Чтение онлайн

— Да, в общем, тихо. Похоже, им эти концерты не нравятся. Сидят по домам и на улицу стараются не высовываться.

— А Ирма как?

— Да нормально. Пошла тут в поселок роды принимать. Тебя-то нет — вот она тут и за лекаря.

— Жалко, черт, — сказал Энгар.

— Ничего, у нее огромный опыт. Вы там, главное, хотя бы место найдите — куда они его утащили. Потом уж мы справимся.

— Ну… мы постараемся, Виктор Петрович, — пообещал Олег.

— Ты сегодня ночью успел с базовым лагерем связаться? — спросил Олег.

— Успел. А что?

Они двигались теперь по вполне горизонтальному проходу. По сравнению с покинутым колодцем — просто легкая дорога. Никого живого Энгар по-прежнему не чувствовал ни спереди ни сзади, ни в попадающихся боковых ответвлениях и разговаривать можно было практически не таясь. Разве что не в полный голос.

— Да просто… Сообщили, что возвращаемся, а тут — на тебе! Чего доброго, этому парню, с которым ты говорил, больше не поверят…

— Да нет, догадаются, — возразил Энгар. — В принципе, этот вариант как возможный предполагался. К тому же нынче ночью я еще раз свяжусь, объясню, в чем дело. Так что без проблем.

— Слушай, а как же ты связываешься? Если все виды связи обрезаны наглухо? Санчес что-то мне говорил, но я напрочь не понял. Что-то про сновидение… или про Страну Мертвых… Что ты как-то умудрился явиться связнику…

— Диего ничего не понял, — улыбнулся Энгар. — Все гораздо проще…и сложнее одновременно. Видишь ли, этот самый связник, в базовом лагере, которому, как Санчес тебе сказал, я "явился", это, в общем-то, не "он", а "она". И точнее я, наверное, тебе не объясню. Это сложнейший раздел высшей симпатической магии, практически ничего от нормальной логики, но, как ни странно, работает. В данном случае основой связи послужил букет обыкновенных колокольчиков, что я принес ей перед отправкой. Вроде бы мелочь, но в качестве якоря оказался вполне надежен. В принципе, наверное, можно было бы не только связаться, но и перейти отсюда туда — теория этого не запрещает — но я не знаю, как это делается. И, по-моему, никто сейчас не знает. Но в любом случае, это феномен строго индивидуальный. Широкодоступной связи на нем не построишь…

— Ничего себе, — сказал Олег, посмотрев на Энгара новыми глазами.

Сколько Олег успел понять за время пребывания на Трех Базах, симпатическая магия высших разделов была весьма эфемерной областью Искусства. И получать там устойчивые результаты удавалось немногим. И сейчас — после нескольких лет знакомства — Олег вдруг узнал, что его полевой маг является именно таким специалистом. Для сравнения: как если бы Плачидо Доминго, к примеру, регулярно ходил с разведгруппами за линию фронта — брать языков. Впрочем, после падения Города именно такая ситуация и сложилась. И уж кому-кому, но Олегу-то жаловаться на это обстоятельство не приходилось: у него в распоряжении оказался высококлассный маг. Что уже неоднократно подтвердилось в деле…

Поперечный коридор, преградивший им дорогу, оба заметили одновременно: две круглые дыры в стенах прохода, одна напротив другой. Диаметром отверстия были около метра и с очень гладкими краями.

— Что за черт? — сказал Олег.

Он никак не ожидал увидеть такое здесь. Сразу заныла восстановленная после Мордии рука, а станнер, переведенный на максимум узкого луча, словно сам собой поднялся наизготовку. Энгар в это время, подойдя к отверстию, пощупал пальцем края, рукой провел внутри по гладкому камню, потом традиционно что-то поосязал ладонью в воздухе.

— Мордийский червь, — сообщил он, повернувшись к Олегу. — Совсем недавно. И что уж совсем странно — молодой.

— Откуда ему здесь было взяться?!

— Из зоопарка, — мрачно пошутил Энгар.

— Из какого зоопарка?! — Олегу очень не хотелось встречаться с этой тварью еще раз. — Они же только мордийскими гранитами питаются, да и то из пластов глубинного залегания!

