Пока любит душа…
Шрифт:
$$$Они в делах тебе раскаяться судили. [101]
31. К полуострову Сирмиону [102]
$$$Всех полуостровов, всех островов зеница
$$$Ты, милый Сирмион, насколько средь озер
$$$Иль на морях их есть двоякого Нептуна [103]
$$$Тебя доволен так, так рад я увидать!
5. Едва мне верится, что с тинских и вифинских [104]
101
может раскаяться в своем поступке.
102
Это прелестное стихотворение написано вскорости по возвращении Катулла из Вифинии (56–55 гг. до Р. Х.), приблизительно единовременно (4). Из отцовского дома в Вероне поэт навестил свою сирмионскую виллу, которой он (стих. 12) состоял владельцем. Прелести Гардского озера и тишина домашнего приюта сказались в этой песне. Сирмион, ныне Sermione, узкая утесистая коса на южном берегу Гардского озера. Древние развалины императорских времен на северной ее оконечности до сих пор слывут виллой Катулла.
103
Бога озер и морей.
104
Тиния – имя области ближайшей к Босфору, слившейся в III веке до Р. Х. с Вифинией и сохранившей свое имя лишь у поэтов.
$$$Вернувшися полей, я вижу твой приют.
$$$О что отраднее покинутой заботы,
$$$Как бремя сняв с души, и путника трудом
$$$Измучась, мы идем опять к родному Лару,
10. Чтоб на желанную давно возлечь кровать.
$$$Вот это всех трудов единая награда.
$$$О здравствуй, Сирмион, владельцу будь же рад;
$$$Вы, волны озера сквозные, веселитесь:
$$$Все смейся, что в дому хохочущего есть. [105]
105
Какой неподдельной радостью звенит этот неожиданный стих, которому равного не скоро отыщешь.
32. К Ипсифилле [106]
$$$Пожалуйста, голубка Ипсифилла,
$$$Моя услада и моя ты прелесть,
$$$Ты прикажи к тебе придти мне в полдень.
$$$И если так велишь, то прикажи уж,
5. Чтоб на засов никто не запер двери,
$$$И ты сама уйти куда не вздумай;
$$$А оставайся дома и готовься,
$$$Чтоб девять раз тебя я обнял кряду.
$$$Но если так, приказывай немедля:
10. Так как я сыт и навзничь повалился,
106
Эта записка к Ипсифилле, несмотря на ласкательные выражения, явно показывает бесцеремонность, с которой поэт обращается к простой либертине. Время ее написания неизвестно.
$$$Туника мне и паллий даже узки.
34. К Диане [107]
$$$Мы под защитой Дианиной,
$$$Чистые девы и мальчики,
$$$Встретим Диану, мы чистые,
$$$Песнью благочестивой.
$$$
5. О Латония, [108] вышнего
$$$Дочь Громовержца великая,
$$$Ты, породила которую
$$$Мать под делосской оливой, [109]
107
Этот гимн к Диане, очевидно, написан, как и позднейшая песнь столетию Горация, по поводу торжества Дианы на Авентине 13-го августа или Дианы Nemorensis в Ариции; вероятно, в тот же день и предназначался для хорового пения целомудренных девочек и мальчиков. Отдельные строфы пелись теми и другими или попеременно или сообща.
108
Латония (Великая Диана), дочь вышнего Юпитера.
109
Латона, преследуемая ревностью Юноны, родила Диану на плавучем острове Делосе (в награду закрепленном на месте) – Одиссея 6, 162 – под пальмой; Каллимаха гимн. 4, 262 – под оливой.
$$$Чтобы была ты владычицей
$$$
10. Гор и лесов зеленеющих
$$$И по сокрытым ущелиям [110]
$$$Рек с громозвучной волною.
$$$Ты и Люцина томящимся, [111]
$$$Ты и Юнона родильницам,
15. Тривия [112] тоже, с заемным ты
$$$Светом зовешься Луною.
$$$
$$$Ты, в обращении месячном
$$$Меря теченье годичное,
$$$В закромы сельского пахаря
110
Жилище диких зверей.
111
Люцина – римское прозвание Юноны, как помощницы в родах придавалось и Диане, чем объясняется и последующий стих.
112
Тривия – периодическое исчезновение луны (олицетворенной Дианой) навело древних на мысль, что она в это время спускается в подземное царство, являясь таким образом тройственной владычицей неба, земли и Аида. В этом качестве выставляемая на перекрестках (trivium), она была Тривия. Уже Пармениду было известно, что луна заимствует свой свет от солнца.
20. Сыплешь и сбор нарочитый.
$$$
$$$Будь, под каким бы ты именем
$$$Ни пожелала, священною,
$$$И как издревле будь правнукам
$$$Ромула вечной защитой.
35. Приглашение Цэцилию [113]
$$$Нужному поэту, другу сердца, [114]
$$$Ты, письмо, Цэцилию скажи-ка,
$$$Чтоб в Верону прибыл он, покинув
$$$Стены Кома и Ларийский берег: [115]
113
Катулл приглашает своего друга, неизвестнаго нам поэта Цэциля, оставить свое Комо и бежать к Катуллу в Верону, чтобы услыхать какие-то неизвестные нам соображения Катулла. Стихотворение это написано не ранее 59 года.
