Чтение онлайн

В дверь кабинета постучали. Комиссар привычно заправил потное брюхо под ремень и зычно высморкался. В кабинет просунулась голова секретаря Пулона.

– Господин комиссар, тут дело неотложное...- он замялся.- Звонил господин Конг...

При упоминании о начальнике Фухе выгнулся дугой в кресле,левую ногу свело судорогой, и он остервенело застучал голой пяткой по полу, силясь отогнать внезапную хворь.

Пулон и глазом не моргнул.

– Господин Конг просил передать, что ваша песенка спета и что больше не о чем беспокоиться...

Комиссар обомлел.

– И все?
– только и смог спросить он.

– Так точно!
– Пулон щелкнул каблуками и исчез.

"Так,- думал комиссар.- Это конец. Откуда он узнал? Неужели Алекс?!" Таракан сомнения пробежал по тарелке его подозрительности.

"Нет, ну что же это я!
– Фухе вспомнил, как еще в прошлом году своими руками отправил друга и соратника на электрический стул.- Может быть, Пункс?" Он нажал кнопку селектора:

– Где сейчас Пункс?

В динамике зашипело, и испуганный голос секретарши ответил:

– Инспектор Пункс по вашему приказанию сошел с ума и находится на излечении в психиатрической лечебнице.

"Так,- думал комиссар,- значит песенка спета... Нужно спешить..." Он впопыхах набросал завещание и вызвал секретаря. Пулон схватил листок и убежал к нотариусу. Комиссар вспомнил, как Конг расправился с родственником мафиози Каном де Лябром. Его бросило в холодный пот.

"Не-е-е-т, лучше уж я сам..." Фухе схватил пресс-папье и прицелился...

Наступила темнота.

В похоронной процессии старший комиссар Конг оказался рядом с бывшим секретарем покойного, а ныне - комиссаром поголовной полиции господином Пулоном.

– Чего это он?
– задумчило пожевал губами Конг.

– Как ваши слова ему передал, так он, бедняга, и того...- Пулон всхлипнул.

– Как ты ему сказал? Повтори!
– насторожился старший комиссар.

– Я сказал ему, что его песенку в концерте художественной самодеятельности спела Мадлен, и что ему не о чем больше беспокоиться...

Конг озадаченно покрутил головой.

– А ты не врешь?

– Как можно?!
– ужаснулся Пулон и поудобнее перехватил гроб.

Алексей Бугай

ДОБРОЕ ДЕЛО

Проснулся комиссар Фухе с каким-то особенным чувством. Он быстро собрался на дежурство и вышел из дома. На улице, за два квартала до комиссариата, плакал мальчик.

– Чего тебе, крошка?
– ласково осведомился комиссар, вынимая пресс-папье.

– На конфеты денег нет, ответил карапуз и залился горючими слезами.

– Пойдем в лавку!
– Фухе осторожно промокнул пресс-папье слезы на лице ребенка и потащил его в магазин.

– Кто не дает ребенку конфеты?!
– загремел он с порога.

– Это магазин моего покойного отца, но тут никогда не было конфет...пытался оправдаться хозяин.

– Молчать!
– и Фухе отправил хозяина к праотцам.

– Как вы смеете?!
– возмутились посетители.- Это старейший магазин в городе! Это достопримечательность!

Фухе помахал пресс-папье, и когда живых не осталось, принялся громить лавку. Конфет действительно не оказалось.

– Дяденька, это не тот магазин!
– рассмеялся малыш.- Кондитерский за углом!

– Да ну тебя!
– настроение улучшилось. Впервые за свою жизнь комиссар сделал доброе дело. Он покинул руины с чувством выполненного долга.

12 мая 1990 г.

Алексей Бугай

БЫСТРОРАСТВОРИМЫЕ ПЧЕЛЫ

Комиссар Фухе готовился к отпуску. Он уже передал дела своему заместителю, собутыльнику и просто хорошему человеку Габриэлю Алексу и теперь, освободившись от повседневного бремени обязательных забот

– непременных спутников его нелегкой комиссарской жизни - расхаживал по квартире, облачившись в полосатую пижаму и пуская клубы дыма из волосатых ноздрей и ушных раковин. Посреди комнаты лежал растерзанный чемодан, свидетельствовавший о смятении души Фухе.

Разбросанные предметы туалета, надкушенные бутерброды, перевернутая канистра с пивом, носки, которые соседствовали в банкой недоеденных шпрот, говорили вдумчивому наблюдателю о многом. О том, например, что жена комиссара уехала на недельку погостить к тетке в провинцию. Огромный многоведерный аквариум с пивом, в котором обычно плавала небольшая стайка вяленых вобл, был пуст, сух и к тому же откровенно вонюч: это означало, что вобла сдохла, потому что все пиво выпили.

И вот тут впервые Фухе услышал о быстрорастворимых пчелах.

Как раз в это время на одной пасеке в провинции Профанс произошло гнусное убийство. Габриэль Алекс знал, что Фухе собрался в отпуск, но он знал также, что одному ему нипочем не распутать это диковинное дело.

Зазвонил телефон.

Фухе поморщился, крайне недовольный тем, что какой-то двуногий позволил себе вмешаться в личную жизнь самого комиссара поголовной полиции. Он настроил себя на нужную волну и поднял трубку.

– Это поголовная полиция? Позовите инспектора Хухе.

– Его нет,- ответил Фухе не задумываясь.

– А кто есть?

– Никого нет!
– отрезал комиссар.

– А с кем имею честь?

– Вы не имеете совести!
– Фухе швырнул трубку в аквариум.

Возле развороченного улья лежал свежий труп. Он раскинул руки и задумчиво глядел в небо.