Чтение онлайн

— Среди исмерийев было много сильных магов. И наверняка они готовы ко встрече с драконом. Я знаю, что нужен достаточно сильный маг, чтобы оглушить дракона внутри меня, чтобы вывести меня из боя. Тогда я долго не смогу летать и оборачиваться.Меня никто не станет слушать. Я прошу тебя, чтобы, когда это случится, ты заменил меня на посту и взял командование армией на себя.

Огромный камин, облицованный мрамором, мягко потрескивал, отбрасывая теплое сияние на богатую мебель: кожаное кресло с высоким спинкой, массивный дубовый стол, покрытый картами и книгами. В воздухе витал запах старого дерева и старых пыльных книг. Запах моего детства.

Отец смотрел на меня долгим, оценивающим взглядом, словно пытаясь понять, насколько я серьезен.

— А ты не лезь на рожон, - произнес он строгим голосом.

— Разведка доложила, что там почти все боевые маги. Если вдруг в меня попадут, и я при этом выживу, мне понадобится две недели на восстановление. К счастью, средство есть. К несчастью, это небыстрый процесс. За это время враги могут уже продвинуться вперед, захватив новые земли. Сейчас силами бойцов Северного Форта их удалось сдержать и отбить Фалендор, но на границе с Лисмирией мы столкнулись с ожесточенным сопротивлением и вынуждены были отступить и ждать подкрепления. Сейчас в Северный Форт стягиваются основные силы.

— Я все это знаю. Вернемся к тебе. Полагаю, ты собрался делать глупости.

Отец усмехнулся с горечью, и его голос стал холоднее.

— Ты хочешь подставить под удар армию, чтобы вытащить оттуда ребенка своей дорогой Анны- Шарлотты?
– произнес отец, глядя на меня так, словно насквозь видит.

— Я не собираюсь отправлять туда армию!
– произнес я, резко мотнув головой.

— О! Еще лучше! Ты решил все сделать сам!
– отец сделал паузу, и его лицо стало маской, скрывающей всю глубину чувств.
– Очень осмотрительно!

Отец промолчал, а потом посмотрел мне в глаза. Я уже знал, что он скажет что-то, что мне не понравится.

— Ребенок чей?
– в голосе отца прозвучала насмешка.
– Почему ты, а не его законный отец, рвешься ради него на верную смерть? Там есть много других детей, а ты полетишь спасать одного!

— Мне нет дела до его законного отца, - произнес я сквозь зубы. Я питал к Валентайну Легарду искреннее желание набить ему морду. Его сын! Его сын в опасности! А его заботит, как он и его жена выглядят в глазах общества! Да разве так можно?!

— Я хочу отдать долг. За всю боль, которую ей причинил, - твердо произнес я, выдерживая взгляд отца.
– Ты сам учил меня этому. И я усвоил урок. Это - мой последний подарок Анне - Шарлотте.

— Ты ведь до сих пор любишь ее, - усмехнулся отец.

— Я не имею права ее любить, - ответил я, не меняясь в лице.

Отец отвел взгляд и вздохнул. Он смотрел на меня так, как когда-то смотрел в детстве, объясняя, чем арьергард отличается от авангарда.

“Представь, что у тебя есть армия! И у тебя так крылья чешутся вломить им по самые границы! Но! Как вы будете двигаться? Не все ж полями идти? У вас в распоряжении дороги, на которых придётся слегка ужаться, чтобы как-то передвигаться. Но тут еще одна беда. Кто примет первый удар, если вы вдруг встретитесь с противником! Так вот! Первым идет авангард! Отряд должен быть сильным, но малочисленным, чтобы он мог первым принять бой и продержаться до подкрепления! Ну вот, сразились. Ты понимаешь, что положение невыгодное, пора отступить и занять хорошее место для обороны. И чтобы вас радостно всех не прибили, нужен арьергард. Второй сильный отряд, который прикрывает отступление!”.

Воспоминания из детства стали такими яркими, а я вздохнул и посмотрел на отца.

— Слушай меня внимательно, сын. Армия подчиняется тебе, не потому, что ты — дракон. А потому, что верят тебе. И верят в тебя. Ты - генерал. Ты знаешь, что делать. Они в этом уверены. Это я к тому, что даже лишившись крыльев, ты остаешься генералом. Пока у тебя на плечах есть голова. Впервые его голос смягчился.

— То есть, ты помогать не будешь!
– произнес я, крепко стиснув зубы.
– А если это твой внук?

Он посмотрел на меня долгим, пронизывающим взглядом, и его голос стал жестким.

— Сроки не сходятся! Мальчику - шесть, - произнес отец.
– Он - не твой сын.

Вздохнув, отец посмотрел мне в глаза.

– Нет, сын. Я не стану тебя прикрывать. Точка! Я приду только тогда, когда тебя убьют. Не раньше. Когда я своими глазами увижу твое тело, тогда я возьму командование на себя.

Молчание заполнило комнату — тяжелое и неизбежное, словно приговор, который мы оба не могли отменить.

– Это, чтобы ты не делал глупостей!
– резко произнес отец. И я впервые увидел в его глазах тревогу. Она промелькнула на мгновенье, но тут же сменилась маской спокойствия.

– Мне пора, - вздохнул я, слыша, как часы пробили полночь.
– Я лечу в Северный Форт.

Послышался стук в дверь, а я увидел адъютанта. Он тут же отдал честь и мне, и отцу.

– Господин генерал, мы взяли в плен исмерийца! Одного из боевых магов!
– послышался запыхавшийся голос.
– Вам нужно это услышать! Они твердят про какого-то дракона.

– Как? — прошептала я, глядя, как муж выхватывает газету.

– Дай сюда!
– в волнении прошептала я, вырывая газету уже у него. Словно невидимая рука сжала горло мучительным нервным спазмом, когда я вчитывалась в чуть смазанные строчки.

Исмерийцы напоролись на бойцов Северного Форта, который оказал яростное сопротивление и отбросил врага из Фалендора. Но так и не смог пробиться в Лисмирию. Исмерийцы стоят насмерть.

Потом газету выхватил Валентайн. На его лице я прочитала смесь удивления и озадаченности. Оно, словно, застыло в неподдельном изумлении.

— Не удивлен, - заметил муж.
– Они всегда считали Лисмирию своей.

— И после такого ты говоришь, никуда не ехать? — дрожащим голосом произнесла я. — Ребенка никто не спасет, кроме меня! Ты понимаешь, что ты обрекаешь Кириана на смерть? Ты сам слышал, что он - один в поместье! Слуги его бросили! Ребенок там совсем один!

Я знала, что Валентайн никогда не позволит мне ехать туда. И сам не рискнет.

Поэтому я уже приняла решение.

Уйти.

Ночью.

Тайно.

Но для этого мне нужно было обмануть мужа и усыпить его бдительность.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы быстро продумать план действий.

— Хотя… — вздохнула я, пряча лицо в ладони, — ты прав. Там действительно ужасно. Мне даже страшно представить, что сейчас там творится! И я благодарна тебе за то, что ты меня остановил — иначе я могла бы совершить необдуманный поступок. Нам остается только ждать и уповать… Уповать на чудо…

Лицо Валентайна тут же озарилось выражением, которое обычно бывает у учителей, когда ученик радует их правильным ответом.