Чтение онлайн

Через полчаса меня вызвали.

— Волкова Елизавета? — выглянула медсестра. — Проходите к маммологу.

Я встала, глубоко вздохнула и зашла в кабинет.

За столом сидела женщина лет тридцати, симпатичная, с короткой стрижкой и внимательными глазами. На ней был белый халат, на столе — компьютер и какие-то бумаги.

— Здравствуйте, — сказала она, поднимая на меня взгляд. — Я по записи, Елизавета.

— Проходите, присаживайтесь, — кивнула она на стул. — Рассказывайте, что вас беспокоит.

Я села, положила руки на колени. Пальцы дрожали.

— У меня… грудь болит, — начала я. — Сильно. Пять дней уже.

— Пять дней? — переспросила она, делая пометку в компьютере.

— Да. И она… увеличилась, что ли. Твёрдая. Вены видны.

— Понятно, — кивнула она. — А цикл? Месячные когда должны быть?

— Должны были начаться три дня назад, — ответила я. — Но их нет.

— Задержка, — констатировала она. — А вы предохраняетесь?

— Да. Противозачаточные пью. Новые, недавно начала.

— А, понятно, — она кивнула. — Гормональная перестройка. Это частая причина.

— Я сдала кровь, — добавила я. — На гормоны и на онкомаркеры.

— Правильно, — одобрила она. — Но для начала давайте посмотрим. Раздевайтесь до пояса, я осмотрю.

Я разделась, легла на кушетку. Врач подошла, начала ощупывать грудь. Медленно, аккуратно.

— Так, — говорила она. — Здесь уплотнений нет. Здесь тоже. Ткань равномерно набухшая, но без узлов.

Она надавила в одном месте, я вздрогнула.

— Больно?

— Да, — выдохнула я.

— Понятно. Гормональная масталгия, скорее всего. Но для точности дождёмся анализов.

— А рак? — спросила я прямо.

Она посмотрела на меня.

— По ощущениям — нет. Но анализы покажут точнее. Не накручивайте себя раньше времени.

Я выдохнула. Чуть легче стало.

— Одевайтесь, — сказала она, садясь за компьютер. — Как будут анализы — приходите. И к гинекологу обязательно сходите.

— Хорошо, — ответила я, натягивая одежду.

Я вышла из кабинета. В холле снова села на диван. Теперь оставалось ждать. Анализы, гинеколог, результаты.

Время тянулось бесконечно.

Каждая минута растягивалась в вечность. Я смотрела на часы, но стрелки будто застыли. Мне было то жарко, то холодно. Я то обливалась потом, то начинала дрожать.

Грудь болела невыносимо. Я трогала её через одежду и чувствовала, как под пальцами перекатывается что-то чужое, не моё.

Телефон разрывался от звонков. Я мельком глянула на экран — Наташка, Кир, ещё какие-то номера. Я даже не читала сообщения. Просто выключила звук и засунула телефон в сумку. Боже, мне кажется, я попала в ад. Сейчас проснусь…

Я зажмурилась, с силой, до искр в глазах. Открыла. Всё та же клиника, тот же холл, та же боль в груди.

Не просыпалась.

— Волкова Елизавета? — выглянула медсестра. — К гинекологу.

Я вскочила, едва не споткнувшись о собственную сумку, и вбежала в кабинет.

— Здравствуйте! — выпалила я, запыхавшись.

За столом сидела женщина лет сорока пяти, с добрыми глазами, в которых читалась усталость и профессионализм. Она подняла на меня взгляд и улыбнулась.

— Здравствуйте, — сказала она мягко. — Вы Елизавета?

— Да, да, я, по записи, — я плюхнулась на стул, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

— Садитесь, рассказывайте, — она смотрела на меня с лёгким беспокойством. — А то вы такая взволнованная. Что случилось?

— Я… — начала я и выдохнула. — Я сдала кровь сейчас, на гормоны. Была у маммолога. Грудь болит, вены синие на ней. Болит пять дней уже… Я на противозачаточных…

— Понятно, — кивнула она, делая пометки в компьютере. — Задержка?

— Три дня, — ответила я. — Но грудь болит уже пять. Такого никогда не было. Я меняю противозачаточные, цикл сбился.

— Хорошо, давайте посмотрим вас, — она встала. — Садитесь на кресло.

Я разделась, чувствуя, как холодный воздух касается кожи. Села на кресло, зажмурилась. Внутри всё дрожало.

— У меня рак, да? — выпалила я, не открывая глаз. — Всё плохо?

— Тише, тише, — мягко сказала врач, вставляя прибор. — Сейчас посмотрим.

Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно во всём кабинете.

— О, нет, дорогая, — сказала она вдруг, и голос её изменился — стал теплее, мягче. — Беременны вы.

— Что??? — я открыла глаза и уставилась на неё.

— Ну, шеечка голубоватая уже, — она улыбнулась, вынимая прибор. — Посинение шейки — один из признаков беременности. Увеличивается кровоток, сосуды расширяются.

— Это… точно? — выдохнула я.

— Сидите, сидите, сейчас пощупаю, — сказала она, нажимая на живот.

Я сглотнула, чувствуя, как её пальцы продавливают низ живота. Было непривычно, но не больно.

— Ну да, — сказала она через минуту. — По пальпации матка слегка увеличена. Срок — недель пять, примерно.

В голове щёлкнуло. Как затвор пистолета. Я просчитала в уме. Корпоратив. Пять с половиной недель назад. Он. Та ночь. Да вы издеваетесь! Серьёзно, что ли? Ну нет… не может быть. Только я могла так попасть.

— Это точно? — спросила я, вцепившись в край кресла.

— Точнее только УЗИ и анализ крови, — улыбнулась врач. — Но я в своей практике редко ошибаюсь.

— Ждём… через час будут, — сказала я, чувствуя, как мир плывёт перед глазами.

— Вот и посмотрим, — кивнула она. — На пятой недельке ХГЧ должен быть от тысячи до двадцати тысяч.

— А обычно какой? Ну, если не беременна — спросила я, пытаясь хоть за что-то зацепиться.

— От нуля до пяти, — ответила она.

— Ого, — выдохнула я. — Разница сразу заметна.

— Да, так что не волнуйтесь, — подмигнула она. — Одевайтесь. И готовьтесь к тому, что жизнь изменится.

Я слезла с кресла, натянула одежду. Руки дрожали так, что я еле справилась с пуговицами.

В голове было пусто. Абсолютно, звеняще пусто.

Беременна. Я беременна.

От него. От Демида. Боже, что же теперь будет?