу на нервы, поэтому он страстно возжелал поскорее оказаться от него подальше.
– Иначе кто-нибудь может пострадать.

–  Отчего?
– спокойно отозвался зеленоглазый молодой человек, меланхолично покосившись на развороченное окно - следы недолгого, но разрушительного присутствия его непредсказуемой прислуги в его же собственной спальне.

–  От меня, - буркнул Лель и протянул пустую чашку - якобы за добавкой, гостеприимному хозяину, чтобы хоть как-то отвлечься.

Анемон с готовностью потянулся за молочно-белым чайничком с заваренной ромашкой и налил полную чашку, твердой рукой пресекая попытки отдернуть оную обратно - Лелендон действительно не любил ромашковый чай, хоть и признавал его полезность.

–  Ну, спасибо хоть предупредил, милый ты мой. И все же скажи, я прав в своем предположении относительно "феи"?

–  Почему это тебя так интересует?
– юноша задумчиво всматривался в чай, не спеша его пить и не торопясь отвечать.

–  Почему? Потому, что если я прав, то складывается прелюбопытная картина с этой самой таинственной девицей, Драценой, как она тебе представилась.

–  Чем же это она тебе так любопытна?

–  Да хотя бы тем, что твоя "фея" совсем не так проста как может показаться с первого взгляда. Чего только стоит "украшение" на твоем лице.

–  Полагаешь, мне идет?
– процедил сквозь зубы Лель, вовсе не в восторге от слов собеседника.

–  По крайней мере, не сильно портит твою милую мордашку, - отметил Анемон и протянул миску с компрессом.
– Вот возьми, кстати.

–  Что это?
– с подозрением отнесся юноша к желтым цветочкам, залитым водой.

–  Какой недоверчивый, прямо прелесть! Коровяк это, не узнаешь уже? Где там твой синяк?

Успокоившись, Лель отставил так и не выпитый чай и позволил Анемону расправить лечебные лепестки поверх синяка.

–  Ну, так и?

–  Что?

–  Я прав?

–  В определенном смысле ты всегда прав, - уклончиво согласился герцог.

–  Ага, - довольный Анемон откинулся на спинку стула, рассматривая веселенькие желтенькие цветы на лице Миено.

–  Ну и чем это тебе поможет мое признание?
– вновь начал петушиться Лель.

–  Всему свое время, дорогой братец. Кстати, все как-то некогда спросить было - зачем ты приехал?

–  Нет, это возмутительно! Вместе того, чтобы предложить мне чашку нормального крепкого чая и поинтересоваться, как я себя вообще чувствую, ты учиняешь допрос с пристрастием! Мне что нужна причина для посещения твоего дома?

–  Конечно, нет, - настала очередь Анемона возмущаться, хотя в его случае это было притворством.
– Но она у тебя всегда есть, и ты имеешь удовольствие озвучивать ее в самый последний момент и наделять статусом "важная".

–  Верно-верно. И уж не хочешь ли ты сказать, что этот "самый последний момент" настал, и мне пора откланяться?
– воззрился на хозяина дома Лель, умея сочетать во взгляде негодование, упрек и выражение мысли, что, мол, от Анемона другого и ожидать не приходилось.
– Но смею тебя разочаровать. Теперь, когда я узнал, какие дела творятся в Феланде… - он сделал многозначительную паузу, - то я не могу просто так уехать, не разобравшись. Тебе даже не стоит меня об этом просить. Как своему родственнику, я могу сделать даже больше… - Анемон с внезапно одолевшей тоской припомнил, как в порыве родственных чувств Лель в холле переколотил все статуи хранителей-божеств, не очень-то разбирая, что ему там попало под горячую руку.

–  Я и сам могу разобраться, что творится в моем городе, - мягко намекнул Анемон, не желая злить Леля, зная, какой он вспыльчивый.
– А ты отдыхай, набирайся сил.

–  Ну уж нет! Вот увидишь, я узнаю такое, от чего даже у тебя волосы дыбом встанут. И у меня уже есть некоторые соображения, которые тебя удивят. Но не будем забегать вперед. Сначала чай. Я требую чая! А можно ты уволишь свою домоуправшу?

–  Ну вот, опять ты за свое, - поднялся на ноги Анемон с расстроенным видом.
– Чай, так чай. Не будем откладывать.