Чтение онлайн

Парень наблюдал за воинами и точил найденным камнем острие самодельного ножа.

Наконец, Антон решился. Он поднялся и скорчил рожу, сунул в рукав самодельный нож и поплелся к стоянке.

Охранники перекусывали, только один стоял с оружием и охранял. Связанные женщины и мужчины сидели на траве и смотрели на пиршество избранников. Антон подошел со стороны женщин и приметил Леонтию; проходя мимо нее, он выпустил в траву самодельный нож и сразу же заорал, - война! Война идет! Ты, ты, ты!
– Он тыкал грязным пальцем на каждого охранника, - вы будете жик, жик, - он показал рукой, как рубит мечом крест-накрест. Все это время он двигался к охраннику, который стоял в стороне и караулил всех.

Антон отвлекал внимание всех и надеялся, что Леонтия догадается и возьмет нож. Он приблизился к охраннику и протянул грязную ладонь, - дай денежку!
– застонал и потом даже завизжал Антон. Охранник вдруг выхватил меч, и все замерли… Он же развернул меч и со всей силы плоскостью ударил дурачка по заднице. Парень упал и заматерился по-русски. Потом стал изображать припадок эпилепсии. Даже пену изо рта пустил.

Начальник конвоя поднялся, подошел к Антону, пнул его и приготовился достать меч, надоел дурачок своими воплями. Какая-то сила подняла Антона, и он, выпучив глаза, начал орать, - если, если ты тронешь его, - при этом он тыкал себе в грудь, - ты никогда не попадешь в рай. И твои дочери, Малинка, Сараня, и Ветла не доживут до следующего праздника Всех Духов. Всех их заберет Земной дух, самый страшный и ужасный из духов.

Антон прокричал все это, и его лицо снова приняло выражение дурачка, он снова упал на землю, и его опять затрясло.

Все молчали. Для всех это было откровение блаженного. Редко когда деревенские и городские дурачки могли говорить таким тоном и такими правильными речами. Командир отвел руку от меча, развернулся, и, глядя тяжелым взглядом на всех, пошел к лошадям. Этот дурачок правильно назвал имена всех дочерей начальника, откуда он мог знать их, не иначе от духов пришла весть. Командир побоялся трогать блаженного дурачка. Но и терпеть его рядом начальник тоже не хотел. Он подозвал к себе подчиненного и что-то тихо сказал ему.

Подчиненный охранник схватил плетку и начал хлестать лежащего Антона. Со стороны казалось, что все удары достигают цели, что даже кожа лопается под ударами плетки. Но все понимали, что плетка почти гладила тело Антона. Охранник не хотел рисковать своей семьей, да и самому было страшно. Не дай Бог, нашлет какую-нибудь напасть этот блаженный, уж лучше не рисковать.

Охранник взял кусок хлеба и подошел к лежащему Антону. Наклонился и шепнул, - ты бы, дурачок, убирался от греха. Не ровен час зашибет тебя командир. Охранник сунул ему еду и стал поднимать Антона. Припадок уже прошел, и Антон, прихрамывая пошел к кустам. На прощание охранник тихо сказал Антону, - ты это, не обижайся на меня, дурачок, за то, что хлестал тебя. Это все командир приказал.

Охранники быстро собрали всю еду, загнали в повозку арестованных и убрались с нехорошего места. Люди всегда не любят предсказания, особенно несчастливые.

Антон сидел в кустах, жевал хлеб, и думал, что делать дальше. Он продолжил преследование повозки с охраной. День клонился к вечеру, и командир выбирал место для ночлега.

Прямо в лесу подковой стояли скалы в виде лепешек, которые лежали одна на другой, а перед ними большая поляна. Скалы поднимались на высоту среднего дерева. Повозку поставили слева от подковы. Лошадей, спеленав передние ноги, выпустили пастись в лес.

Два охранника развязали сначала мужчин и по одному водили в лес. Потом посадили их на землю и снова связали сзади руки, то же самое сделали с женщинами.

