Чтение онлайн

– Почему вы, парни, не можете, блять, вместе работать? Мое собственное агентство не должно мне препятствовать, Донован.

Он откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, его лицо было бесстрастным.

– Мне за это не платят.

– Ты только что убил в себе моего кумира, чувак. Я не могу поверить, что ты такой же раб системы, как и все мы, придурки, - торжественно покачал я головой.

– Иди на хер отсюда и делай свою работу, Судья, - сказал он хрипло, но в его тоне присутствовало веселье, а в глазах – смех.

Я сгреб папку с информацией и подошел к двери.

– Месяц, Донован. И я оставлю свой гребаный телефон в сейфе, - крикнул я через плечо, прежде чем выйти из зала.

Я бесшумно скользил по коридору отеля «Рафаэлло Хотел» в Риме. Моей целью был 501 номер, верхний этаж, с окнами, выходящими на другое здание.

Это заняло три гребаных дня после прибытия в Рим, но наконец-то я вышел на след Цапли в этом отеле. Я потратил еще два дня, проследив за его передвижениями, выжидая лучшее время, чтобы захватить его и сбежать. В один прекрасный момент я отослал агента-хорька из другого отдела назад домой. Я был не настолько глуп, чтобы рассчитывать, что больше никого нет, и, полагаю, мне придется еще столкнуться с другими.

Я становился все более нетерпеливым в связи с этим заданием. Покинув агентство после встречи с Донованом и Колином, я вернулся домой, чтобы увидеть жену. К моему удивлению, Иви бодрствовала и паковала свой чемодан.

– Я получила звонок насчет Рембрандта, которого пыталась приобрести. Это в Порт-Элизабет, - сообщила мне она, выражение ее лица настораживало, а тон был полон извинений. 

Я подошел к ней и притянул в свои объятия, крепко целуя. 

– Один из моих клиентов нарушил условие чертового контракта, и мне нужно уехать в Бразилию, чтобы все уладить. 

Она крепко обхватила меня за талию и обняла, её щека покоилась на моей груди. 

– Такая уж мы перелетная пара, - грустно пробормотала она. 

Приподняв её подбородок пальцем, я оставил мягкий поцелуй на носике, потом другой на сладких губах. 

– Я беру месяц отпуска после этой поездки. Как насчет того, чтобы мы вернулись на Фиджи? 

Лицо Иви засияло, как рождественская елка. 

– Правда? – восторженно спросила она. 

– Правда, детка. Никаких телефонов, никакого интернета, только ты и я, - я погладил рукой её живот, - и ребенок, которого я зачну внутри тебя. – Я подмигнул, и она засмеялась, прижимаясь ко мне теснее, чем прежде. 

Достигнув нужной комнаты, я оттолкнул эмоции, вызванные воспоминаниями. Мне нужно сосредоточиться. Расстегнув наплечную кобуру, я достал свой М9 и приложил ухо к двери. Тишина меня не удивила, была середина дня, и я знал, что сейчас Цапля спит, чтобы бодрствовать ночью. Я не был уверен, почему этот идиот решил, что дневной свет имеет хоть какое-то значение.

Я подергал ручку, потому что, ну, вы никогда не угадаете с этими говнюками. Она была заперта, но движение двери указывало, что он запер её не намертво. Вместо того, чтобы пнуть дверь и наделать шуму, я засунул свой пистолет за пояс, присел перед ней и взглянул на замок. Щелчок зажима был необычайно громким в окружающей тишине.

Достав своё оружие, я медленно толкнул дверь, мысленно благодаря хорошо смазанные петли. Направив пистолет перед собой, я переступил порог и окинул комнату взглядом, только чтобы обнаружить пустую кровать. Я услышал шорох в ванной и отступил назад к стене, стараясь слиться с тенью настолько, насколько это было возможно.

Цапля вышел из ванной в одном полотенце, и я закатил свои глаза к небесам. Я действительно не хотел бы захватить этого парня без одежды. Ситуации, вроде этой, никогда не заканчивались для меня хорошо, учитывая, что обычно мне приходилось бить цель головой об пол, чтобы захватить. По-видимому, Леди Удача была со мной, потому что Цапля, кажется, не был склонен ходить нагишом, и не заметил моё присутствие, так как пошел одеваться. Если всё, что я должен был сделать, - это увидеть его отвисшую белую задницу, то я выполнил миссию.

После того, как он надел джинсы и рубашку, но прежде чем успел обуться, я вышел из своего укрытия и быстро подкрался к нему сзади. Он смотрел в окно, на что-то щурясь, и даже не заметил моего приближения, пока не почувствовал холодную сталь моей Беретты, прижатой к шее.

– Как ты смотришь на то, что мы пропустим драку и сразу перейдем к той части, где ты сдаешься, и я тащу твою задницу отсюда?

Иви

– Ты иди, - я едва моргнула в подтверждении заказа на убийство, когда он донесся до моего уха. Я не удивилась, даже при том, что моей целью технически был гражданский. Оставить Цаплю в живых – это риск, на который мой босс не мог пойти, ведь проработав пять лет в агентстве, он имел доступ к секретной информации. Мужчина прибыл в мою страну для защиты и оказался между молотом и наковальней, потому что он занял неудачную позицию, стратегически используемый нашим правительством, и это объясняет его предательские намерения. Он сам согласился вступить в это смертельную борьбу, собственно, как и я.

 Восемь лет назад я ни за что не ожидала бы обнаружить себя там, где сейчас нахожусь, лежа на животе на крыше одного из офисных зданий в полтора тысячах ярдов (1371,6 м) от отеля «Рафаэлло» в Риме, со своей 338 Лапуа Магнум, нацеленной на окно номера моей цели. Я сопротивлялась попыткам ЦРУ завербовать меня в колледже. С моей с трудом заработанной степенью бакалавра в области истории искусств на руках, я планировала пойти в аспирантуру.

 Моей целью было стать куратором одного из лучших музеев в мире. Лувр, Гуггенхайм, Тейт, Мет (Прим.: сокращенное название музея «Метрополитен») – мои мечтательные запросы были высоки, но я была уверена, что смогу достичь всего, если приложу достаточно усилий. Этот образ мыслей мне привил отец, но в мгновение ока с моих глаз спала пелена невинности, когда он не приехал на мой выпускной. До того момента, насколько я помнила, он и я были вдвоем против всего мира, вплоть до появления его старого врага со дней службы в «Морских котиках», восставшего словно из пепла прошлого, чтобы хладнокровно его убить.

 Когда на следующий день в мою дверь постучал вербовщик агентства с секретным досье на мудака, который забрал у меня папу, я подписалась над пунктирной линией. Не задавая никаких вопросов. Чтобы отомстить за его смерть, я продала свою душу дьяволу и никогда не оглядывалась назад. Я использовала навыки моего отца и его приятелей из «Морских котиков», показавших мне, как выследить человека, который был ответственен за его смерть. Все эти годы уроков стрельбы, поездок на охоту и полос препятствий пошли на пользу. За это время я заработала многочисленный награды за стрельбу, но до того дня никогда не направляла оружие на человека. Это было моё первое убийство, но далеко не последнее. Я превзошла способностями своего рекрута и перешла в отдел, управляющий миссиями, настолько тайный, что у нас даже не было имен. Они использовали мои годы обучения боевым искусствам и владению оружием и оттачивали их, пока я не стала абсолютным оружием. Скарлетт – ассасин (Прим.: мистический тайный убийца), на её счету убийств больше, чем у любого человека в агентстве, хотя и не существовало официального списка моих жертв.