— Ну, в Городе был зоопарк, — не смутился Энгар. — Червя там, правда, не было: что за радость, смотреть на эту колбасу? Но экзобиологи их у себя держали. Помнишь, Локтев про Ваду говорил? Достаточно было одному только вырваться во время штурма и закопаться. И уцелеть при этом… А насчет мордийских гранитов, так напоминаю тебе, что все рабатское нагорье — это отрог Мордийской горной системы. Вот то, что к поверхности близко — это да, странно. И что совсем уж странно — при чем тут крысюки.

— В смысле? — посмотрел на него Олег.

— В смысле: какая между ними связь. Черви страсть как не любят никаких соседей. Гномов из Северной Мордии они выгнали за десять лет. Хотя твари эти совершенно безмозглые. А война за Южную шла лишь в два раза дольше. А здесь… Крысюки тут бывают редко — но бывают. И с червем, похоже, не воюют. Ох, чувствую, недооценили мы этот искусственный разум! Как-то они с червями научились управляться — это факт!

— Да они ж не дрессируются!

— А это, возможно, и не дрессировка… — заметил Энгар, отряхивая руки.

— А что же тогда?

— Не знаю… Но зачем-то же они выгребли хранилище на Полигоне? А там дофига чего было… И, думаю, не только его. Эх, как бы не распотрошили они заодно и наш контейнер!

— Хочешь сказать, что они еще и с талисманами управляться научились? Контейнер-то без универсального ключа не вскроешь!

— А если у них были пленные? — посмотрел на Олега Энгар. — Из специалистов Города?

— Упс, — сказал Олег, замолкая. Об этом он не подумал. Мысль о том, что кто-то из людей мог оказаться в этом подземелье, просто не приходила ему в голову. Но сейчас она не показалась такой уж абсурдной. От странного общества, сложившегося на развалинах погибшей утопии можно было, пожалуй, ожидать чего угодно…

На второй тоннель, диаметром побольше, они наткнулись метров через двести. И опять, по словам Энгара, червь прошел там не так давно.

— Нет, что-то здесь определенно не так, — сказал Энгар, поочередно заглядывая в оба конца тоннеля. Он что-то пошевелил перед собой сдвинутыми руками. Как бы сминая, потом отпустил в ближайшее отверстие. Подождал. Повторил манипуляцию у другой дыры. Покачал головой, выпрямляясь.

— И что? — не удержался Олег.

— Черт знает. Не могу утверждать с уверенностью, и, жалко, не проверил предыдущий тоннель, но, похоже, они оба — кольцевые!

— Это как? Червь же обычно прет по линиям равновеликих напряжений в гранитных пластах — так нам, вроде, объясняли! — запротестовал Олег, вспомнив подготовку к Мордийской экспедиции. — Пока не вырастает до предела деления. После чего закукливается и размножается! У него тоннели как у короеда — ничего прямого или кольцевого, сплошные загогулины…

— Так то обычный! — Энгар пожал плечами. — А здесь мы, похоже, имеем дело с новой разновидностью — Червь Мордийский Ангерранский. Или что-то вроде… Если, конечно, оно так и есть… Сюда вообще надо посылать отдельную экспедицию — чтобы со всем этим разобраться! Нам бы с тобой сейчас со своей задачей справиться… А то я и так начинаю опасаться — не уволокли ли они все на другой конец Купола: с них, похоже, станется! Мы прошли уже больше двух километров — а все еще явно находимся где-то на периферии их владений.

Олегу эта мысль не очень понравилась. Но что возразить на нее, он не нашел. И они еще какое-то время пробирались по то сужающемуся, то расширяющемуся, меняющему высоту и форму проходу, пока Энгар в очередной раз не остановился и не заявил категорически, что дальше открыто идти невозможно: следы крысюков впереди были слишком многочисленные и свежие.

В принципе, вариантов дальнейших действий было два. Либо вернуться, поскольку воевать с хозяевами этих подземелий не входило в их планы, либо все же продолжать идти вперед, но в режиме максимальной скрытности. Поразмыслив, Олег выбрал второй — позвонив предварительно Ермакову. Снаружи продолжалась все та же световая буря, и с выходом на поверхность можно было не торопиться.