Чтение онлайн

Не сводя с меня глаз, она подносит ложку ко рту, и, быть может, дело в ее внимательном взгляде или свободной манере общаться, но я вдруг с легкостью выбалтываю все о своих последних неделях: об интервью с Кристиной Аткинс и моменте, когда в офисе Бремера я узнала, что Кристина отозвала разрешение на публикацию. И о том, что меня до сих пор грызет незнание, что именно пошло не так.

Несмотря на то, что людей вокруг нас стало еще больше – некоторые со стаканами в руках даже стоят между столиками – Айрин не отвлекается и с любопытством меня слушает. Только когда Сиенна подходит забрать у нас посуду, она быстро поднимает голову, чтобы поблагодарить ее за еду.

– Мне не кажется, что это из-за твоего интервью, – произносит она наконец. – Наверняка она просто-напросто испугалась собственной храбрости. Если кто-то так долго прятался от посторонних глаз…

– Скорее всего. – Я покрутила в руках свой бокал и допила остатки пива, после чего сделала глубокий вдох. – И это было бы нормально, мне просто хотелось, чтобы…

Неожиданно кто-то начинает аплодировать, нарастает нетерпеливый шум. Я заинтересованно вытягиваю шею. Перед нашим столом стоят несколько человек и загораживают мне обзор. Айрин, которая тоже села прямее, показывает на наши стаканы:

– Еще по одному за мой счет.

– Нет, прекрати, – возражаю я. – Я заплачу. Считай это благодарностью за то, что поделилась со мной своей едой.

Я подхватываю наши стаканы и встаю, намереваясь пролезть между плотно стоящими людьми, когда раздаются первые аккорды гитары. Одновременно с этим кто-то начинает петь, и я замираю. Этот голос. Я его знаю. Мягкий и вместе с тем немного хриплый, он разливается между рядами посетителей, нежное звучание струн аккомпанирует его глубокому тембру, и невольно я снова сажусь. Это же…

Я бросаю взгляд на Айрин, которая склоняет голову на бок и кивает в сторону маленькой сцены:

– Если хочешь его увидеть, боюсь, тебе придется приложить усилия. Я подожду тебя здесь.

Не говоря ни слова, ставлю стаканы обратно на стол и начинаю пробираться между скрещенными руками, твердыми плечами и острыми локтями до тех пор, пока не оказываюсь почти перед широкой сценой. Рояль, накрытый черной тканью, все еще стоит на ней, но в самом центре на высоком табурете и с акустической гитарой в руках сидит Кьер.

Песня одновременно печальная и тоскливая, темный голос Кьера идеально к ней подходит, и на долю секунды мое сердце пропускает удар, когда его серебристо-серые глаза находят мои. Он выглядит… грустным? Кажется, музыка оставляет на нем свой отпечаток.

Наш зрительный контакт длится всего пару секунд, после чего он поворачивает голову и смотрит на других женщин, которые с обожанием вздыхают по нему и покачиваются в такт музыке. Когда песня заканчивается, он коротко им улыбается, а его тонкие пальцы уже начинают наигрывать следующую мелодию.

Я, как девочка-школьница на концерте любимой группы, стою так еще две песни, прежде чем призываю себя одуматься и с тихими извинениями возвращаюсь обратно к Айрин. Той как-то удалось организовать нам еще два «Гиннеса», не упустив при этом наш столик.

– Ну? – В ее голосе слышится добродушная ирония. – Влюбилась?

– Что, прости? – обескураженно уставилась на нее я.

– Да все нормально, – усмехается она. – Кьер так влияет на женщин. Особенно, если застает кого-то врасплох. – Она придвигает мне бокал с пивом. – Будь там поаккуратнее на своем острове.

– А с чем именно мне нужно быть аккуратнее? – переспрашиваю самым нейтральным тоном, на которой способна в данный момент. Врасплох. Мои мечты, что, на лице у меня написаны?

– Ну. Шесть месяцев одиночества… и регулярно видеть рядом именно такого, как Кьер. Можно проявить слабость. – Она мне подмигивает. – Только не позволяй разбить тебе сердце.

– Об этом не беспокойся, – смело заявляю я. – В мои планы не входит заводить с кем-то отношения. В первую очередь я тут ради работы и чтобы прочистить голову. Время на маяке будет для меня своего рода отшельничеством.

Айрин с понимающей ухмылочкой потягивает свое пиво.

– Но можешь иногда меня навещать, если захочешь, – добавляю я, не до конца уверенная, не слишком ли смелый это шаг. – В смысле, если тебе будет позволять работа.

– С радостью. – Ее улыбка становится шире, а я счастлива, что мы ушли от темы Кьера. Насколько меня сбивают с толку чувства, которые пробуждает один лишь его голос, настолько же сильная во мне возникает решимость их игнорировать. Я не намерена вешаться на каждого хоть сколько-нибудь симпатичного парня, которого встречу.

Даже на очень симпатичного.

Ай, да пошло оно все, даже из-за парня вроде Кьера я такой не стану, при том что он гораздо больше, чем очень хорош собой. Он… он…

– Лив? – долетает до меня голос Айрин. Судя по громкости, она уже не первый раз меня зовет.

– Извини, что ты сказала?

– Не хочешь теперь виски?

Я задумываюсь только на одно мгновение и соглашаюсь. Мне же хотелось типично ирландского начала путешествия, так вот виски идеально дополнит рагу и «Гиннесс».

Пока Айрин удаляется к барной стойке, я не могу сопротивляться и позволяю голосу Кьера вновь меня околдовать. Аплодисменты между композициями сейчас стали громче, отчетливо слышны веселые женские голоса.

Я как раз допила последний глоток «Гиннесса», как снова появилась Айрин.

– Уфф, сегодня как-то непривычно много народу. – Она протягивает мне виски и поднимает свой стакан, чтобы со мной чокнуться. – Sl'ainte! [5] За твою будущую островную жизнь!

Звук сталкивающихся стеклянных стаканов тонет в окружающем нас звуковом фоне.

– Скажи… – После первых двух глотков приятное дымное жжение виски перебивает привкус пива во рту. – А ты близко знакома с Кьером?

В глазах Айрин сверкнули искорки, и она, широко улыбаясь, наклоняется ко мне через стол. А я, внезапно смутившись, сосредотачиваю внимание на медового цвета жидкости в своем бокале.

– Я серьезно, Лив. – Вопреки собственным словам, Айрин выглядит так, словно еле сдерживается, чтобы не расхохотаться. – Узнать Кьера поближе легко. Но узнать его настоящего – невозможно.