Чтение онлайн

– А вот для того, чтобы ты не скучала, малышка, я привёз тебе целую коробку книжек с цветными картинками, как ты любишь, – он протянул руку и выудил из открытой коробки одну из книг, старательно уходя от разговора о супруге.

– Ой, какая красота! – восторг девочки был столь неподдельным, что Райтон невольно улыбнулся, Лайла в отличие от матери была искренней и честной, и он всей душой надеялся, что такой она и останется навсегда. – Вот только как же я пойму о чём в них написано? Здесь же вместо букв закорючки какие-то на непонятном языке.

– На этом языке говорят в османской империи, помнишь я тебе как-то рассказывал о ней?

– Помню. Ты ещё говорил, что хорошо знаешь этот язык, научишь меня?

– Нет, солнышко, боюсь, что не обладаю достаточными навыками, чтобы заняться твоим обучением, – и улыбнувшись глядя на кислую физиономию дочери, продолжил, – но, у меня есть идея, как справиться с проблемой. Я подыщу тебе гувернантку, владеющую тюркским и арабским языками, которая сможет обучить им и тебя.

– И тогда, когда я вырасту, ты отвезёшь меня в твой любимый Стамбул?

– Отвезу, родная, обещаю. А теперь, марш домой, я ужасно устал с дороги.

Словно почувствовав что-то, перед тем как войти в дом, он бросил взгляд на одно из окон на втором этаже, возле которого застыла Мирабель. Ему была неизвестна причина, по которой она зачастила в последнее время в поместье, но его, признаться, её визиты начинали порядком раздражать, пора было положить им конец.

Игнорируя её приветствие, он резко отвернулся и вошёл в дом.

– Кэндис, безрукая дура, ты опять плохо вытряхнула мою юбку! Вот, погляди, на подоле застыли комочки грязи с прошлого воскресенья! По-твоему, это сможет добавить мне привлекательности? Делай что хочешь, но, чтобы через четверть часа юбка была как новая!

– Слушаюсь, миледи…

С этой фразы начиналось почти каждое утро. Я просыпалась под истошные крики своих кузин, которые казалось получали удовольствие почём зря третируя слуг.

Будучи дочерями младшего брата лорда Каслуотера, уделом которого был небольшой приход в Дербишире, им с детства приходилось вести умеренный образ жизни откладывая каждый пенни на "чёрный день", который наступил-таки в тот злополучный день, когда запряжённая двумя кобылами коляска с сидевшими в ней викарием и его женой внезапно понесла, и слетела в глубокий овраг, оставив двух юных девиц без крова и средств к дальнейшему существованию. Но, как же всё-таки удачно вышло, что о трагедии узнал старший брат, единственная дочь и наследница которого пропала без вести более десяти с лишним лет назад. Он вместе с супругой приняли девушек в своём доме и взяли на себя все расходы по их дальнейшему воспитанию и содержанию.

Постепенно освоившись, старшая Аврора и младшая Луиза почувствовали вкус к роскошной жизни, которая как подарок с небес неожиданно обрушилась на них. Не нужно было больше экономить на одежде и побрякушках, для них были открыты двери лучших домов графства, а самые завидные женихи, прослышав о довольно приличном приданом, которое обещал за каждой из девиц добрый дядюшка, приглашали их на все танцы, заполняя бальные карточки до отказа.

Это и многое другое я узнала благодаря болтливости Коры, девушки, которой было поручено следить за тем, чтобы я получала всё самое необходимое и не тревожила по пустякам почтенное общество.

А всё началось с того, что в день прибытия я выразила возмущение тем, что мне не позволили принять ванну и постелили не слишком свежее постельное бельё. Откуда же мне было знать, что во всей этой хвалёной Европе, кичащейся своей цивилизованностью, не принято было мыться чаще двух-трёх раз в год из риска подхватить через воду какую-нибудь заразу?

О, Всевышний! Как же объяснить этим людям, что подхватить болезнь они рискуют не из-за воды, а скорее от её отсутствия?

Испытывая ужасный дискомфорт во время путешествия, во время которого мне приходилось при сложившихся обстоятельствах мириться со многими неудобствами, теперь же, в доме своей матери, этого терпеть я была не намерена. Видя, что никто из прислуги даже не пытается мне помочь, я демонстративно спустилась вниз и, попросив у удивлённо застывшей поварихи ведро, сама в несколько заходов натаскала воды из колодца для того, чтобы наконец-то смыть с себя пыль и грязь от длительной дороги. К сожалению, нагреть воду самостоятельно, у меня не было возможности, пришлось стуча зубами от холода мыться ледяной водой, зато, Кора, видя мои мучения, смогла незаметно принести из кладовой душистое мыло и скребок, валяющиеся там без дела, с помощью которых удалось привести себя во вполне человеческий вид, чему я была несказанно рада.

