Чтение онлайн

Лейтер внимательно оглядел пилота. Тот сидел боком, скорчившись в кресле пассажира, втянув голову в воротник куртки.

— Что вы хотите?

— Чтобы вы не стреляли больше, — Грин смотрел перед собой не мигая.

— Эта экспедиция обошлась мне дороже, чем вы можете заработать за всю жизнь.

— И вы надеетесь возместить расходы?

— Возместить? — Лейтер прищурился, положил на колени ружье. — Я охочусь для собственного удовольствия. Вам этого не понять. Когда я вижу зверя, я не могу не стрелять. Это надо ощутить — держать на мушке чужую жизнь. На Земле, вы знаете, охота запрещена. Экологический фетишизм. Там я бессилен, но здесь…

Грин первым увидел это странное толстое кольцо. Диаметром больше двух метров, оно катилось по руслу высохшей речки, оставляя рубчатый след. Середина кольца напоминала двояковыпуклую линзу и отсвечивала прозрачной синевой. Кольцо обежало небольшую лужу и остановилось. Тень обода эллипсом окружила лужицу, и было видно, как изменилась выпуклость линзы, а потом все исчезло в серых клубах пара и дыма. Лейтер подвел тележку ближе… Кольцо лежало на дне углубления, оставшегося от лужи. Обод его двигался вокруг линзы, втягивая в себя горячую кашу из водорослей и останков мелкой живности.

— Неслыханно, — проговорил Лейтер. — Хищник, использующий в качестве оружия энергию солнечных лучей.

Обод участил круговые движения, в них неожиданно включилась и линза, и в то же мгновение животное приняло вертикальное положение, став ребром к тележке. Лейтер, помедлив, поднял ружье. Обод, качнулся, и тень его легла на тележку.

— Не надо, — сказал Грин.

— Не ваше дело, пилот. Я просто не знаю, куда стрелять. Обод заслоняет линзу — полагаю, это и есть уязвимое место.

Он отвел тележку назад, и обод синхронно тронулся в сторону так, что тень его снова оказалась направленной на тележку.

— Это становится забавным! — Лейтер возился с магазином, меняя характеристику заряда.

Взрыв разнес вершину обода. Падая, обруч крутанулся волчком и замер, видимый целиком. Разорванные части обода пульсировали, стремясь сомкнуться, прозрачная жидкость выливалась из раны, и линза на глазах теряла округлость. Потом испепеляющий жар на секунду коснулся тележки.

Грин пришел в себя, услышав собственный стон. Он с трудом разлепил веки, увидел низкое небо и ощутил боль сначала в шее, а потом — всей обожженной кожей лица. Он сидел в кресле пассажира, откинувшись на спинку, и дышал влажным туманом со знакомым запахом мюрадола. Видимо, сработала автоматика, тележка включила защиту, и оживляющий аэрозоль поступает в легкие. Тележка неподвижна, следовательно… Будь Лейтер здесь, тележка уже везла бы их к катеру.

Грин повернул голову, чувствуя, как лопается на шее опаленная кожа, и сунул руку в медицинский отсек на пульте. Дальше робот-медик все проделал сам: взял данные для анализов, определил программу лечения, ввел в вену коктейль из лекарств и обезболивающих веществ.

Через две-три минуты полной неподвижности пилот нажал кнопку снятия защиты и слез с тележки. Лейтер лежал возле гусеницы вниз лицом. Передняя панель пульта управления отекла каплями застывшего металла. Смертельно раненное, животное еще корчилось шершавой бесформенной кучей в облачке пара. Грин перевернул охотника, смахнул с груди и живота хлопья оплавленного костюма и уложил на тележку. Потом он вытянул из отсека медика, бросил его на живот Лейтеру и сел рядом.

Медик маленьким спрутом ползал по Лейтеру, то хлюпая присосками анализаторов, то извергая из себя зеленоватую пенистую жидкость. Он ловко оттянул книзу челюсть охотника и погрузил щупальце в рот. Затем ввел иглы в вены на руках, угнездился на груди и покраснел. Пластиковое тельце робота ритмично сокращалось. Иногда он сплевывал в сторону шлаки, вымытые из тела.

Грин вздохнул, протянул руку, погладил медика. Свободное щупальце обвилось вокруг руки и выдохнуло густое облачко аэрозоля. Лейтер лежал почти голый. Вместе с обожженной кожей медик смыл и остатки костюма. Грин, как и всякий пилот, знал о чудесных возможностях медика, но вот так, вплотную, наблюдал его работу впервые. Он с изумлением смотрел, как затягиваются раны на животе охотника, как образуется свежая ткань, сначала розовая, затем быстро бледнеющая. Медик старался вовсю. Наконец он вытащил щупальце изо рта Лейтера, убрал иглы и застыл в неподвижности. Лейтер сделал вдох, открыл глаза. Лицо его было почти не тронуто ожогом. Не меняя позы, он шевельнул мышцами и улыбнулся:

— А вы загорели, пилот. — Взгляд его был ясен и чист. Он уловил ситуацию, и объяснений не требовалось. — Что это за дрянь на мне сидит? Такой вонючий и скользкий…

Грин осторожно снял медика, положил в отсек, посмотрел на шкалу — почти на нуле, — уселся за пульт и вдавил в гнездо красную кнопку. Тележка тронулась.

— Остановите экипаж, пилот. Надо забрать добычу.

Грин даже не повернул головы. Его охватило омерзение и усталость.

— Вы пожалеете об этом. Корпорация будет знать о вашем поведении. Вы забыли условия контракта — пока мы на планете, командую я. И я не привык повторять приказания.

Пока на планете… Если бы так. Лейтеры командуют везде.

— Ну хорошо, — после паузы заговорил охотник. — Я ошибся, признаю… Надо было удвоить заряд. В конце концов я вам даже благодарен, хотя понимаю, что вы не меня, вы себя спасали. Но сейчас ваше поведение алогично. Ведь все кончилось благополучно.

— На вашу реанимацию медик израсходовал все лечебные ресурсы. Сейчас он пригоден разве что для синтеза микстуры от кори. Вы это понимаете? Случись что — и нам конец.

— Ерунда, что еще может случиться?

— Все! Все, что угодно. — Грин услышал просящие нотки в своем голосе и повернулся. С самого начала он избегал смотреть в глаза Лейтеру, что-то мешало ему еще там, на корабле. Он знал за собой эту привычку — избегать взгляда человека, вызывающего антипатию, — он приписывал ее застенчивости. А сейчас взглянул…

Лейтер увидел глаза пилота. Без ресниц и бровей, с красными прожилками то ли от ожога, то ли от частых перегрузок, невыразительные и почти светлые на потемневшей воспаленной коже лица. Толстые губы шевелились, вздрагивал подбородок с детской ямочкой посередине. Лейтер усмехнулся про себя: толковать об охоте типу с такой вегетарианской внешностью!.. Не зря него репутация пилота, который всегда возвращается, иск ему определенно противопоказан.

— Что угодно, — повторил Грин. — Думаю, вы это знаете лучше меня. Здесь у каждого дерева есть своя птица. Вы убили птицу — и засохло дерево, срезали дерево — и погибли птицы. Эту связь нельзя не уловить. Для меня она очевидна. Планета нас впустила, не зная, что мы убийцы. Потом она подумала, вот именно — подумала, что эти убийства случайны. И предупредила нас. Перестроить структуру травяного покрова — это сильное предупреждение, Лейтер. Теперь она защищается, и вы это почувствовали на своей шкуре. Что мы против планеты?! Еще одно убийство — и она прикончит нас.