Чтение онлайн

Я аккуратно принял его и тут же приник к окулярам. Впереди хорошо просматривалась горная цепь, с покрытыми снежными шапками вершинами. Хребет терялся в голубой дымке, как на севере, так и на юге. Вот ещё всплыло, мы в северном полушарии и идем на восток. В бинокль хорошо было видно, как напротив нас в цепи вершин был разрыв. Похоже, именно к нему мы и держали свой путь.

Почувствовав руку на плече, я тут же передал обратно бинокль. И принялся осматривать приютивший меня корабль.

Жиденький дымок, вившийся из второй трубы, превратился в мощный черный поток. По видимым с кормы переходам и мосткам, как и во время, недавно объявленной тревоги забегали матросы. Три двухорудийных башни вспомогательного калибра нашего борта дрогнули и пошевелили стволами. Флаги, оказывается, уже спустили. Сигнальщик за прожектором продолжал что-то усилено выстукивать куда-то назад влево.

– Держитесь!
– Крикнул старшина. Не зная, что ожидать я вцепился в поручень и леер. Ничего пока не происходило, и через пару минут я уже решил немного сменить позу. Перехватившись поудобнее, я почувствовал, как наша площадка качнулась вверх. Это было похоже на старт лифта в многоэтажке. Потом так же площадка качнулась вниз. Это продолжалось от силы пару минут. Будто невиданное живое существо корабль отряхнулся.

– Разминается наш граф, - это он сейчас про кого, задался я вопросом на реплику Харсона.

Ниже башен среднего калибра в борту открылись три створки, и оттуда показались стволы пушек. Эти поменьше. А вообще, какой тут калибр?

Я вообще знаю местные меры длинны и веса? Да знаю. Это хорошо. Так расстояние мерят в милях. Угу, в них по тысяче саржей. Или две тысячи ашлу. Тэкс, ашлу это должно быть аналог метра. Миля я думаю здесь морская, это значит примерно 1800 метров или 2000 алшу. Дальше ладонь, палец и совсем малый шесп.

Вот тут я задумался. Из доставшейся мне памяти я знал, что мой рост сарж без двух ладоней. При условии, что ладонь сантиметров 10, то получалось что я метр с кепкой, а старшина вообще лилипут.

– Где ты опять летаешь?!
– раздался окрик.
– Нет, ты у меня дождёшься, я точно добьюсь, что б тебя перевели от меня. Гальюнный бак до конца века чистить будешь!

Ну чего Дирк разоряется, мне надо все обдумать. Калибр вспомогательных орудий полторы ладони это я знал из разговоров. Калибр основных получается где-то две, а тех, что из борта торчат там, наверное, три четверти.

– Клайв, давай садись на его место, а то он может прослушать что-нибудь. Гар, хватай бинокль и смотри, - пока я наматывал шнурок от бинокля на руку, старшина раздавал мне ценные указания. Тут и моих родителей приплели, и меня, и разные части нашего славного корабля. Это я так понимаю, что б я не расслаблялся.
– Ты меня понял? Вот от сих до сих. Вверх и вниз, башкой крутишь. Мож хоть на ветру очнёшься.

Оглядел горизонт. Чисто, хотя нет вон впереди выше пара черточек, с маленькими черными облачками над ними, но это наши. В промежутках между контролем окружающего пространства разглядывал корабли эскадры. С левого борта нас обошла колонна из четырёх каких-то лёгких корабликов. Те, что следовали за нами слева сзади, куда-то подевались. Под нами, примерно, километром ниже, но уже чуть впереди дымило пять броненосцев. Они явно были массивнее, у первого было аж четыре башни главного калибра, и только пара стволов среднего угадывалась по бортам. Следующие за ним имели по три башни ГК, и больше орудий среднего калибра.

Б-А-А-Б-А-Х!

В небе раздался раскат. Я перехватил по удобнее бинокль и принялся осматривать выделенный мне сектор.

