Чтение онлайн

Когда в квартире раздался звонок, Смолина метнулась к двери и распахнула ее, надеясь что это Ленка — но на пороге стояла насквозь промокшая Света.

— Так и не пришла? — сказала Света, отряхивая воду.

— Свет, я боюсь она не придет, — на этих словах словно кто-то схватил Анну за горло. Слезы сами собой брызнули из глаз.

— Ну-ну, иди сюда, — Света прижала плачущую Смолину к себе. — Я все равно мокрая, мне хуже не будет.

— Если на улице такой ливень, как она там без теплой одежды? — сквозь рыдания сдавленно произнесла Анна.

— Ну она же не дура, Ань! Ленка не какая-то изнеженная барышня, она же детдомовская! У них знаешь как выживалка работает! Она похлеще тебя умеет!

— Что еще мы можем сделать? — Смолина подняла заплаканное лицо.

— Ань, мы разослали ориентировки по всем отделениям, тормошим милицию, привлекли волонтеров. Но ты сама знаешь — добровольцы не помешают, так что если есть куда кинуть клич о помощи — используй все шансы!

Анна выдохнула. Света чуть отстранила ее от себя и оценивающе заглянула в глаза.

— Ну что, ты как? Полегчало?

Анна кивнула, потом сказала решительно:

— Я заберу Пинин у Андрея.

— Считаешь, Ленка может быть в лесу?

— Не хочу об этом даже думать! Но я должна быть во всеоружии. В любом случае в такую погоду на внедорожнике сподручнее. А ты давай проходи и сушись. Полотенца в шкафу, чайник на кухне.

— Поняла Ань, разберусь!

Света по-хозяйски поставила чайник, и в квартире сразу как-то стало уютнее. Все-таки умеет она какими-то простыми словами и действиями возвращать человека в адекватное состояние, подумала Смолина.

Пока Света переодевалась и сушила волосы, Анна набрала номер, который не набирала уже много месяцев. Трубку долго никто не брал.

— Да, — раздался сонный голос.

— Андрей, мне нужна помощь!

— Как всегда, Смолина, — недовольно промычал Мылин. — Звонишь среди ночи и только тогда, когда тебе что-то надо.

— Мне некогда вспоминать прошлое. Ленка сбежала!

— Ты не задумывалась — может ты делаешь что-то не так, раз от тебя все бегут?

— Слушай, сейчас не время для нотаций!

— Что ты от меня хочешь? Звони в милицию! И у тебя же есть целая организация по поиску пропавших, при чем тут я?

— Уже всех обзвонила, ориентировки разосланы, клеят объявления. Но мне нужны люди для поиска, да черт возьми, мне нужна любая помощь!

— Ладно-ладно, не кричи! Я бы помог, честно, но ты же знаешь — я с утра уезжаю на рыбалку.

Анна замерла с трубкой у уха.

— Что? Мне не послышалось?

— Ань, пойми — сейчас самое время, после дождя должен быть клев. У меня отпуск в конце концов! Ты же не думаешь, что я его просру его в городе?

Повисла тишина. Смолина не веря смотрела на телефон, словно это он был виноват в том, что Мылин конченный козел.

— Ты что там, умерла что ли?

— Слушай сюда, — холодно сказала Анна. — Я заеду через полчаса. Мне нужен Пинин.

— Ань, какой Пинин? А я на чем поеду? Мы на пузотерке в лесу сядем в такую погоду! У Пинина хоть лебедка есть! Я парням обещал...

Смолина не стала слушать и бросила трубку. Она распахнула шкаф и достала оттуда тревожный рюкзак. Отличная привычка держать все наготове, мелькнуло у нее. Смолина проверила батарейки, рацию и быстро оделась. Когда Света вышла из ванной, Анна уже стояла на пороге во всеоружии.

— Поедешь?

— Надо забрать Пинин у этого козла и найти Ленку.

Света понимающе кивнула.

— Я буду здесь, займусь координацией. Держим связь!

— Спасибо, Свет!

Света поддерживающе улыбнулась.

— Когда все наладится, расскажешь почему твой бывший козел? Люблю мелодрамы!

Через полчаса Анна была в Голиковке у дома Мылина.

Лучи фар выхватили из пелены дождя и ночной тьмы знакомый силуэт Пинина, и сердце Анны забилось чаще. По мнению Андрея внедорожник больше бы пригодилась для рыбалки, нежели для поисков пропавшей дочери, но Смолина не могла с ним согласиться. Она остановила машину рядом и вышла. Из подъезда появился сонный Мылин.

— Ань, ну так не делается! — сходу начал он.

— Не учи, — отрезала Анна, сунула ему в руки связку ключей от Ларгуса и раскрыла ладонь. — Ключи.

Андрей молча смотрел на нее, и его лицо постепенно превращалось в мерзкую гримасу с надменной ухмылкой. Смолина каждый раз удивлялась, что за супер-способность такая — вроде симпатичный парень, но в считанные секунды умеет превращаться в мразь.

— Она не вернется. И ты это знаешь.

— Тебя забыла спросить. Ключи.

— Ты же взяла ее из детдома только для того, чтобы заглушить боль... признайся себе, Ань, — он медленно проговаривал слова, словно растягивая удовольствие. — Ты не могла вынести что не спасла тогда малютку, и решила что вот таким образом загладишь вину перед... перед кем? Перед самой собой? Но это так не работает, Ань, ты же взрослая девочка, должна это понимать!

Андрей протянул руку к лицу Смолиной и смахнул мокрые волосы, прилипшие к ее лбу.

— Да и зачем она тебе? Помнишь, когда ее не было, как славно мы резвились вдвоем в пустой квартире, а, Ань?

Он опустил руку ниже и провел пальцем по ее губам, собирая с них капли дождя. Смолина приоткрыла рот и в следующую секунду ее зубы со всей силы впились в пальцы Мылина. Он вскрикнул.

— Ты что делаешь, тварь?

Смолина с силой схватила его за яйца, и Андрей высоко завизжал. Анна вытянула руку с раскрытой ладонью.

— Ключи.

Звякнув, связка ключей легла в ладонь Анны. Она отпустила Мылина и зашагала к Пинину.

— Ну и сука же ты, Смолина! — прошипел он вслед, согнувшись от боли.

Анна уже забыла это чувство, когда садишься за родной Пинин, но как только руки легли на до боли знакомый руль, что-то теплое поднялось внутри. Откуда-то из глубины пришел ответ — она больше не одна в этом холодном мире. С ней он — верный друг.

Мотор Пинина взревел, колеса крутанулись по мокрой земле, обдав брызгами Андрея, и паджерик сорвался с места. Он уносил Анну от рыданий в подушку, скандалов и истерик, от Мылина с перекошенным от боли лицом и от свежей надписи «козел», выцарапанной ключом на двери Ларгуса.

Фонари истекали оранжевым огнем, заливая дорожное полотно и плавя мокрый асфальт. Машина стремительно неслась сквозь ночь, но Анне казалось, будто колёса паджерика вращаются всё медленнее, погружаясь в эту огненную реку, словно верный Пинин не хотел везти свою хозяйку навстречу судьбе. Анна топила педаль газа, как будто пытаясь утопить воспоминания в этой осени. Мотор ревел, фонари проносились мимо, исчезая во мраке минувшего. Смолина почти физически ощущала, как пространство становится вязким и сопротивляется движению, но остановиться уже не могла. Тени прошлого густились за плечами, окутывая заднее сиденье. Остановиться — значит дать теням взять вверх. А этого она никак не могла себе позволить.