Чтение онлайн

Потом комбриг громогласно объявил, сделав в темноту приглашающий жест:

– Внимание, милитары! Разрешите представить вам господина Рамирова, который будет сопровождать вашу группу на задании.

Из "рейнджровера" выкарабкалась и приблизилась к нашему куцему строю чья-то неразборчивая фигура. Небольшого роста, за спиной виднеется уродливый вещмешок. Вместо приветствия фигура нервно кашлянула и смущенно кивнула - не то полковнику, не то нам, всем сразу.

– Но, мой полковник...
– начал было я.

– Имеется соответствующий приказ командования, - предупредил мой протест Калькута.

– Ну, елки-палки!
– в сердцах воскликнул я.

– Отставить разговорчики, лейтенант Бикофф!
– рявкнул бригадный. Дело в том, что господин Рамиров является...

В этот момент двигатели "джампа", наконец, недовольно взревели, словно жалуясь на свою нелегкую службу, и я лишился напрочь слухового восприятия. Оставалось только строить догадки, что за птица этот самый Рамиров, если уж он умудрился влезть в доверие к начальству за считанные часы до вылета на задание. Штатских давно уже не подпускали к милитарным делам на расстояние выстрела из гранатомета (хотя они всегда были не прочь сунуть в армию свой нос), а от Рамирова так и разило гражданским духом...

А что, если мне таким образом навязывают замаскированного под штатского Посредника? Подобные трюки, кажется, уже имели место на прошлогодних учениях... Ну да, и как это до меня сразу не дошло? Должен же кто-то оценивать наши действия от начала до конца!

Рев двигателей внезапно утих, и я расслышал окончание напутствия полковника:

– ...цветок вам в прорубь! По самолетам!

Самолет был, правда, всего один, да и то не самолет, а "джамп", но сути устаревшей команды это не меняло, и мы послушно двинулись гуськом по шаткой и скользкой стремянке в недра "борта". Калькута пожимал каждому на прощание руку, а меня еще и хлопнул отечески по плечу и зачем-то погрозил пальцем.

Моторы перешли на ультразвуковой свист, и мы пошли на взлет.

В "джампе" было сумрачно, тихо; пахло машинным маслом и горячим пластиком. Рамиров сидел на одной скамье с моими ребятами, но было заметно, что он - не из нашей команды. Ни по манерам, ни по телосложению...

"Как, интересно, он сможет за нами угнаться?
– с досадой подумал я. Совсем у начальства голова не работает. Придется теперь постоянно сбавлять темп из-за этой подсадной утки".

Тем не менее, я решил наладить контакт с новеньким, раз уж видел в нем нашего "опекуна". Поэтому, когда "джамп" лег на постоянный курс, я подсел к Рамирову и риторически спросил, протянув руку:

– Ну что, познакомимся поближе?
– При этом я едва удержался, чтобы не добавить "господин Посредник".
– Евгений Бикофф, командир группы...

– Фамилию мою вы знаете, а звать меня Ян, - буркнул в ответ он не очень-то приветливо.

Но я отступать не собирался:

– Разрешите представить вам остальной личный состав, сэр?

Рамиров поерзал на мягком сиденье.

– Не надо, - глухо сказал он, поочередно оглядывая ребят.
– Я и так вас всех знаю. Правда, пока только заочно...

Он помолчал, а потом, упершись взглядом в Плетку, сказал:

– Вот вы, наверное, Пшимаф Эсаулов, верно?

– Это не есть прафда, - обиделся Антон.
– Вы попадали не в бровь, а в глаз, господин Рамироф?..
– португеш. Меня зовут Антониу Флажелу, я есть стажер из Лижбоа, десантный академия.

Рамиров смутился.

– С планер-парашютом обращаться умеете?
– спросил я его, изо всех сил пытаясь не вставить в вопрос обидное в данном контексте словечко "хоть".

– Приходилось, - явно напуская на себя загадочность, проговорил Ян. И вообще, не беспокойтесь за меня, Евгений - можно я буду вас так называть? Хочу вас сразу предупредить: действуйте так, будто меня с вами нет!

Как же, ухмыльнулся мысленно я. Знаем мы ваши посреднические штучки! Попробуй не обращать на вас внимания, если вы буквально вынюхиваете наши недостатки и слабые места!..

В этот момент "джамп" тряхнуло, на панели загудел и замигал сигнал готовности к десантированию. Из кабины экипажа в салон вышел все еще чем-то недовольный борт-ассистент и раздал нам герметичные мешки с планер-парашютами. Потом обыденным движением, словно открывая дверь в соседнюю комнату, распахнул десантный люк и брюзгливо крикнул сквозь визг бешеного ветра:

– Пошла, десантура, с песней!

– Х-хут лак, - "щегольнул" своим "белорусско-английским" Ромпало и первым шагнул в ночное ничто.

По традиции я прыгнул последним, но с учетом своего веса и опыта рассчитывал оказаться на земле быстрее, чем Рамиров. Сиганул он как-то незаметно, будто его корова языком из салона "джампа" слизнула...

Однако, когда я опустился - если можно так сказать о падении с планер-парашютом - на землю, то различил силуэт Рамирова сидящим на большой кочке. Он даже успел сложить свой парашют в мешок. Я ожидал, что он вот-вот даст какую-нибудь замысловатую вводную, но Ян молчал. Словно глубоко задумался о чем-то. Словно обстановка и время были подходящими, чтобы посидеть и подумать о чем-нибудь сокровенном...

Я нацепил инфракрасные окуляры и огляделся.

Вокруг наличествовали поле, редкие кусты, а дальше начинался лес. Я достал компьютерный планшет и установил наше местонахождение на карте. Хм, почти точно в намеченном месте.

Нащупав на запястье радиокомпас, я "попищал" им, подавая условный сигнал сбора и одновременно свой пеленг. Все шло по плану. Пока ребята подтягивались с разных концов поля, я успел сложить и дезинтегрировать свой и рамировский планер-парашюты, да это и не требовало особых усилий: специальная ткань была "запрограммирована" еще при изготовлении так, что под воздействием электромагнитных колебаний определенной частоты распадалась на молекулы, практически не оставляя следа.

Вскоре в сборе были все, за исключением Саши Глазова, который запропастился неизвестно куда. Пришлось искать его с помощью чудо-планшета, который мог воспринимать сигналы специального датчика, имевшегося в личном медальоне каждого милитара.

Мы нашли Глазова на опушке леса. Оказывается, при приземлении он умудрился удариться об одинокий пень, и сейчас корчился от боли, держась за ногу. Я быстро осмотрел Сашу. Заурядный перелом голени, но в нашем положении это было все равно, что смерть...

Как истинный офицер я сначала выругался, а потом стал перебирать в уме возможные варианты решения. Каюсь, в глубине души я ожидал, что Рамиров посочувствует нам и распорядится считать Глазова убитым, но он только сказал:

– Что ж вы стоите, парни? Шину надо накладывать.

Ясно. Посредник решил над нами поизмываться, подумал я и приказал:

– Ромпало, продемонстрируй, как следует оказывать первую помощь при переломе нижних конечностей!

– Эх, земеля, - сетовал ефрейтор-мор, прилаживая Глазову шину "с заморозкой" из стандартного медицинского пакета, - учили тебя прыгать, да, видать, мало учили...