Чтение онлайн

— Была б моя воля, я ему добавил бы! — Сказал Стужев, сильнее сжимая руль.

Я улыбнулась, пересела так, чтобы упираться спиной в дверь, а ноги, предварительно сняв с них сапоги, закинула на ноги Никите.

Он недоуменно посмотрел сначала на меня, а потом на мои ноги. Тоже улыбнулся и, отцепив одну руку от руля, положил мне на стопы и начал легонько разминать. Я чуть не застонала от удовольствия.

Все же Никита милый. И хорошо, что он не спрашивал моего мнения. Я бы, дура, отказала. А так я решила не выкобениваться, согласиться, и получать удовольствие. Тем более, он мне как бы нравится…

Я смущённо захихикала и чуть надавила пяткой… туда…

Он как-то странно вздохнул и я решила убрать ногу, а то я чувствую, что ещё разок и мы не побрезгуем машиной… А я бы и не отказалась…

Я снова глупо захихикала, и, кажется, Стужев понял причину моего состояния, ибо он на меня та-а-ак красноречиво посмотрел.

Машина остановилась у моего подъезда, Никита вышел, обошел машину, открыл для меня дверь и практически на руках занёс в дом. Приятно, чёрт возьми.

Я беззвучно, вполне в своём стиле, открыла дверь, однако тайфун по имени мама услышала меня и вышла, как не странно, с чемоданом.

— Я, конечно, понимаю, что мир тесен, Земля круглая, но, Никита, как мама?! — И не дожидаясь ответа начала инструктаж. — Милая, я вынуждена уехать из страны, у посла в Индии какие-то проблемы, и вот я как идиотка вынуждена уезжать за день до восемнадцатилетия собственных детей! Тебе придётся пожить с отцом, он приедет за тобой сегодня вечером и на неделю он твой. Ярик не может забрать тебя, — Ярик это наш дядя и брат-близнец мамы. В нашей семье по маминой линии всегда двойняшки рождаются, так вот у нас в семье традиция такая, одного из детей только другого пола называют в честь брата или сестры. Вот, например, у нас дядя Ярик, и я — Ярка. А вот мою дочь будут звать Ростислава. И это офигенно! — У него Кирка на сносях, так что этот придурок живёт в больнице. А тебя я оставлять одну не буду! — Я поморщилась, а мама усмехнулась, вспоминая, как я однажды закатила прямо тусу года, а потом неделю получала по шее от мамы и извинялась перед соседями. — Все, я убежала. — Она повязала шарфик и, чмокнув меня в щеку, выскочила за дверь, предварительно бросив. — Никитка, маме привет.

— Ахринеть! — Только и сказала я закрытой двери. — Я даже спрашивать не буду, откуда моя мама знает твою…

— Э-э-э, тётя Лиса помогала нам с одним делом компании. Папа говорит что она самый гениальный адвокат, которого он вообще когда-либо встречал. — Восхищённо сказал Стужев. А я преисполнилась гордостью за маму. Моя мамуль это вам не хухры-мухры! У неё на каждое проигранное дело сто выигранных!

— Ладно, рыжая, иди, переодевайся, а я чаю заварю.

Я только фыркнула и ушла в свою комнату.

Стянула колготки, потом платье, и поняла странную такую штуку — моя одежда пахнет Стужевым! Даже волосы! Но самое возмутительное — мне это нравится.

Я стояла в одном нижнем кружевном белье и нюхала корсет платья, который пах духами Стужева.

Я маньячка!

Широкие ладони опустились мне на талию, а я сама прижалась к тёплому телу.

Я дважды маньячка!

— Мне нравится, как ты пахнешь. — Тихо сказал парень и потерся носом о мою шею.

— Хватит, — я повернулась в кольце рук и обвила его шею, — иначе к твоим родителям мы точно не попадем.

Он поцеловал меня в кончик носа и молча вышел из комнаты.

Что ж, и на том спасибо.

Я быстро надела синий вязанный свитер и светлые джинсы и вышла в зал, где уже на диване развалился Стужев.

— Нас ждут через четыре часа, так что можем посмотреть фильм. — Он похлопал по месту рядом с собой, однако я, как святая невинность, отсела от него подальше. Стужев обреченно вздохнул, приподнялся, схватил меня за грудь (в душе не знаю как это он так) уложил на себя сверху.

А я что?! А я этого и добивалась! Так что даже не взглянула на экран плазмы, а приложившись ухом к тому месту, где должно располагаться сердце слушала его мерное постукивание и сама не заметила, как заснула, обнимая Стужева на манер плюшевого мишки.

Зато проснулась я, ёпрст, уже в машине и сидела так же, как и приехала домой, только под спиной была подушка, а Стужев просто гладит ногу.

— А вот за это статья есть. — Пробормотала я, почесав левую грудь — к счастью.

— Откуда знаешь? — Весело спросил Никита, поднимая руку выше к колену.

— Маман-адвокат — великая сила! А мы скоро приедем?

— Уже. — И он заглушал мотор.

Я сладко потянулась и зевнула. Ударилась рукой о крышу машины, заматерилась и зашипела. Стужев, тихо смеясь, открыл для меня дверь

Стерва, что ещё сказать.

По мере нашего приближения к двери их квартиры, у меня начинали все сильнее трястись руки.

— Ты, главное, не нервничай, они чувствуют страх. — «Пошутил» Стужев и позвонил в дверь.

Абзац!

Нафиг все! В Геенну его родителей! Я домой! А потом на полигон, убивать новеньких! Не могу!

Я уже хотела было вырвать руку, как дверь открыла шикарная брюнетка. Теперь ясно в кого Стужев пошёл.

Розовенький фартук идеально сидел на точеной фигуре, а тапки-зайчики придавали этой стальной с виду женщине няшности.

Под фартучком на шатенке было красивое утягивающее зеленое платье.

Только глаза у неё зелёные, а вот у Стужева голубые.

Я и сама не заметила, что мы уже минуту пристально изучаем друг друга.

Причём если она заинтересованно, то я восхищенно, ибо эта женщина достойна восхищения!

Она хмыкнула, уже показатель того, что цацкаться тут со мной не будут, а я и не просила, и шире открыла дверь, пропуская нас в квартиру, а сама ушла на кухню.

Что ж, краш-тест я прошла, уже хорошо.

Меня оставили в гордом одиночестве расшнуровывать стиллы. Стужев ушёл разбираться с мамашей. Она уже меня раздражает.

Повесив куртку куда положено, я направилась в обитель сковородки и половника.

— Мама! Это не вежливо! Она моя девушка! — Возмущался Стужев.

— А я не виновата, что она какая-то мутная! Вот пообщаюсь с ней лично и, возможно, успокоюсь. Должна ж я её проверить!

— Только ради Бога, не проверяй её так, как проверили меня её друзья! — Женщина громко засмеялась, а я решила — нехрен ныкаться и смело шагнула в комнату, чтобы попасть под рентгеновский взгляд мамаши.

— Екатерина. — Представилась стерва.

— Ярослава. — Я принимаю игру.

— Готовить умеешь?

— Сами сегодня утром убедились. — Самодовольная улыбка сама расползлась по лицу, я же слышала, как она хвалила мой завтрак!

— Что ж, фартук там. — Она ножом указала на стену, слева от меня.

Я сняла фартук с крючка. Вызов принят.

Стужев ретироваться с кухни, понимая, что если не сейчас, то уже никогда.

Подойдя к столу, спросила, что мне делать. Ответом была доска с морковкой и маленький ножик.