Б-А-А-Б-А-Х!

У же ближе и с каким-то подвыванием донеслось до нас.

Б-А-А-Б-А-Х!

Взрыв произошел, когда я оторвался от окуляров. И я четко видел вспышку выше нас. А так же я слышал, как что-то звякнуло несколько раз не далеко. Что-то.. Что-то! Да это же осколки! Черт! Вот и бой начинается! Я задрал голову и приложился к окулярам. Вон же высоко, очень, пара черточек почти прямо над нами. Странно, что дыма не видно.

– Старшина! Вон они над нами!
– раздался ещё один разрыв. На этот раз вспышка и облачко черного дыма появилось ниже нас.

– Ты куда мать твою вылупился! Вперёд смотри! Клайв, предавай, выше, 70, 11, 2, - все произошло за пару мгновений.

Тут ожила переговорная трубка и сидящий у неё матрос проорал: - По эскадре! Огня не открывать! Ждать указаний.

– Клайв, давай на штангу. Гар, обратно за трубу, - начал отдавать указания Харсон.

Рядом с нами раздалось ещё несколько разрывов, пару раз совсем рядом вжикнули осколки. Или это только мне показалось. Разрывы ни как не сказывались на работе матросов и старшины. Тут я увидел, как начала вращаться кормовая башня ГК, стволы пошли вверх, и что удивительно задрались в зенит. Опять куда-то заморгал прожектор, и практически сразу раздалась канонада откуда-то сверху. Но и рядом с нами чаще стали рваться снаряды.

БАХ!

И я на мгновение оглох, при этом я почувствовал, как дрогнул корпус. Звуки опять вернулись ко мне. Я услышал матерящегося старшину.

– Ахах! накуся выкуси! Хрен тебе! В зад засунь свои фугасики! Нашего ГРАФА вашими хлопушками не проймёшь!

Я задрал голову. Там наверху две еле различимых точки, удалялись на север. Ниже плыли три вытянутых силуэта, по которым периодически пробегали вспышки. Внезапно в пустом небе появился серый дымный хвост. То, что оставляло его, прошелестело в сотне метров от нашего правого борта.

– Бронебойными зарядили...- сплюнул за борт Дирк.

Пространство вокруг нашего корабля расчерчивали дымные следы, оставляемые пролетающими мимо снарядами. Один раз раздался звонкий удар, но старшина крикнул, что рикошет. Обстрел прекратился, за ним стихла и далёкая канонада. Я нет, нет, да поднимал бинокль вверх, что бы глянуть, но наши противники уже скрылись.

– Лантийцы, не сидится им на своих парящих островах. Эти теперь не отстанут. Будут висеть и удачного момента ждать. Хорошо ещё калибр у них мелковат, для полуторных пушек нет особых снарядов, - со злостью проговорил Кирк.

– А что бы их дальне не отогнали, вон получилось же? Вон теми крейсерами и отогнали бы, - спросил я, показывая на три силуэта наших кораблей.

– Лантийцев не достанешь. Они на высоту уйдут. Мы на три мили кое-как поднимемся. Крейсера на три с четвертью три с половиной, а эти на четыре с половиной мили забираются. При этом наши будут у них в прицеле. Высотники основные орудия снизу располагают. Так что нет, как всегда будет, отгоним и все. И будут они плестись за нами, - ответил мне Кирк.

Все замолчали. Противника не было видно. Дирк бурчал, что облака все никак не расходятся. Мы сменяли друг друга у переговорной трубы. Там не было ветра и можно немного согреться. Хребет постепенно вставал перед нами. Эскадра, похоже, формировала какой-то ордер. Уже не раз мы поднимали сигнальные флаги. Наравне с нами трудились ребята с четверного поста. Они передавали команды на корабли с левого борта. Под нами прошло четыре ракетоносца, так их назвал старшина. Точнее он назвал их суицидниками, и только после моего вопроса 'почему?', он рассказал кто это.