Охранники разожгли костер и стали жарить мясо. Арестованных не кормили, просто по пути дали напиться из ручейка и все, и сейчас аромат жареного мяса щекотал ноздри и вызывал обильное слюноотделение. Арестованные мужчины сидели за костром у скалы, женщины рядом, ближе к выходу.

Антон в это время находился почти на верхушке высокой ели и наблюдал за происходящим внизу. Он ждал, что будет дальше. А дальше охранники поели и завалились спать. Командир поставил двух часовых. Один у повозки с одной стороны подковы, второй с другой стороны.

Командир не думал, что кто-то будет выручать арестованных. И набрал-то он их, чтобы отчитаться перед начальниками. Да, он провел рейд, сделал работу, вот арестованные, пусть дальше разбираются специальные люди в замке Барона. Уже завтра утром они доедут до замка и сдадут всех, и тогда он увидит всех своих дочерей, честно говоря, этот дурачок сильно напугал его.

А дурачок смотрел, как засыпают охранники, и строил разные планы. Если бы он был большим мастером, то стащил бы меч и убил всех охранников, но он не мастер и убить всех пятерых у него не получится.

Тем временем Леонтия тихонько резала свою веревку. Женщина рядом ощутила, что Леонтия возится с веревкой, склонила к ней голову и прошептала на ухо, - потом мне дашь нож, Леонтия кивнула.

Охранники потихоньку засыпали. Долго ворочался командир, видимо, сильно задели слова дурачка про его дочерей. Но, наконец, и он уснул, и только двое охранников таращили глаза на костер и время от времени подкидывали ветки в него.

Темная ночь без ветерка, почти без звуков, только изредка ухнет где-то филин, окутала скалы и все живое в округе.

Антон сидел на широкой ветке и старался не уснуть. Он только моргнул и неожиданно оказался дома на кухне, там сидели дед с бабушкой и пили чай с пирогами. Пироги у бабушки были очень вкусные, и всегда, когда ее кто-то спрашивал, с чем они, она отвечала, что пироги с молитвой.

Так было хорошо дома. Дед улыбается, бабушка тоже, Антон хочет включить им большой телевизор в комнате, найти в интернете какой-нибудь старый фильм, пусть смотрят.

Вдруг откуда-то сверху слева с потолка раздались ужасные звуки. Квартира вместе бабушкой и дедушкой мгновенно пропала, и Антон снова оказался в лесу. Выше на ветке сидело страшилище с огромными глазами и смотрело на Антона. И существо, и парень были напуганы друг другом. Потом чудище, хлопая крыльями, снялось с ветки и улетело. Антон успел уцепиться за ветку, а то тоже бы полетел, только вниз.

Это был филин, вот напугал, зараза! Такой сон испортил. Антон посмотрел вниз на стоянку. А там ничего не происходило. Все было по-прежнему. Два часовых клевали носами, боролись со сном, остальные спали.

Антон уже хотел слезать с ели, как одна из женщин пошевелилась. Она поднялась и сразу за ней вторая.

Леонтия тихонько пошла к часовому. У обоих часовых к тому времени, глаза уже были закрыты. Усталость, сытный обед, арестованные связаны, да и куда они денутся.

Леонтия проходила мимо воина, когда он открыл глаза и сразу же рот. Должен был раздаться крик, но Леонтия в ту же секунду раскрыла правую ладонь и дунула на нее. Содержимое ладони в виде пыли залетело в рот часового. Он сразу закрыл рот, и глаза его неожиданно закрылись, и он уснул. Все-таки не зря обучали Леонтию в ее школе. В этой пыли на ладони содержался сонный порошок мгновенного действия, вот он и сработал.

Леонтия обошла часового, за ней прошмыгнула еще одна женщина, и они обе скрылись в темноте.

Антон еле успел заметить, в какую сторону ушли женщины. Он быстро спустился с дерева и поспешил за ними. Значит, нож, который подкинул Леонтии, сработал. Сейчас надо было найти девушку и вместе покинуть этот негостеприимный край. А дальше туда, куда поведет Леонтия.

Ходить по лесу его никто не учил, тем более ночью. Но все равно он старался идти осторожно, не шуметь. Хотя луна и освещала лес, но кроны деревьев закрывали землю, и внизу было довольно темно.