114
Эпитет нежный (tener) придавался поэтам мелких любовных стихотворений.
115
Lacus Larius – Комское озеро.
5. Я желал бы, чтоб услышал мысли
$$$Своего и моего он друга. [116]
$$$Коль смышлен он, то пожрет дорогу,
$$$Хоть бы тысячью его молений
$$$Отзывала дева, обе руки
10. Наложив на шею, чтоб остался,
$$$Та, что ныне, если правду слышу,
$$$От любви к нему совсем изныла.
$$$Ибо с той поры, как прочитал он
$$$Начатую Диндимену, пламень [117]
15. Пожирает мозг в костях бедняжки.
116
Так шуточно Катулл называет самого себя.
117
Любезность по отношению к Цэцилию, согласно которой возлюбленная дева воспылала неотразимой страстью с той минуты, когда Цэцилий прочел ей начало своей поэмы Диндемены, матери богов Цибелы, чтимой на горе Диндиме во Фригии.
$$$Я тебе прощаю дева, Саффо
$$$Ты мудрее: очень уж изящно
$$$Мать богов стал воспевать Цэцилий.
36. К Анналам Волюзия [118]
$$$Аннал Волюзия, зловонное маранье [119]
$$$Исполни ты моей девицы обещанье;
$$$Венера слышала обет и Купидон:
$$$Что если буду я ей снова возвращен
5. И злой мой ямб искать не станет в ней предмета, [120]
118
Лезбия в шутку обещала, если случайно рассердившийся на нее Катулл снова с ней примирится, то она принесет в жертву пламени самые гадкие стихи сквернейшего поэта. Катулл, которому понравилась подобная затея Лезбии, примирившись с возлюбленной, просит богиню любви принять и разрешить этот обет, представляя в очистительную жертву анналы Волюзия. Этот плохой поэт, о котором как о цизальпинце, говорится в 95, 7 и следовательно земляке Катулла, нам более неизвестен, а подражал он, без сомнения, анналам Энния.
119
Резкое выражение вместо измаранная бумага.
120
Перестану оскорблять ее ямбами.
$$$То сочинение мерзейшего поэта
$$$Пожертвует она хромому богу в дар,
$$$Чтобы мучительный их охватил пожар.
$$$И думалось тогда девицей своенравной,
10. Что это был обет и милый, и забавный.
$$$О ты, что рождена морскою синевой,
$$$Кого Идалий чтит и Урион морской, [121]
$$$Чей Книд средь камышей любимый и Анкона, [122]
$$$Чей Аматунт, чья власть простерта до Голгона, [123]
121
Идалий – город на Кипре, как главное святилище Афродиты. Урион – на Апулийском берегу у подножия горы Гаргана.
122
Книд – дорийский город с тремя храмами Афродиты и со знаменитой статуей богини работы Праксителя, был окружен камышами, которые шли на трости для писания и на бумагу, папирус. Анкона, и поныне в северной части Адриатического моря, была известна и во время Ювенала храмом Венеры.
123
Аматунт – на южном берегу Кипра, нынешний Лимиссо, преимущественно римскими поэтами связывается с именем Венеры Аматузии. Голгост на том же острове.
15. И до Дуррахия, где Адрии притон, [124]
$$$Прими обет и будь тобой он разрешен,
$$$Коль нет безвкусного и пошлого в затее.
$$$А вы меж тем в огонь ступайте поскорее
$$$Мужиковатые, полны нечистоты,
$$$Аннал Волюзия, зловонные листы.
38. К Коринфицию [125]
$$$Плох, Корнифиций, стал Катулл твой и к тому же
$$$Ему, клянусь, совсем тошнехонько пришло
124
Дуррахий – ныне Дураццо против Брундизия на Иллирийском берегу, в качестве пути сообщения между Италией и Востоком, обзывается притоном или трактиром Адрии и, как такой притон торговых и проезжих людей, славился свободою нравов.
125
Можно допустить, что этот упрек другу Коринфицию, тождественному, быть может, с лирическим поэтом, упоминаемым Ovid. Trist. 2, 436, был написан во время последней болезни Катулла.
$$$И хуже с каждым днем и с каждым часом хуже.
$$$А ты, казалось бы, не очень тяжело,
5. И не обрадуешь словечком утешенья?
$$$Я злюсь. Ужель меня забыть тебе пришлось?
$$$Словцо участия отрадней, без сомненья,
$$$Всех симонидовских красноречивых слез. [126]
39. К Эгнатию [127]
$$$Эгнатий, белизну зубов своих являя,
$$$Век улыбается: к скамейке приступая [128]
$$$Судебной, где до слез защитник всех довел,
$$$Он улыбается; иль на костер набрел,
5. Где с воплем плачет мать единственного сына,
126
Слово слезы перевод заглавия Симонидовских песен печали: .
127
Это, несколько длинное в сравнении со своей сущностью, стихотворение обращено против щеголя Эгнатия, имевшего привычку всюду скалить свои белоснежные зубы и раздражавшего Катулла, как видно из пропущенного нами 37, своим ухаживанием за Лезбией.
128
К скамье подсудимых.