Чтение онлайн

Арсений поперхнулся.

– Речь же о невесте шла, – напомнил он, подразумевая, что статус «невеста» еще подразумевает наличие пути отступления. А вот «жена» это уже как-то серьезно…

–Женой, – непреклонно заявил белобрысый ангел и ловко спрыгнул обратно на каток. – Я тебя найду!

Как только нагловатый пацаненок скользнул прочь, Арсений виновато покосился на дочь. Даня выглядела вполне спокойно.

– Он совсем ту-ту? – скептически уточнила она, наблюдая за изящным скольжением Якова.

В его движениях появилась некая проказливость. Похоже, у мальчишки внезапно улучшилось настроение.

– Все может быть, – с крайней серьезностью согласился Арсений и, бросив последний взгляд на энергичную мальчишечью фигурку, последовал за дочерью.

– Давай еще погуляем? – Даня с надеждой заглянула ему в лицо. – Не хочу домой.

– Мы ведь за книгами сначала зайдем. Куплю тебе в подарок. А потом, ничего не поделаешь, придется вернуться. Встретим Новый год… семьей. – Арсений грустно вздохнул, а потом внезапно крепко обнял дочь. – Помни, Дань, папа любит тебя. И сегодня, в новогоднюю ночь, загадает желание. Ты обязательно будешь самой счастливой на свете...

Регина не могла поверить своим ушам. Раскрыв рот, она прислушивалась к словам своего дорогого Сашеньки и чувствовала, как постепенно проседает пол - уходит прямо из-под ног, рушится в темные глубины адских впадин и крошится в серый пепел.

– А ну-ка, повтори, - процедила она сквозь зубы.

Вообще-то ее внутреннее существо было намного нежнее и ранимее и, конечно же, совершенно отличалось от внешнего вида и поведения. Многие ей на этот контраст тонко намекали, так как говорить прямо в лицо было чревато.

– Ты уволена, - холодно повторил Саша, нервно огладив трехдневную щетину.
– Василий Иванович попросил меня передать тебе это.

– Атвой дядябольше ничего не просил передать?
– Регина скрестила на груди руки и испытующе глянула на своего названого парня.
– Например, объяснить причину такого неожиданного решения?

– Не просил.
– Саша пожал плечами и облокотился на перила.

Они стояли на четвертом этаже комплекса, помещения которого только-только начали сдавать в аренду. Предполагалось, что здание станет новым культурным центром. А пока помещение на верхнем этаже Регина с разрешения арендодателя, - кстати, еще одного родственника Саши, - использовала как зал для собственных тренировок и репетиций.

– В чем дело?
– Регина громко выдохнула и всплеснула руками, отчего края ее майки, больше похожей на палантин из маленьких сшитых между собой тряпочек, вспорхнули ввысь, словно разодранные крылья.
– Как можно просто так взять и выпереть меня из труппы?

– Я попросил его.
– Саша был невозмутим.

– Чего?
– У Регины глаза округлились.
– Ты?..

– Ага.
– Мужчина цокнул языком и почесал шею.
– Ты стала просто невыносимой. От тебя одной шума больше, чем от переполненного аэропорта. И тебя… слишком много.

– Что за бред?

– Короче, ты мне мешаешь.

– Все от того, что я тебе разок высказала?
– Регина усмехнулась.
– Браток, если помнишь, из нас двоих налево потянуло тебя. Ты изменяешь, а мне и возмутиться нельзя?

– Слушай, Горская, ты раздражаешь. Меня уже выворачивает от твоего мельтешащего образа жизни.

– Мельтешащего? Да я тебе ужин каждый вечер готовила и дома всегда с распростертыми объятиями ждала! После своего, как ты говоришь, «мельтешения» успевала и о тебе заботиться!

– Горская, не начинай. Говорю,тебяслишком много. Ты как карусель, которая ни хрена не тормозит. И понятное дело, вскоре от нее тошнить начинает. Вот я и стал искать себе понадежнее бабу.

– Не понадежнее, - передразнила его Регина.
– А поспокойнее.

– К черту уточнения. В общем, вещи от тебя я уже вывез.

– Ладно… - Регина начала бить мыском кроссовка по полу.
– Я баба, слетевшая с катушек, или даже совсем без катушек. Но скорее потому, что так много раз прощала тебе загулы. Но напомню, отношения мы выясняли дома, а не на людях. Так при чем тут наша труппа?

– Теперь она не твоя труппа, - спокойно заметил Саша.
– Объяснял же, ты мешаешь. Не собираюсь работать с тем, с кем мне некомфортно.

– Браток, ты такой же член труппы, как и я. В задницу твой комфорт.

– Но главный - мой дядя. Сечешь?
– Он ухмыльнулся.

– Ты что, дите малое? Не смешивай работу и личное.

– О, смирись. Куколка, ты уже за бортом. И, к слову, - Саша окинул ее пренебрежительным взглядом, - куколка из тебя так себе. Ну, знаешь, поначалу было забавно притереться к бабенке, которая на восьмерку меня старше. Но вспомни, любимая, ты уже не цветущий кактус, а ближе к жухлому кустику. Так что лучше не о танцах подумывай в дальнейшем, а о ставке, к примеру, театрала… театральной уборщицы сцены. Круто выдал, да?

– Пошел ты!

– Иду, куколка. Не забудь завтра НЕ прийти на репетицию.

Саша пошлепал вниз по лестнице, насвистывая что-то веселенькое.

Пару секунд Регина просто стояла и пялилась в пустоту. А потом сорвалась с места и, перегнувшись через перила, заорала:

– Чтоб тебе присунули большим и толстым, тупое быдло!

Бывший парень уже был на втором этаже и как раз проходил мимо человека в черном. Саша поднял голову и послал ей снисходительную ухмылку, а затем как ни в чем не бывало продолжил путь.

А мужчина в черном уставился на Регину. Женщина перевела дыхание и, растянув губы в кривоватой улыбке, бросила незнакомцу:

– Чувак, это не тебе было. А тому уроду с бородкой. Уж не обессудь. Хотя, - она картинно дернула плечами, - если тебе такое по нраву, можешь и на свой счет принять. У всех свои вкусы. А я вообще лояльна двадцать четыре часа в сутки.

Бормоча себе под нос что-то неразборчивое, Регина отошла от перил и вперилась взглядом в темные зеркальные панели, которыми была отделана вся ближайшая стена.

«Жухлый кустик»?

Ладно, в зеркальной панели отражалась вовсе не пышущая свежестью студенточка, а малость уже потасканная жизнью женщина. Но зато какая! Атомный реактор!

«Кусок вонючих помоев», - проворчала Регина, заодно вспоминая, что вообще она нашла в Саше? Когда-то он вроде бы сразил ее своим танцем… Или слова красивые говорил? Память, видимо, не собиралась услужить хозяйке и коварно прятала правду.

Главное, что на деле принц оказался посредственностью. И танцевал он не так уж восхитительно. Да и надежным его назвать было сложно… Теперь уж точно. А еще он оказался сущим мудаком.