Чтение онлайн

— За Паоло будут присматривать, — сказал Альто и откинулся на спинку стула. — Надеюсь, теперь мы сможем покончить с этой неприятностью.

Я хотел свой фунт плоти Паоло, но этому не суждено было случиться. По крайней мере, не сейчас. Чего я так отчаянно хотел, так это сказать ему, что альянс расторгнут, свадьба Деклана и Гайи отменяется, а затем перестрелять всех до единого ублюдков в этой комнате, но я больше не был просто монстром О'Рурка, я был главой ирландской мафии в этом городе. Бреннан был никем, и все это знали. Мои действия должны были быть стратегическими. Этот гнев был для меня в новинку, и я должен был справиться с ним. Я не мог позволить ему управлять мной. Война прямо сейчас была бы вредна для всех нас, включая Софию.

Поэтому вместо того, чтобы вытащить пистолет, я махнул своим людям вперед. Моим единственным выходом было забрать приз Альто за примирение.

Они шагнули вперед, схватили Уолтера и его хнычущего друга и потащили их из клуба. Затем я вышел, Дек и Конор последовали за мной.

— Отвези их на склад, — сказал я и сел в свою машину.

Три часа спустя я возвращался в дом.

Дэнни поднялся со стула в гостиной. Его рука была забинтована и висела на перевязи. Он выглядел бледным.

— Иди домой. У меня здесь все под контролем.

Он кивнул.

— Все улажено? — Он посмотрел на брызги крови на моей белой рубашке.

Я быстро ввел его в курс дела, все время желая проведать Софию. С тех пор, как я ушёл отсюда, у меня внутри был какой-то узел, это чувство срочного возвращения домой. Но я не мог видеть ее такой. Сначала мне нужно было принять душ. Я не слишком любезно обошелся с Уолтером или его другом, еще одним последователем Паоло, чтобы получить необходимую мне информацию, и все пошло наперекосяк.

Уолтер подтвердил одержимость Паоло моей женой, что он хотел занять место Альто, а затем умолял сохранить ему жизнь, прежде чем я, наконец, застрелил его.

Дэнни ушел, а я взлетел по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз. Когда я вошёл, в спальне было темно, София лежала на кровати, как маленький комочек. Прикроватная лампа включилась прежде, чем я успел дойти до ванной, и она села. Подушки, которые я положил вокруг нее, были разбросаны, и я быстро осмотрел ее тело на предмет повреждений.

— Ты ушел, — сказала она с обвинением в голосе.

— Мне нужно было кое-что уладить. Здесь был Дэнни.

Ее пристальный взгляд скользнул по мне, изучая с головы до ног.

— Ты выглядишь по-другому. Что случилось?

— Тебе не о чем беспокоиться. Просто знай, что теперь ты в безопасности.

Она откинула одеяло и встала с кровати, ее пристальный взгляд искал мой с большей смелостью, чем у нее когда-либо было, когда она сократила расстояние между нами. Она оглядела меня, увидела кровь на моей шее, на рубашке, и она побледнела.

— Что ты сделал?

— София…

— Ты кого-то убил.

Она немедленно попыталась отступить, убежать от меня, и что-то внутри меня оборвалось. Я схватил ее за запястье и притянул к себе спиной, так близко, что наши тела были тесно прижаты.

— Да, я убил кое-кого. Уолтера и еще одного человека Паоло. Это они стреляли в нас сегодня вечером. Я привел их на свой склад, я бил их, пытал, потом выстрелил им обоим между глаз, и я ничего не почувствовал, милая, ни единой гребаной вещи. Они заслуживали смерти. Они чуть не убили тебя. Если бы те первые два выстрела были хоть на дюйм ближе, ты была бы сейчас мертва. — Ее глаза стали огромными. Она боялась, боялась меня, и мне захотелось зарычать, когда она снова попыталась отстраниться от меня.

В ее глазах заблестели слезы.

— Шеймус действительно превратил тебя в монстра, не так ли?

Я тяжело дышал, когда ее слова стрелой пронзили меня, режа все сильнее.

— Да, — сказал я, не утруждая себя тем, чтобы притворяться кем-то другим, не в этот раз. Все, что ей нужно было сделать, это посмотреть мне в глаза, чтобы увидеть правду. — Ты боишься?

— Да, — ответила она, ее грудь быстро поднималась и опускалась в такт прерывистому дыханию.

Она моргнула, и слеза скатилась по ее щеке, ее тело задрожало, но она не попыталась снова отстраниться, нет, она прижалась ко мне, становясь ближе. Мой член был тверд как сталь, моя потребность в ней стала шире. Я смахнул ее слезинку и пососал ее с большого пальца, желая попробовать на вкус каждую частичку ее тела.

— Ты промокла, любимая?

Ее губы задрожали, и еще одна слеза скатилась по лицу.

— Да.

На этот раз я наклонился и поймал её.

— Неужели твое сердце сделано из камня, Киллиан? Ты действительно ничего не чувствуешь?

Я оторвал ее от земли, и ее ноги обхватили меня.

— Честно говоря, я больше ничего не знаю. С тех пор, как я встретил тебя, что-то изменилось. — Я запустил пальцы в ее волосы и накрыл ее рот своим. Я поцеловал ее так сильно и глубоко, что она захныкала напротив моего рта, ее ногти впились в мои плечи. Но на этот раз остановиться было невозможно. Я не позволял ей отдаляться от меня, ни в коем случае. Я собирался владеть каждой частичкой ее, и я собирался делать это сам. Никакой игры, никакого притворства, чтобы быть тем, кем, как я думал, она хотела, я собирался сказать ей правду.

Я подошел к кровати и положил ее, затем сорвал с себя окровавленную рубашку и отбросил ее в сторону. Я стянул с нее пижамный топ через голову и сорвал с ее ног пижамные шорты и нижнее белье. Она лежала там, бледная и маленькая, в лунном свете, и выглядела такой чертовски уязвимой, что мне пришлось сделать отчаянный вдох, чтобы сдержаться. Вид ее в таком состоянии вызвал у меня боль под ребрами.

— У тебя вставал так сильно, когда ты все время смотрел, как я сплю, в моей квартире? — прошептала она.

Моя грудь резко вздулась.

— Да.

— А когда ты лег со мной в постель,…ты хотел меня трахнуть? — Ее щеки потемнели, когда она это сказала.

— Да, — прохрипел я. Она дышала тяжелее, ее идеальные круглые сиськи тряслись с каждым прерывистым вдохом. — Иногда ночами, когда ты металась и кричала во сне, я забирался к тебе на кровать и обнимал тебя, почти теряя контроль.

Ее глаза расширились.

— Но ты этого не сделал. — Она вцепилась в одеяло, но не пыталась вырваться.

— Каждый раз, когда я был рядом с тобой, я едва сдерживался, чтобы не забрать то, что принадлежало мне.

Я снял с себя остальную одежду и забрался на нее. Она задрожала подо мной, когда я провел тыльной стороной пальцев по ее горячим щекам.

— Ты знаешь, что я собираюсь сделать, не так ли, София?

Она кивнула, и я снова завладел ее ртом, чертовски владея им, поддаваясь сводящей с ума потребности, которую я испытывал к ней, которая была такой чертовски грубой и дикой, что ее было невозможно остановить. Потребность, которая за последние двенадцать месяцев стала сама по себе чудовищной. Я хотел брать. Я хотел услышать, как она выкрикивает мое имя. Я хотел трахнуть ее так сильно, чтобы этот гребаный дом затрясся.