Чтение онлайн

Поэтому в следующий раз, когда Данте посетит стрельбище, я попрошу Андрея украсть «Беретту» Данте прямо из его сумки. Это его старое табельное оружие, одно из немногих, которое, я могу быть уверен, было законно приобретено и зарегистрировано на его имя.

Следующая часть немного сложнее. Данте слишком умен, чтобы заманить его в засаду. Значит, я должен устроить её для него.

Может, я и не дружу с комиссаром полиции, как Фергус Гриффин, но у меня на жалованье два полицейских: офицеры Эрнандес и О'Мэлли. Один никогда не покрывает расходы в «Cubs», другой задолжал алименты трем разным женщинам.

Я велю им припарковать патрульную машину в квартале от дома Галло, прямо в центре Старого города. Они ждут там каждый вечер, всю неделю. Пока наконец не наступает вечер, когда Энцо и Неро уходят, а Данте остается дома один.

И вот тут-то мы вводим нового игрока.

Уолтон Миллер — глава ККПЗ (Консультативный комитет предпринимателей по закупкам) в Чикаго, то есть тот, кто выдает лицензии на продажу спиртного. Или аннулирует их, когда его пухлая маленькая ладонь не пересекается со взяткой, которая ему по вкусу.

С каждым годом он становится все жаднее и жаднее, вымогая у меня пять отдельных платежей за мои бары и стрип-клубы.

У Миллера есть зуб на Галло. Галло владеют двумя итальянскими ресторанами, и Данте не заплатил ни за один из них, несмотря на то, что продал столько вина, что хватило бы на озеро Мичиган.

Я даю Миллеру хороший, крупный платеж за мои лицензии на продажу спиртного. Затем я даю ему портфель, полный улик против Данте Галло — кучу отфотошопленного дерьма, похожего на незаконные налоговые декларации ресторана.

Как дурак, Миллер бежит к дому Галло, думая, что выкрутит Данте руки.

При нормальном развитии событий Данте буквально выкрутил бы Миллеру руку в ответ — выкрутил бы до тех пор, пока она не сломалась бы, поджег бы улики и отправил Миллера обратно домой с поджатым хвостом и более глубоким пониманием того, почему никто в Чикаго не будет настолько глуп, чтобы пытаться шантажировать Данте Галло.

Так обычно и происходит.

Но в 10:04 вечера Миллер стучит в дверь.

В 10:05 Данте впускает его внутрь.

В 10:06 анонимный абонент набирает 911, сообщая о выстрелах по адресу Норт-Виланд-стрит, 1540.

В 10:08 офицеры Эрнандес и О'Мэлли отправляются на вызов, так как ближайшая патрульная машина прибыла на место происшествия.

В 10:09 они стоят там, где стоял Миллер, и колотят в дверь дома Галло. Данте открывает. Он хочет отказать им войти в дом без ордера, но у офицеров есть достаточные основания. С неохотой он впускает их.

Остальное мне передал сам офицер Эрнандес, позже тем же вечером, в своей обычной красочной манере:

— Мы заходим в дом и начинаем шарить вокруг, а Галло стоит надутый, скрестив руки. Он говорит: «Видите, никакой перестрелки нет. Так что убирайтесь к чертовой матери». Миллер притаился в столовой и выглядел как белка в ступе. Я говорю: «Выйдите сюда, пожалуйста, сэр», как будто я понятия не имею, кто он такой. Он вышел в коридор, глаза метались туда-сюда, не понимая, что, черт возьми, происходит. Должно быть нервничал, в то время как Галло был спокоен как удав, ничем не выдавая себя.

О'Мэлли спрашивает: «Что вы, джентльмены, задумали?». А Галло отвечает: «Не твое собачье дело». Миллер пытается оправдаться, а Галло обрывает его и говорит: «Не отвечай ни на какие их вопросы». Тогда я спрашиваю: «У вас есть при себе оружие, сэр?». И Галло отвечает: «Нет». Тогда я сказал: «Хорошо», и наставил на него пистолет.

Галло говорит: «Вам лучше следить за собой, офицер. Я не какой-то ребенок возле магазина 7-11. Вы не можете всадить мне восемь пуль в грудь и назвать это самообороной». Тогда О'Мэлли говорит: «Не волнуйся, мы здесь не ради тебя». И он достает «Беретту» и выпускает половину обоймы в Миллера.

Миллер падает без единого звука, с тупым выражением лица. Он даже не понял, как это произошло. О'Мэлли бьет его по ноге, чтобы убедиться, что он мертв.

Я все время слежу за Галло. Он как скала, даже не дрогнет. Но как только он видит «Беретту», он узнает ее. Его глаза расширяются, потому что он понимает, что его поимели. Он смотрит на меня, и я вижу, как работает его мозг. Я думал, что он наброситься на меня.

О'Мэлли говорит: «Даже не думай об этом, у меня осталось четыре патрона». Он направляет пистолет на Галло. Я направил свой прямо ему в лицо.

Холодный, как мороженое, Галло говорит: «Сколько тебе за это заплатят?». Меня конечно совсем не устроил его вопрос, босс. Я говорю: «Не твое собачье дело. Ты от этого не отвертишься».

Так что мы надели на этого сукина сына наручники, и О'Мэлли посадил его в патрульную машину. Я протер «Беретту», а затем засунул ее в руки Галло, пока они были скованы наручниками за спиной, чтобы получить отпечатки на пистолете. Убедился, что сцена выглядит хорошо и красиво, а затем вызвал полицию. Все прошло отлично, босс. Как мы и планировали.

Как я и планировал. Эти два идиота едва ли могли заполнить заявление в Макдональдс без посторонней помощи.

— Где он сейчас? — спрашиваю я.

— Миллер?

— Нет, — говорю я сквозь стиснутые зубы. — Я полагаю, Миллер в морге. Я спрашиваю о Данте Галло.

— Он в участке. Галло позвонил Рионе Гриффин сразу как только его доставили туда, и она пыталась добиться быстрого прекращения дела, но на этой неделе дела ведет судья Питц, и он сказал, что ни хрена не выйдет, и даже залог внести нельзя. Он не фанат Галло. Так что Данте будет сидеть в тюрьме в обозримом будущем, пока мы будем расследовать это дело, медленно и аккуратно.

Я улыбаюсь, представляя Данте в накрахмаленном тюремном костюме, зажатого в камере, едва ли достаточно большой, чтобы вместить его грузное тело. И его братьев и сестру, которые так и норовят пуститься во все тяжкие без старшего брата, который держит их под контролем. Энцо стареет, Данте — это связующее звено, на котором держится семья Галло. Без него они развалятся на куски.

— Вы хотите, чтобы я выяснил, кто находится с ним в камере, босс? — спрашивает Эрнандес. — Я могу в любой момент вставить хорошую ржавую заточку ему между ребер.

— Нет, — говорю я.

Данте будет гнить там, несчастный и разъяренный.

Когда я решу, что ему пора умереть, я не стану поручать это дело такому болвану, как Эрнандес.

Мне нравится, что Риона Гриффин защищает Галло. Это дает мне возможность замарать и ее руки, а не то у кого-то сложилось впечатление, что она получила юридическое образование, чтобы защищать закон.

Все складывается замечательно.

Конечно, я ожидаю некоторого отпора со стороны моих врагов. Они не собираются принимать такие удары спокойно.