Чтение онлайн

инструкции даны. Там же находится наша моторазведрота. В штабе этой роты вы и остановитесь. Разведчики

окажут вам всякую помощь, какую вы посчитаете нужным организовать себе, чтобы успешно выполнить

задание. Вот и все.

Полковник сообщил мне пароль на встречу с Таней.

Н-ский полк и моторазведрота находились от штаба фронта километрах в шестидесяти. Я хорошо изучил

маршрут и вечером вместе с ординарцем выехал туда на вездеходе.

Погода стояла пасмурная, и вечер как-то незаметно сменился ночью настолько темной, что в пяти метрах

впереди ничего нельзя было разобрать. В прифронтовой полосе включать фары запрещалось, и мы пробирались

с большим трудом, почти на ощупь. Раз сбились с дороги и чуть не поехали к немцам. Благо они часто

освещали передовую ракетами. Наши части этими вещами не баловались.

В расположение моторазведроты мы добрались лишь к утру.

В небольшом хуторке по стрелам со словом “Артем”, нарисованным на стенах домов (“Артем” —

условное наименование моторазведроты), мы быстро нашли штаб.

— А я, товарищ капитан, ждал вас к обеду, — такими словами встретил меня командир “Артема”

старший лейтенант Донкин, сухощавый и курносый блондин с боксерским чубиком. — Что это вы решили

мучиться ночью? — продолжал он. — Такая темень, к немцам могли бы угодить или на разведчиков немецких

нарваться. Правда, здесь не слышно, чтобы они пробирались на нашу территорию, но чем черт не шутит. Мы-то

ведь ходим к ним в тыл.

— Хотелось пораньше прибыть сюда, чтобы получше подготовиться на месте к делу, — заметил я.

— Мне передали по радио приказ три дня назад. Я связался с командиром полка. Мы разработали план

операции, — сообщил старший лейтенант. — Пойдемте.

Штаб роты размещался в большом доме, разделенном посредине широким коридором на две половины.

В левой половине находилась канцелярия, а в правой — командир роты со своими заместителями. Мы зашли в

правую половину. Старший лейтенант разложил на столе карту и стал докладывать мне обстановку и план

предстоящей операции.

В ту ночь, когда мне следовало встретить Таню, полк проведет перед самым нашим участком ложную

демонстрацию наступления. Нам было известно, что здесь гитлеровских войск мало и поэтому они

маневрировали очень предусмотрительно. Расчет командира полка был прост: немцы не обратят особого

внимания на эту демонстрацию, а усилят свою бдительность на других участках, чтобы предостеречь

проникновение наших более крупных подразделений к ним в тыл.

Так оно и случилось. Немцы не ответили на огонь наших батарей. В условленное время наши прекратили

обстрел. И тотчас один из батальонов полка километрах в пяти от нас атаковал населенный пункт, в котором

противник держал гарнизон. Гитлеровцы приняли бой. Там началась суматоха.

Мы с ординарцем под прикрытием группы разведчиков “Артема” пошли в сторону противника.

Хотя мы хорошо знали обстановку, выбрали наиболее безопасный участок для перехода линии фронта и в

отдалении от нас шел бой, что, безусловно, отвлекало внимание немцев, тем не менее надо было идти с

большой осторожностью. На передовой линии не всегда можно доверяться тишине.

Мы шли бесшумно по влажной, мягкой траве, напрягая зрение в темноте. Спустились в овражек,

которым нам следовало удалиться несколько влево. Этот овражек был на нейтральной полосе, и разведчики

“Артема” часто бывали здесь, хорошо знали каждый его изгиб, каждую вымоину. И все-таки надо было

двигаться осторожно.

Трое разведчиков пошли вперед, мы с ординарцем в небольшом отдалении следовали за ними. Сзади нас

двигалась группа прикрытия. Вдали слышалась активная ружейно-пулеметная перестрелка.

Выйдя из овражка, мы попали на пашню, углубились километров на пять и очутились в большом

фруктовом саду. Начали искать омшаник, в котором должна быть Таня. Время, как назло, бежало быстро. Ночь

короткая, вот-вот заалеет рассвет, а мы никак не можем найти этот омшаник. Мы уже начали нервничать и

терять надежду на успех своего дела, как вдруг наткнулись на большую землянку, заросшую травой. Я с трудом

отодвинул тяжелую дверь и протиснулся внутрь Карманным фонариком осветил землянку. В одном углу,

свернувшись клубочком, лежал человек в замасленной телогрейке, на голове глубоко надвинута рваная и

грязная шапка-ушанка. Я подошел ближе, посмотрел в лицо. Оно было таким грязным, что нельзя было

определить, парень это или девушка. Но по длинным ресницам и прямому носу я сразу же узнал Таню. Девушка

как будто бы спала, хотя я знал наверняка, что она притворяется. Я потрогал ее за плечо, она не шевельнулась. Я

сказал пароль. Таня еще немного полежала в том же положении, потом вскочила и бросилась мне на шею.

крепко стиснула меня в своих объятиях. “Ничего, брат, хватка! Силенка-то есть у нее!” — подумал я.

Мы благополучно возвратились на нашу сторону в хутор. На востоке заалело небо. Приближался рассвет.

Я привел Таню в правую половину дома, где размещался штаб “Артема”. В просторной комнате ярко

горели две большие лампы, окна были тщательно замаскированы одеялами.

— Мне хочется расцеловать вас, но я такая грязная, что опасаюсь приближаться, — сказала она, как

показалось мне, полушутя, полусерьезно и сорвала с себя шапку-ушанку вместе с платком. — А сейчас я ничего

не хочу, лишь бы быстрее помыться. Мне бы горячей воды.

“Как это я, осел, не догадался сказать разведчикам, чтобы нагрели воды”, — мелькнуло у меня в голове.

Я бросился из комнаты.

— Стойте, товарищ капитан! — крикнула Таня.

Я остановился.

— Вы хоть скажите, как звать вас.

— Иван Федорович.

— Я прошу вас, Иван Федорович, не достанете ли вы мне вместе с горячей водой и мыла, — улыбнулась