Отмывшись и впервые за долгое время чувствуя себя почти счастливой, несмотря на боли в руках и спине появившихся после непривычного физического труда, я, завернувшись в поданную девушкой ткань, собиралась нырнуть в постель, чтобы попытаться хоть как-то согреться, когда моё внимание привлекли несколько странных буро-жёлтых пятен на простыне. Сжавшись от отвращения, я стянула всё постельное бельё на пол и попросила его заменить, на что экономка с каменным выражением лица ответила, что подчиняется приказам исключительно своей хозяйки и, если меня что-то не устраивает, то мне следует обращаться напрямую к ней. Я и обратилась. Для этого, мне пришлось за неимением иной, натянуть сменную мужскую одежду и отправиться разыскивать покои её милости баронессы.

Несмотря на жуткий осенний холод, в целях экономии, комнаты до наступления зимы не отапливали и, признаюсь, пока я добралась до нужной мне комнаты, я успела прилично замерзнуть.

Поджав губы и с таким видом, будто залпом выпила бутыль сока незрелого винограда, называемого у нас "аб гора", бабушка, не проронив ни слова недовольно окинула меня взглядом с головы до ног, выслушала мою жалобу, а затем развернувшись собралась захлопнуть дверь перед самым моим носом, когда неожиданно передумала. Наверное, испугалась, что я выполню угрозу и покину их дом для того, чтобы на каждом шагу начать рассказывать о позоре, который навлекла на столь достопочтенное семейство блудная дочь.

Заметив маячившую в коридоре фигурку Коры, бабушка велела ей принести всё, что может мне понадобиться и, с чувством выполненного долга, закрыла дверь.

Эта победа досталась непросто, но она придала мне сил и, в последующие дни, если мне что-нибудь становилось необходимо, я обращалась уже не к хозяйке, а к Коре, которая своим желанием услужить чем-то напоминала мне Марал, по которой я очень тосковала.

Как оказалось, причиной подобного поведения молоденькой служанки стало то, что её тётушка служила в этом доме ещё при рождении моей мамы и была её кормилицей. Кора с детства много хорошего слышала о юной леди Вайолет и потому очень старалась быть полезной её дочери. Именно благодаря ей воду для моего омовения стали ежедневно приносить двое работников, которые прежде чем наполнить лохань, нагревали её на кухне. Разумеется, во избежание лишних разговоров я не могла этого делать в отведённой мне комнате, поэтому добрые слуги выделили мне небольшой закуток возле кладовой, где я и могла незаметно для домашних следить за личной гигиеной.

Мне трудно было понять нерадушное поведение своей родни, пока слуги однажды не объяснили мне в чём его причина. Оказывается, в лучших английских домах не приветствовалась нежность по отношению к собственным детям. Сразу же после рождения младенцы передавались кормилицам, которые и заботились о них в поместье, в то время как выполнившие свой "долг" родители получали возможность расслабиться и отдохнуть, уехав на весь сезон в Лондон, где не пропускали ни одного бала веселясь, как в последний раз. Случалось, что порой дети получали возможность увидеть родителей лишь в день собственного совершеннолетия, всё это время находясь под наблюдением слуг и специально нанятых для них гувернеров и гувернанток, занимающихся их обучением и старающихся максимально восполнить недостаток родительского внимания.

По сути, в гареме было то же самое, хотя и не совсем так. Да, за детьми приглядывали приставленные к ним нянюшки и мамушки, но при этом дети всегда имели возможность видеться и с отцом и матерью, которые принимали непосредственное участие в их судьбе. И, даже мой покойный отец, у которого было множество сыновей и дочерей, рождённых от разных наложниц, всегда уделял своё время каждому из нас, не позволяя чувствовать себя обделёнными.

Впрочем, та жизнь осталась далеко позади и мне пора бы уже давно перестать считать себя принцессой и научиться стойко принимать все удары судьбы, а их, как бы это печально не звучало, оказалось немало, и очередной я получила тогда, когда мне строго-настрого запретили покидать пределы комнаты в те часы, когда в дом с визитами приезжали гости. Исключалась любая возможность попасться на глаза даже прислуге визитеров, которая как известно была падка на сплетни и вполне могла выдать тщательно скрываемую Каслуотерами тайну.